Книга Иван-царевич и С. Волк. Жар-птица, страница 73. Автор книги Светлана Багдерина

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Иван-царевич и С. Волк. Жар-птица»

Cтраница 73

— Заменителя. Огромное животное — с каждого получается по два квадратных километра кожи. Очень практично и недорого. За ним будущее, я считаю.

— Это сапоги-скороходы? — уточнил Иван.

— Это шапка-невидимка, скатерть-самобранка, и кое-что еще, — с видом отца вундеркинда на родительском собрании пояснил Криббль.

— Да я серьезно спросил, — обиделся Иванушка.

— А мы серьезно ответили, — заулыбались волшебники. — Как мы уже упоминали, наша идея — совместить свойства нескольких артефактов в одном. Подумав, мы взяли за основу сапоги-скороходы, в силу своей функциональности — подумав недолго, вы тоже придете к этому очевидному решению — и после пяти лет работы это теперь и скатерть-самобранка, и шапка-невидимка, и сумка-все-вместимка, и меч-кладенец, и гусли-самогуды, и трансформатор.

— Гусли?!

— Меч?!

— Ну, не совсем, чтобы гусли, конечно — в силу определенных законов магии звук получается, скорее, как у саксофона, чем как у струнных, но мы над этим будем еще работать, и надеемся в следующем выпуске предложить выбор, как минимум, из пятнадцати инструментов.

— А что касается меча, то главное здесь — идея. Идея меча — оружие. Но поскольку, как вы совершенно справедливо заметили, наш артефакт на меч похож очень слабо…

— Чтобы не сказать, что не похож вовсе…

— То мы решили немного изменить принцип действия, и в результате получился совсем неплохой огнемет — результаты испытаний вполне обнадеживают.

— Пожар в подвале пришлось тушить три часа, — хихикнул магистр Краббле.

— Потому, что от вашего самогудения у нас у всех голова разболелась, и вместо заклинаний мы были вынуждены использовать ведра и воду, как какие-нибудь крестьяне, уважаемый коллега, — не остался в долгу магистр Криббль.

— Ну же, коллеги, полно вам спорить, — приобнял за плечи надувшихся друг на друга волшебников магистр Круббле. — Мы же до сих пор не сказали молодым людям, о какой помощи мы бы хотели их попросить.

— Нас?! — в один голос воскликнули Иван и Сергий.

— Да, отважные наши герои, именно вас. Мы создали этот невиданный в истории магии артефакт, и сейчас, когда наша работа завершена, он должен попасть в руки, или, вернее, в ноги тех, для кого он был предназначен — бродячим рыцарям, искателям приключений, вроде вас. Чудо-сапоги должны быть испытаны в дорогах и сражениях, стихиях и пирах… Теперь они должны получить свою, самостоятельную жизнь, — глаза старика увлажнились непрошенной слезой. — И мы бы хотели попросить не отказать нам в любезности и взять на испытания наше детище, плод многолетнего труда…

— А что такое тр… трын… тарс…

* * *

— …ешеньки-матрешеньки, ну ничегошеньки себе! — обалдело выдохнул Серый, не в силах оторвать глаз от широкой обугленной полосы в зеленой шапке леса под ними. — А ну-ка, дай я!..

Иван передал ему сапог, и Волк, инстинктивно приняв позу Рэмбо на афише — потому, что никакую иную позу человеческое существо с ТАКИМ орудием подмышкой, принять не может по определению, выплюнул слова заклинания:

— Криббль! Краббле! Круббле! — и из голенища мгновенно вырвался на свободу ревущий столб огня, поразивший притихший лес в самое сердце.

— Это невероятно! — как завороженный, покачал головой царевич. — Это поразительно!

— Криббль! К…

— Хватит, не надо больше — деревья же жалко! — немедленно ухватил Серого за руку Иван. — Давай лучше еще что-нибудь опробуем!

— Ага! А сам сколько раз-то стрелял!

— Сколько? Всего раза два… три…

— Как же! Три! Двадцать три! А мне так и разика жалко!

— Да не жалко мне, мне лес…

— Ладно, рассказывай, лес, лес! Тогда я сейчас первый невидимость опробовать буду! Дай-ка сюда это руководство — что там сказать надо… Ну-ка… Сейчас… Ага, вот, нашел… «Надеть сапоги…» Отдавай, Иван, второй. В одном сапоге стоять — примета плохая.

— Почему плохая?

— Не отдашь — узнаешь. Так, дальше… Сказать: «Криббль, Круббле, Краббле…» Сказал. А сейчас я еще постреляю. Бе-бе-бе!

А в это время в дверь дома старого Ханса раздался нерешительный стук.

Мудрец, несмотря на то, что ожидал его и боялся вот уже целый день, вздрогнул, ссутулился еще больше, и медленно закрыв огромный полуистлевший том, лежавший перед ним на столе, обреченно кивнул седой косматой головой.

* * *

— Войдите.

Со скрипом тяжелая дверь растворилась, и на пороге показались мэр Ингота и главы гильдий.

— Мудрейший… — дрожащим от слез голосом начал было мастер Холл, но, взглянув на Ханса, понял, что тот уже все знает, и тоненько взвыв, выбежал на улицу.

— Это были его сыновья, — угрюмо проговорил высокий темноволосый меняла. — Они бросились отомстить за гибель сестры, и…

— Я знаю… — скорее почувствовалось, чем прошелестело в воздухе.

— Мудрейший, доколе!!!.. — бросился к нему и сжал своими мясистыми лапами его тонкую, как птичья лапка, руку пекарь. — Ты же волшебник!!! Сделай же что-нибудь!!!.. Помоги!!!

Тонкие, почти нереальные черты лица старого Ханса исказились знакомой болью.

— Я не могу… Мой дар — дар предсказания… Он не может повредить Вертизелю. Я могу только предсказывать новые смерти, — горько прошептал старец. — Зачем вы снова пришли ко мне…

— Мы знаем, знаем это, о мудрый Ханс, — выступил вперед молодой каретник. — Но сделай милость, погадай нам опять… Может, на этот раз высшие силы откроют, кто сможет избавить нас от этого богомерзкого колдуна.

— Или кто умрет следующим… — прошептал старик.

— Погадай нам, пожалуйста, о мудрый Ханс, — склонил лысеющую голову портной.

— Не отнимай у нас надежду…

— Но я гадаю каждый день, и вижу только кровь… Кровь наших родных и друзей…

— Но ты же сам говорил, что когда-нибудь ты сможешь увидеть наше избавление от проклятого колдуна!

— И что если мы пропустим его, другого шанса у нас не будет! А вдруг это будет скоро? Сегодня или завтра?..

— Хорошо, — согласился старец. — Садитесь у стены…

Танцующие, переплетающиеся змеи синего и красного дыма заполнили комнату, повторяя в воздухе символы и руны, начертанные углем на полу. В ноздри ударил пронзительный запах чего-то серого, шевелящегося, что курилось в треножнике в середине декаграммы. Старик вынул из медной шкатулки на столе белый кожаный мешочек, достал из него крошечную щепотку какого-то порошка, и бросил по одной крупинке на каждую из трех свечей вокруг Печати Прозрачности. Тут же вверх, до выжженного до черноты потолка, выметнулось темное пламя, в ноздри ударило серой и корицей, и старик, осторожно, но твердо, положил на Печать обе руки, правую поверх левой, и уставился в неведомые миры незрячими глазами.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация