Книга Дефицит белка, страница 30. Автор книги Леонид Каганов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дефицит белка»

Cтраница 30

От неожиданности я выстрелил, и стрела угодила в лохмотья, которые недавно были косулей. А та тень, что сгустилась над ней, вдруг пошевелилась. Сверху глядела яркая полная луна, и волнами наплывал тяжелый звериный запах. Подняв окровавленную морду на меня смотрела саблезубая крыса — крупная, таких я еще не видел.

Я почувствовал, как вмиг похолодела спина, попятился, выхватывая из колчана вторую стрелу. Тетива взвизгнула, но стрела ушла вбок — я так и не научился хорошо стрелять из лука, особенно в минуты стресса. Чудовище ощерилось и неспешно, вразвалку пошло на меня. Оно ничего не боялось.

Я вынул последнюю стрелу, но тут рев раздался сзади. Я обернулся и выстрелил — и снова стрела прошла мимо саблезубой, несущейся на меня из чащи. Из темноты выходили новые тени — здесь была большая стая, сильная и голодная.

Я уже понял, что все кончено, но выдернул из-за пояса каменный топорик — маленький, разделочный. Шагнул навстречу, присел, а затем заорал и бросился вперед. Но ударить не успел — когтистая лапа ткнула меня в живот и подкинула вверх. Топор вылетел из рук. Истерично заорала далекая птица, а я упал спиной на камень, прижимая руку к расцарапанным животу и груди, чувствуя липкую кровь. И вдруг нащупал клипсу.

Звери не спешили. Им некуда было спешить. Они шумно водили носами и приближались со всех сторон.

У меня не было выхода. И почти не было шанса. Но я все-таки нажал кнопку «мне повезет».


* * *


Бросило меня далеко: на сто тысяч лет. Но я не смог себе простить, что бросил свою женщину там, в пещере, и первое, что сделал — разбил клипсу, измолол ее в порошок подвернувшейся под руку железякой. Мне повезло — здесь есть железяки! Здесь есть даже компьютеры!

В этой эпохе на планете живут три расы людей, которые различаются цветом кожи и внешним видом. Я этого не замечаю. Все наши люди были такие разные, что не найти двух похожих — лишь число рук и ног одинаково. Здесь же все настолько одинаковы, будто близнецы, и я до сих пор толком не научился их различать. У всех лицо слегка приплюснутое — как у моей женщины. А тело их лишено волос, а наверху головы растет густая шерсть — точь-в-точь как у меня. Из глубины веков они несут легенды о том, что произошли от древних богов по образу и подобию, эти боги умели все, и сотворили мир. А здешние ученые уверены, что природой двигает вечная эволюция, а не деградация. Они уверяют, что люди произошли от обезьян, которые начали трудиться. Хотя соглашаются, что по строению тканей человек больше напоминает свинью. По их легенде, обезьяны постепенно произошли от крыс, ящериц, рыб, а те — от микробов. Биологи сравнивают гены разных видов, пытаясь найти связь, и их не удивляет, что все гены практически одинаковы, — здешние ученые попросту не знают, насколько разными могут быть гены, если это действительно гены совсем разных видов. Они раскапывают в земле древние кости вымерших мутантов и пытаются выстроить четкую схему эволюции — получается плохо, но они верят. Я люблю их за это. Я люблю их за все, что они делают!

Сперва я попал в полицейскую часть, там меня перебинтовали и отвезли в больницу. Здесь очень неплохие больницы, они даже иногда умеют лечить рак. Моя больница оказалась психическая, я делал вид, что потерял память. Долго учился их языку и осваивался, но продолжал утверждать, что не помню своего прошлого. Через год меня выписали, дали имя и временные документы. Теперь я живу за городом — в бытовке-вагончике на складе овощей. Работаю водителем электропогрузчика. По воскресеньям я хожу в церковь и слушаю рассказы о божественных чудесах и человеке, которого распяли на кресте, а затем он исчез. Я верю, что так оно и было. Работать мне приходится много, но я готов к этому. Я — предатель, сбежавший из одной цивилизации и попавший в другую только потому, что мне невероятно повезло. Но я бежал от смерти, а здесь мне ничего не угрожает. Я давно все продумал, все понял и повзрослел. Дальше я не побегу даже под страхом смерти. Ни разу я не пожалел, что разбил клипсу, пусть даже к ней здесь можно подобрать новую батарейку. Ведь они здесь очень развиты, даже более развиты, чем были мы. И если бы кто-нибудь из них смог разобраться в устройстве клипсы, они бы, пожалуй, сумели наладить их выпуск. А я очень хочу верить, что здесь этого никогда не случится. Очень хочется в это верить. Мне повезет.

март 2006, Москва


ПОПУГАЙЧИКИ

[1]


ПРО ТИГРЕНКА

За спиной неся зеленый ранец через буреломы и дожди, шел по лесу вегетарианец со значком «Гринписа» на груди. Рис проросший по пути жевал он, запивая струями дождя, ставил себе клизмы на привалах, шлаки по системе выводя. Шел вперед от края и до края, песни пел, молился без конца, комаров-эндемиков гоняя с доброго усатого лица. И, живя в гармонии и мире, двигался туда, где видел дым: так как вел он месяца четыре слежку за геологом одним.

Говоря по-правде, между нами, был геолог этот всех дрянней: из консервных банок ел руками трупы уничтоженных свиней, спирт глотал из пластиковой фляги, песни непристойные орал, мусорил окурками в овраге и месторождения искал. Этому подонку было надо, чтоб в тайгу бурильщики пришли и достали всяческого яда из планеты-матушки Земли. Чтоб железный грейдер раз за разом растоптал листочки, шишки, мох, кислород сменился смрадным газом и комар-эндемик передох… Шел геолог по тайге, скотина, в душу ей плевал, как в унитаз, а ему смотрела строго в спину вегетарианских пара глаз. Часто думал вегетарианец: погоди, преступник, вот те хрен! И мигал его зеленый ранец, отправляя сводки в CNN.


Как-то раз геолог с диким смехом вынул из кармана острый нож и убил тигрицу ради меха — или ради мяса, не поймешь. И ушел бесчувственный подонок, напрочь позабыв о малыше. Но остался маленький тигренок с травмою психической в душе. Обреченный умереть без мамы, он лежал и плакал, чуть дыша. Вегетарианец — лучший самый — взять решил с собою малыша. Он не дал погибнуть организму: рисом он делился с ним как брат, пробовал поставить даже клизму, но тигренок клизме был не рад.


Дефицит белка

К счастью, оказался путь недолог. Подлеца возмездие нашло и тайгою был убит геолог: шишка кедра весом в пять кило сорвалась и стукнула всей массой по башке с размаху. Раза два. Остро пахли спиртом и пластмассой клочья мозгового вещества. Словно у природы сдали нервы. Бац! В тайге раздался смертный стон… Облизнулись жужелицы, черви, и пошли на труп со всех сторон. Выбили таежные синицы подлецу бесстыжие глаза. Мозг сквозь дырку выпила куница. Обкусала ухо стрекоза. И четыре волка ближе к ночи раскатали кости между ям. Кое-что на них оставив, впрочем, пожевать голодным муравьям. А когда останки скрыла хвоя и в тайге опять настала тишь, из кустов ближайших вышли двое: вегетарианец и малыш. Ранец пискнул и прямой наводкой через спутник, что вверху повис, весть благую (с качественной фоткой) передал торжественно в «Гринпис».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация