Книга Берег Красного Гора. Книга первая. Тени Марса, страница 52. Автор книги Алексей Корепанов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Берег Красного Гора. Книга первая. Тени Марса»

Cтраница 52

— Ну что там, командир? — нетерпеливо, с тревогой спросил Леопольд Каталински.

Эдвард Маклайн не успел ничего ответить. И разодеть тоже почти ничего не успел. Ему показалось, что пол за проемом наклонно уходит вниз, в кромешную тьму, без следа всосавшую луч фонаря, — и где-то вдали мелькнул в этой темноте лиловый отблеск, внезапной болью отозвавшись в висках. Астронавта качнуло вперед, он инстинктивно выставил перед собой руки, стараясь сохранить равновесие — но тщетно. Казалось, какой-то невидимый гигантский пылесос неумолимо втягивает его внутрь. Эдвард Маклайн, широко открыв рот, сделал судорожный вдох, изо всех сил сопротивляясь, пытаясь откинуться назад...

— Коман... — раздался и тут же захлебнулся голос Леопольда Каталински.

А командира «Арго» уже всосало в темноту и повлекло вниз...

8. Без нити Ариадны

...Он шел по глубокому снегу, с трудом переставляя окоченевшие ноги, от холодного встречного ветра у него онемело лицо, а безжизненной снежной равнине, вплывающей в бледную синь горизонта, казалось, не было конца. Но он старался во что бы то ни стало преодолеть эту мертвую равнину и вернуться, обязательно вернуться к живым... Приглушенный рокот донесся с обратной стороны небес — и снег начал Чернеть и таять, растекаясь мутной водой, и вода превращалась в пар, и проступала, проступала черная земля... не ржавый кизерит, а настоящая земля, земля, вечно порождающая живое и вечно принимающая в себя мертвое...

Угомонился, утих холодный северный ветер, отпечатались в блеклой синеве на горизонте какие-то знаки — очень важные, но совершенно непонятные знаки! — и Алекс Батлер смог наконец вздохнуть полной грудью. Что-то дрогнуло, и отступило, и пропало — и он открыл глаза.

Некоторое время ему представлялось, что он лежит в тени под деревом — сюда оттащили его ребята после солнечного удара; но потом он сообразил, что тот солнечный удар случился с ним в восемь лет, на ферме у маминых родственников в Коннектикуте, а теперь ему тридцать семь, и он лежит на спине в совсем другом штате.

В штате Сидония.

Вокруг было темно, и еле слышно раздавались какие-то прерывистые шелестящие звуки. Алекс Батлер затаил дыхание, вслушался — звуки тут же стихли. Пальцы его левой руки нашарили фонарь на груди. В правой руке он продолжал сжимать пистолет. Луч света ударил вверх, и круглое пятно расплылось по каменному потолку довольно высоко над головой. Алекс Батлер сел, уже сообразив, что за звуки слышал в тишине, — это дышал он сам.

Обведя фонарем вокруг, он обнаружил, что находится в пустом помещении с закругленными стенами. В одной из стен темнел арочный проем. Интерьер Марсианского Сфинкса пока представлялся очень скудным — пустой зал... пустой коридор... пустые помещения...

Но ведь было же, было же здесь что-то! В стенах? Под полом? В потолочных перекрытиях? Даже если содержимое залов и комнат вынесли отсюда в незапамятные времена, Сфинкс определенно не остался порожним. Что-то происходило в его каменной толще какие-то непонятные процессы... Возможно, вызванные вторжением чужаков...

«Фло... Свен...» — подумал Алекс Батлер, и с неожиданной беспощадной отчетливостью представил себе, как они лежат в пустых камерах, погребенные в каменных недрах. Ареолог с ужасом вообразил, какая многометровая преграда отделяет и их, и его от внешнего мира, от неба и солнца, — и чуть не застонал от безысходности.

«Стоп, Алекс! — тут же сказал он себе. — Ты жив, ты дышишь, руки-ноги целы... Это уже совсем неплохо... Во всяком случае, все могло быть гораздо хуже...»

А в глубине сознания змеей вертелась, извивалась мысль о заживо погребенных...

«Бойся тесного пространства», — сказала ему когда-то полупьяная скво. Осенним дождливым вечером, в какой-то придорожной забегаловке.

«Бойся тесного пространства...»

Тушь текла по ее дряблому, мокрому от дождя лицу с затуманенными спиртным тусклыми глазами. А он только посмеялся в ответ, потому что был молод и уверен в себе, они все были молоды, вся их бесшабашная компания, возвращавшаяся с пикника... Холодный ливень застал их на берегу озера, и они, побросав вещи в машины, убрались оттуда и остановились у этой забегаловки на автозаправке, совсем неподалеку от города. Почему бы не принять еще стаканчик, если ты молод, и здоров, и уверен в себе, и только что прямо на пожухлой осенней траве два раза подряд дал разгуляться своему молодцу под юбкой Джулии Хоук... нет, ее, кажется, звали Бетти, — и мало ли что там болтает какая-то Нетрезвая старуха, рассчитывая на дармовую выпивку. «Бойся тесного пространства... Можешь сгореть, Алекс...»

Да, она назвала его по имени — ну и что? Подслушала, они же болтали без умолку и смеялись в той за-6егаловке.

«Бойся...»

Алексу Батлеру захотелось немедленно вскочить на ноги и броситься прочь из этого каменного склеца прочь, к воздуху, к свету! Сокрушить стены — и вы. рваться из тесноты и темноты на простор.

Желание было резким, страстным, почти непреодолимым. По-прежнему держа в руке «магнум», Алекс Батлер встал и направился к проему в стене, изо всех сил удерживаясь от того, чтобы не побежать.

Сразу за проемом луч висящего на его груди фонаря вырвал из темноты что-то ярко-оранжевое. Огонь! «Можешь сгореть...»

Нет, не огонь — комбинезон... Свен!

Алекс Батлер присел на корточки рядом с лежащим навзничь телом. Глаза пилота были закрыты. Одна рука была вытянута вдоль туловища, а другая закинута за голову, словно Свен Торнссон просто прилег здесь отдохнуть. Ареолог, убрав наконец пистолет в кобуру, расстегнул ворот комбинезона пилота и, жестом полицейского приложив палец к горлу Торнссона, проверил пульс. И облегченно вздохнул: пилот был жив. Более того, веки его дрогнули, приподнимаясь, — и Свен Торнссон, заслоняясь рукой от бьющего в лицо света, пробормотал, проглатывая окончания слов:

— Выклю... све...

И после короткой паузы:

— Еще рано встава... Софи...

— Не рано, лежебока, — ласково сказал Алекс Батлер, внезапно успокоившись, словно возвращение пилота из краев то ли сна, то ли забытья разом снимало все проблемы. Только что все в нем клокотало» и неистовствовало, и рвалось к небу и солнцу, а теперь он чувствовал себя безмятежным и умиротворенным, как будто проглотил изрядную дозу нейролептиков.

Свен Торнссон медленно приподнялся и сел, опираясь на отставленные назад руки. Ареолог включил его фонарь, мимоходом отметив, что, перед тем как угодить в черную сиропообразную субстанцию, они фонари не гасили.

— Господи, это ты, Алекс, — каким-то скомканным голосом сказал пилот. — А мне казалось... — Он потряс головой, огляделся и, помолчав, добавил: — По-моему, у создателей всех этих развлечений явные проблемы с фантазией. Опять нас куда-то утянули, опять очередная каменная кишка... прямая кишка Сфинкса... Может, вот-вот дефекация состоится и мы будем на свободе? Только что-то не верится...

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация