Книга Красавица и чудовище. История невозможной любви, страница 20. Автор книги Серена Валентино

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Красавица и чудовище. История невозможной любви»

Cтраница 20

Тьюлип и няня ждали в своих комнатах, сидя на торопливо собранных чемоданах. Они не знали, что и думать обо всем этом.

Вероятно, у Принца случилась какая-то горячка от ран и изнуренности. Они сидели молча до тех пор, пока к ним не пришел Люмьер. Лицо у него было печальным.

— Принцесса, я вижу, вы уже упаковали свои вещи. Если вы и няня соизволите следовать за мной, я провожу вас до вашей кареты. — Он не мог не заметить написанных на лице Тьюлип бесчисленных вопросов. — Мы считаем, что вам лучше всего отправиться домой, к вашим родителям. Принц напишет вам, как только станет чувствовать себя более… станет похожим на самого себя.

— Да, полагаю, что так будет лучше всего, — ответила няня. — Пойдем, дитя мое, все будет хорошо, я обещаю.

Обе леди прошли через замок и вышли во двор к своей карете, стараясь держаться со всем возможным в такой жуткой ситуации спокойствием и достоинством.

ГЛАВА XIV
Падение

С тех пор принцесса никогда больше не слышала о Принце. Он перестал беситься по поводу заклинаний и злых проклятий, теперь он сам видел, какими глазами на него смотрят окружающие. Они наверняка думают, что он сошел с ума. Принц не мог обвинять их. Он и сам часто подозревал, что сошел с ума. И почти желал этого. Выгнав Тьюлип из замка, Принц закрылся в своей комнате, больше ни разу не покидал ее и не позволял слугам открывать шторы на окнах, а вечером разрешал зажечь только одну свечу, говоря, что так посоветовал ему доктор. Единственным человеком, которого принимал Принц, был Гастон.

— Ты уверен, что именно так хочешь покончить со всем этим, Принц?

Принц изо всех сил старался сдерживать приступы гнева, которые в те дни так легко охватывали его.

— Полностью уверен, друг мой. Это единственный способ. Ты поедешь в замок Морнингстар и официально объявишь о расторжении нашей помолвки.

— А как же с брачным контрактом? Король разорится без обещанных тобой денег.

— Уверен, что так оно и будет, — улыбнулся Принц. — Но он этого заслуживает за то, что пытался подсунуть мне в жены свою безмозглую дочь. Она никогда не любила меня, Гастон! Никогда! Все это было ложью! Она хотела лишь завладеть моими деньгами — для себя и для своего папаши!

Гастон видел, что Принц начинает заводиться. Он не стал говорить, что, по его мнению, Тьюлип действительно любила Принца. Гастон устал убеждать в этом своего друга еще в первые недели после их разрыва. Но что бы ни говорил тогда Гастон, это не могло убедить Принца. В тот день в лабиринте из живой изгороди произошло нечто, заставившее Принца поверить в то, что Тьюлип не любит его, и теперь не было никакой возможности убедить его в обратном.

Как бы то ни было, Гастон должен был верить в то, что его друг прав. Тьюлип могла все это время обманывать его. Откровенно говоря, Гастон не думал, что Тьюлип достаточно умна, чтобы провернуть такую хитрую штуку; он никогда не замечал и того, чтобы она была корыстна. Он думал, что очень удачно подобрал невесту для своего друга, и теперь был сильно огорчен, видя, какой бедой все это обернулось.

— Я отправлюсь в дорогу сегодня же, мой дорогой друг. А ты отдыхай.

Принц недобро усмехнулся. В смутном свете свечи эта усмешка исказила его лицо, отбросив на него отвратительные тени и заставив Гастона почти испугаться своего друга.

ГЛАВА XV
Охота

Принц месяцами не покидал свою комнату, оставаясь в ней пленником своего страха и гнева, усиливавшихся день ото дня. Единственным слугой, которого он теперь видел, был Люмьер, именно он рассказывал Принцу о том, что происходит в доме, когда тот спрашивал его об этом. Сейчас он стоял с маленьким золотым канделябром в руке, держа его так, чтобы свет не падал ни на лицо господина, ни на его собственное — Люмьер боялся показать, какой страх он испытывает, глядя на Принца.

А Принц выглядел ужасно — бледный, постаревший. Его глаза напоминали черные ямы, черты лица стали скорее звериными, чем человеческими. Люмьеру не хватало смелости сказать Принцу, что все остальные в замке стали заколдованными после того, как он разбил сердце Тьюлип. Люмьер понял, что Принц не видит слуг такими, какими они видят себя сами. Увиденное внушало Принцу ужас. Вместо слуг по замку передвигались статуи, провожая его глазами, когда он не смотрел в их сторону.

Но сам Люмьер и другие слуги ничего этого не видели, и никто из них не желал зла Принцу. Люмьер знал, что и он превратится в такое же странное существо — это лишь вопрос времени — и тогда его господин останется наедине с ужасом, внушенным ему теми злобными сестрами.

Люмьеру хотелось, чтобы нашелся какой-то выход, чтобы Принц выбрал иной путь, не тот, что вместе с ним ведет весь дом во тьму. Люмьер тосковал о том молодом человеке, каким был Принц до того, как жестокость взяла над ним верх и сделала его сердце черным.

Миссис Поттс заставляла слуг вспоминать о том, каким подающим большие надежды был Принц когда-то, а Когсворт до сих пор лелеял надежду на то, что Принц изменится в лучшую сторону и сумеет снять свое проклятие.

Все они на это надеялись. А пока Люмьер будет заботиться о Принце столько, сколько сможет.

— Вам не хотелось бы прогуляться, Принц? — спросил он. — Вы сохнете взаперти. Вам нужно побывать на солнышке и подышать свежим воздухом!

Принца ужасала мысль о том, что кто-нибудь увидит его в нынешнем обличье. После того как Принц погубил семью Тьюлип, его уродство стало прогрессировать со скоростью, опережавшей его самые худшие опасения.

Он выглядел чудовищем.

Зверем.

Сестры солгали — у него не было ни единого шанса снять проклятие. Они и не хотели, чтобы он мог снять его, — все попытки Принца сделать это с помощью Тьюлип оказались напрасны.

Люмьер все еще стоял в комнате, ожидая, что ответит Принц, а тот вспомнил об этом только тогда, когда слуга прокашлялся.

— Да, приятель, я тебя слышал! Да, я выйду на свежий воздух, но не раньше ночи! И я не хочу, чтобы кто-либо слонялся в это время по замку, желая взглянуть на меня, ты понял? Я никого не хочу видеть, ни единой живой души! Если кто-то случайно попадется мне навстречу, он должен отвести свой взгляд в сторону!

Люмьер понимающе кивнул:

— Накрыть вам обед в Большой столовой, сэр? Мы давно уже не имели возможности прислуживать вам за столом.

При мысли об этом Принцу стало не по себе.

— Посмотрим! А теперь иди! Я хочу побыть один.

Люмьер покинул комнату, и остановился в зале, чтобы переговорить с кем-то. Принц впервые за несколько недель выбрался из постели. Его тело болело и затекло — так сильно, что ему с трудом дался путь до двери. Но второй голос в зале был похож на голос Когсворта, а Принцу ужасно хотелось увидеть своего дворецкого. Открывая дверь, Принц ожидал увидеть за нею двух разговаривающих людей, но обнаружил только Люмьера.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация