Книга Против лома нет приема, страница 28. Автор книги Леонид Влодавец

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Против лома нет приема»

Cтраница 28

В следующий момент Таран разыскал под волосами жаркое ушко и тронул его мочку языком, одновременно положив правую руку ей на грудки. По-прежнему поверх ночнушки. Нет, не потому, что боялся забраться за ворот. Он уже прекрасно понимал, что его отсюда не прогонят. Просто Юрке хотелось растянуть это ворованное удовольствие.

Именно в эти мгновения Таран перестал внутренне спорить с самим собой и осуждать свое аморальное поведение. В конце концов, ничего особо страшного не происходит. Насчет Надьки и себя он как-нибудь разберется на досуге. А отказаться от Ани он уже не мог. Слишком далеко забрел, и если он сейчас даст задний ход, то будет всю жизнь каяться и себя проклинать. Да и Аня небось просто-напросто сочтет его импотентом или идиотом. Насчет «импотента» Таран несколько перегнул. Он уже достаточно тесно к ней прижался, чтоб Аня могла его заподозрить в несостоятельности. Но вот счесть его идиотом, который сперва залез к девушке в постель, а потом оттуда сбежал, ограничившись поцелуем в ушко, она при таком раскладе просто обязана.

Дальше он вообще уже ни о чем не думал. Еще раз провел ладохой по шелку, прикрывающему зыбкие шарики, потом сдвинул ладонь на животик, мягонький и нежный, потом опустился ниже поясницы, но не стал сразу же хвататься за подол ночнушки, а погладил округлое, в меру пышное бедро, где все еще был ласковый шелк, и сделал небольшое открытие: на Ане не было трусиков. Наконец он съехал с шелка и погладил сперва одну коленочку, потом другую. Уже непосредственно по горячей и чуть влажной коже.

— Ты чудо…— неожиданно прошептала Аня, довольно долго лежавшая в безмолвии, должно быть, вся перелившись в осязание. — Я с ума сойду…

Таран тоже был готов сойти, но не торопился. Слишком уж много приятного было в этой ворованной девице. Ни одна из трех прежних партнерш не доставляла Юрке такого удовольствия, хотя еще до самого главного дело еще не дошло.

Он вновь вернул ладонь на грудки и неторопливо, бережно пощупал, уже с меньшей воздушностью, но без жадности и нетерпения. Затем плавно скатил руку вниз, пронырнул под подол ночнушки, к мохнатому треугольничку и стал осторожно шевелить пальцами волоски. Аня и до этого дышала неровно, а после этого и вовсе зачастила — как видно, эти Тарановы ласки ее возбуждали крепче прежнего. Ее тело как-то напряглось, дрожь еще больше усилилась. Ляжки Ани при этом были сначала плотно сомкнуты, потом чуточку расслабились, чтоб дать возможность Юркиным пальцам пролезть между ними, а потом вновь крепко стиснули его. По Аниному телу прошло что-то вроде слабых судорог.

— О-о-ох! — вырвался у нее страстный стон. — Юричек! Ой, мама-а!

Таран сильно удивился. Ну и дела! Насчет того, что бывают девки, которые кончают от одних только поглаживаний, он, конечно, слышал, но не больно в это верил. В его практике таких случаев до сих пор не было. Правда, однажды он ради разнообразия просунул Надьке пару пальчиков и довел ее до кондиции вручную. Однако сейчас он Ане даже мизинчика не вставлял. Только погладил эти лохматинки-курчавинки — а она и кончила! Что ж, век живи — век учись, дураком помрешь.

После того как Аня разрядилась, на нее накатила расслабуха. И Юрка понял, пора и ему дело делать, а не фигней заниматься. Можно было, наверно, переложить ее, покорную, как куклу, на спинку. Но Таран эту супружескую позицию уже много-много раз употреблял. А вот так, как они сейчас лежали, на боку, когда партнерша спиной к партнеру расположена, Юрка давненько не пробовал. Потому что у Надьки в такой позе кончать не получалось, а он не хотел оставлять ее без сладкого…

Но Надька — это Надька. А может, у этой получится? И Таран, чуточку приподняв Анину ляжку, аккуратно пропихнул своего головастика-баловастика в жаркую и сладкую, нежно скользкую пучину. А потом обнял Аню покрепче и понесся к цели…

ВОЗВРАЩЕНИЕ ОТКЛАДЫВАЕТСЯ

— Вставай, лежебока! — Чья-то крепкая рука по-мужски сильно тряхнула Юрку за плечо, но голос, хоть и грубый, был все-таки женский. И даже вроде бы знакомый…

Таран открыл глаза. Так и есть, Фрося его разбудила.

— Здоров дрыхать! — порадовалась Фрося, скаля золотые .зубы. — Тебе надо в пожарники идти. Там, говорят, берут только тех, кто сутки подряд проспать может. А из пожарников, блин, теперь аж в премьеры набирают!

Юрка политикой мало интересовался. Правда, прикол насчет того, что кое-кто получил мента вместо импичмента, он уже слыхал, но как там и кого утвердит Дума, не переживал. У него своих забот до хрена и больше.

Прежде всего Тарану хотелось понять, что ему вчера приснилось, а что нет. Потому что многое из того, что хранила память, казалось плодом больного воображения. Он похлопал веками, покрутил башкой, посмотрел вокруг себя. Нет, насчет того, что он ночевал на этой «запасной точке», ему не приснилось. И водку вчера он пил, нос чуял перегарный душок, исходивший из глотки. Но вот в то, что ночью он Надьке изменил, верить просто не хотелось. И поначалу Юрка даже нашел аргументы, вроде бы опровергающие это печальный факт.

Лежал он на той самой кровати, куда вечером ложился. А память утверждала, будто он так и заснул в Аниных объятиях. После четвертого или даже пятого раза. Та койка, на которой будто бы все это сумасшествие происходило, стояла аккуратно заправленной и выглядела такой девственно-нетронутой, что ни в жисть ничего плохого не подумаешь. Это был первый аргумент, который любому разумному человеку показался бы очень шатким.

Второй аргумент состоял в том, что Таран не обнаружил рядом с собой Ани. Он ее напоследок, перед тем как заснуть, обнял аж руками и ногами. Если б она встала, то наверняка побеспокоила бы его. Но Таран не помнил, как она от него уходила, а потому хотел думать, будто и не забирался к ней в постель.

— Голова не болит? — спросила, ухмыляясь, Фрося. — Может, пристограммишься для похмелки?

— Нет, — мотнул головой Юрка. — Не надо… Голова у него действительно не болела. То ли водка была хорошая, то ли доза незначительная. А может, вчера ночью весь алкоголь с потом вышел… В последнем случае выходило, что балдеж с Аней не приснился.

— Чего головой крутишь? — съехидничала Фрося. — Девку ищешь? Все, брат, тю-тю! Увез ее Коля к хорошим людям.

— Давно? — поинтересовался Юрка самым тормозным тоном.

— Часов в девять. Жаль было ее поднимать, конечно, но куда денешься — дела зовут! С подглазниками поехала, мятая, подмазаться не успела, но довольно веселенькая. Видать, ты ее хорошо подрючил! У нас внизу аж потолок трясся. А уж орала она — как в кино! Мне аж завидно стало…

— Ни хрена не помню… — пробормотал Таран, чуя, как загораются уши. Значит, правда, значит, не во сне приснилось… Ой, позорище!

— Конечно, не помнишь, — хихикнула Фрося. — Мы с Колькой тебя, сонного тетерю, добудиться не смогли. Пришлось за руки, за ноги брать и перекладывать. Видишь вон, уже и постель ее перестелила, а белье в бак покидала. Простыню всю изляпали, поросята… Хоть бы презервативами пользовались, как вас телевидение призывает!

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация