Книга Стеклянный ветер, страница 3. Автор книги Дмитрий Гришанин

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Стеклянный ветер»

Cтраница 3

Лилипут осторожно дотронулся рукой до затылка, пальцы нащупали волосы, которые из-за засохшей на них крови были как солома. Легкое прикосновение к самой ране откликнулось острой болью, которая молнией пронзила все тело. Он едва устоял на ногах и, обессиленный, откинулся на ствол дерева.

На плечи немилосердно давила тяжесть доспехов, поэтому едва живым пальцам тут же нашлась работа. Упал массивный кожаный с тяжелой железной пряжкой ремень, на котором висел широкий медвежий нож. Со спины сползли заплечные ножны. С трудом, превозмогая боль в плече, Лилипут стал стаскивать с себя тяжелую кольчужную рубаху, при этом, не переставая ругать на все лады броню, не раз спасавшую его грудь от вражеских стрел — чертовщина какая-то, так оно и было; он просто это знал , и все.

Нательная сорочка Лилипута была залита кровью, и на левом плече обнаружилась глубокая ссадина. Рана эта, так же как и болячка на голове, уже начала зарубцовываться, но, растревоженная при снятии кольчуги, открылась, и из нее вновь засочилась кровь.

Ночь уступала место дню. Тени от окружающих Лилипута деревьев становились все более отчетливыми. Кругом все начинало оживать. Жизнь, замершая на ночь, начинала пробуждаться ото сна. Темный, холодный и молчаливый ночной лес стал наполняться светом, теплом и шумом пробуждающегося дня.

В нижней шерстяной рубашке дышать стало легче, и даже острая боль в затылке и плече немного притупилась. Вместе с разливающимся по всем клеточкам осенним теплом стала возвращаться память.

Странно, но в первое время после пробуждения Лилипут не испытывал никакого шока, скорее, все происходящее напоминало чересчур затянувшийся сон. Но, как он ни напрягался, проснуться не получалось.

Нахлынувшие воспоминания, мягко выражаясь, удивляли. Согласно большинству из них Лилипут отчетливо и подробно помнил, когда, где, при каких обстоятельствах произошло то или иное событие и что послужило его причиной. Но были и совершенно новые факты — именно свершившиеся факты! — про которые было известно только одно: они имели место.

Так, например, Лилипут нисколько не удивился, что одет как средневековый вояка, потому как точно знал, что последние полгода находится на ратной службе — или до недавнего времени находился — у какого-то Загорского князя. Он знал, что в совершенстве владеет любым видом холодного оружия, умеет метать ножи, стрелять из лука и скакать верхом. Но самое главное, он догадывался, откуда такая усталость в мышцах и откуда такие страшные раны.

Чтобы выяснить правильность догадок, Лилипут попытался сосредоточиться на воспоминаниях последних дней. Не прошло и минуты, как мысленному взору открылась следующая невероятная картина, в которой он был главным действующим персонажем.


Лилипут находился в пешем резерве правого крыла загорского войска. Задачей его отряда было по мере надобности заделывать резкими контрударами бреши, проделанные противником в передней линии обороны. Поэтому в первые минуты сражения сотня Лилипута в бою участия не принимала.

С небольшой горки, где в засаде расположился его отряд, Лилипут видел всю равнину, на которой разворачивался Ужасный спектакль.

Люди, как бешеные звери, с дикой злобой и животной яростью кидались друг па друга. Звон стали. Крики раненых. Предсмертные хрипы умирающих. Вопли берсеркеров. Фонтаны крови. Отрубленные головы, руки, ноги. Бесформенные туши, бывшие секунду назад пышущими здоровьем могучими богатырями. Удары молний, раскаты грома и прочая магическая чушь, вызванная упивающимися своей силой колдунами…

Все смешалось в голове Лилипута в один чудовищный хоровод.

Поразить стрелой. Дотянуться копьем. Изувечить палицей. Зарезать, заколоть, зарубить — ножом, кинжалом, мечом. Задушить голыми руками. Разорвать зубами.

Все средства хороши в этом кошмарном действе под названием война, основное правило которой: убивать, убивать, убивать — и никакого сострадания к врагу…

Первый яростный натиск степняков, равно как и две следующие не менее бурные атаки, были с успехом отбиты. Первые удары были направлены в центр загорской армии, которым командовал сам князь, где были сосредоточены основные силы загорского войска. Опытные ратники, большинство из которых служило в княжеской дружине, спокойно встречали врагов лесом копий. Атаки захлебывались, и пичугам приходилось отступать под градом стрел, неся при этом чудовищные потери. Но, похоже, подобные мелочи их сегодня совершенно не волновали. Поредевшие отряды пополнялись свежими резервами, и бойня продолжалась. Здесь что-то было не так. Пичугские ханы всегда считались искусными стратегами, и такая несообразность в их действиях, мягко говоря, вызывала недоумение…

Прозвучал сигнал к атаке, и резервный полк быстрым маршем двинулся в наступление вслед за правым крылом загорской рати. Но не успел Лилипут пробежать и сотни шагов, как его отряд был внезапно со всех сторон атакован неизвестно откуда взявшимися у них в тылу пичугами. Удар степняков был настолько неожиданен, что половина полка оказалась вырезана буквально за первые две-три минуты всеобщей свалки.

Лилипуту в первые минуты нападения повезло. Вместе с несколькими чудом уцелевшими товарищами ему удалось перестроиться. Они встали спина к спине и, ощетинившись во все стороны копьями и мечами, приготовились подороже продать свои жизни. Обреченность положения разжигала в них безумную ярость берсеркеров. Враги должны дорого заплатить за смерть их товарищей. Теперь они будут драться до последнего дыхания, не обращая внимания на боль и не считая ран. Единственная их цель —увести за собой в мир иной как можно больше проклятых степняков…

Когда налетел огромный, трехметровый тролль, перед Лилипутом уже корчились в предсмертных судорогах четверо пичугов. Все они были уложены одним и тем же мастерским ударом, который, полностью парализуя противника, обрекал его на долгую и мучительную смерть. Однако эта победа далась Лилипуту слишком дорого. Его левое плечо было рассечено. От потери крови кружилась голова. Началась дрожь в руках и ногах. Мышцы налились свинцовой тяжестью. Приходилось постоянно следить за ногами, уже пару раз он чуть было не поскользнулся на крови своих жертв.

В глазах приближающегося монстра, огромная палица в руках которого казалась детской колотушкой, Лилипут прочитал свой смертный приговор. Было полнейшим безумием пытаться защититься мечом от такого страшного оружия. Увернуться на плохо гнущихся ногах, скользящих от обилия крови вокруг, тоже едва ли получится. И Лилипут бросился в свою последнюю атаку, все оставшиеся силы вложив в свой коронный удар…

Меч Лилипута пролетел в считанных миллиметрах от глаза врага. В ушах раздался свист летящей к его голове булавы. Затылок обожгло, и перед глазами засверкали искры…


Потрясающая отчетливость открывшегося видения убедила Лилипута, что все происходящее совсем не сон. Он попросту не мог бы одной силой воображения воссоздать столь реальную картину древнего сражения. Не говоря уже о монстре. Определенно, это какой-то совершенно чуждый ему, страшный мир. С другой стороны, если все пригрезившееся правда, то почему же он не умер от удара шипастой дубины чудовища? Как умудрился избежать неминуемой смерти? Где тела погибших товарищей и трупы врагов? Почему так преобразился окружающий ландшафт: там была бескрайняя степь, а здесь дремучий лес? В чем дело, и что вообще происходит?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация