Книга Та, кто приходит незваной, страница 7. Автор книги Татьяна Тронина

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Та, кто приходит незваной»

Cтраница 7

Евгений проспал — все, нечего требовать. Он проснулся — все, Ира, отдавай супружеский долг.

Поэтому Евгений, проснувшись этим утром в одиночестве, продолжал лежать в постели. Во-первых, потому, что болтаться по квартире в подобном состоянии и самому не очень-то удобно, во-вторых, это зрелище раздражало Иру, угнетало ее (хотя Евгений не для укора жены ходил по квартире). Проще заняться самоудовлетворением, хех. И в-третьих, Евгений мешал Ире. Просто тупо мешал. Она чего-то делает, а он тут, у нее на пути, здрасте! Ходит. Смотрит. Говорит. Сбивает с толку. Лезет с нежностями!

И вот кто он после всего этого?

Он тряпка? Он не мужик? Не умеет настоять на своем? Не умеет наладить распорядок дня в своей семье? Не способен помочь?

Да, скорее всего, он тряпка.

Или нет? Или он просто держит свои желания под контролем, под каменной плитой даже, он не скандалит и ничего не требует. Он — соблюдает договоренности.

И он, в конце концов, уважает Иру, понимает ее. Он идет ей навстречу. Ну да, она с утра на взводе, у нее свои прибабахи… то есть особенности. И видеть она никого не может, поэтому в первый час после пробуждения лучше не лезть к ней, не попадаться на глаза, даже с самыми лучшими намерениями.

Дело в том, что Ира — актриса. Травести. Играет в театре юного зрителя, обычно роли мальчиков.

И она должна в свои тридцать восемь лет выглядеть юной, свежей и гибкой, с ясным взглядом и задорной улыбкой, чтобы дети в зрительном зале не усомнились — перед ними настоящий пацан, а не старая тетка.

Словом, если Евгений любит и уважает свою жену, желает ей карьерного успеха, он должен в некоторые моменты жизни молчать и терпеть.

…Сквозь приоткрытую дверь была видна соседняя комната, называвшаяся «гостиной».

Там, на ковре, была Ира — в пижамке, в забавных панталончиках и кружевной кофточке, в чем спала. Со стаканом воды в руке. Жена стояла, выпрямив спину, медленно отпивала глоток за глотком и о чем-то сосредоточенно думала.

Невысокая, очень худенькая. Очень ладная. С коротко стриженными темно-русыми волосами. Ира напоминала мальчика-пажа из волшебной сказки… У нее было широкое, круглое лицо, светло-серые глаза широко расставлены, маленький носик. И ни единой морщинки. Окружающие часто принимали Иру за девочку, и где-нибудь на улице, в транспорте к ней именно так и обращались — «девочка». Именно девочка, а даже не девушка. И уж тем более не женщина.

Одевалась Ира тоже как девочка-девушка — джинсы, трикотажные кофточки-маечки. Любая вещь, даже самая простая, недорогая, смотрелась на Ире очень мило.

Пожалуй, жена принадлежала к тому редкому типу женщин, которым шло все: и костюмы, и платья, и брюки… И даже длинные юбки, которые обычно хорошо смотрятся только на высоких, превращали Иру в точеную статуэтку (разумеется, подогнанные по фигуре юбки).

Она умело подбирала аксессуары — сумочки, платочки, шарфики, шапочки… Все недорого, и все очень стильно. Любая, даже самая дешевая китайская заколка, купленная в ближайшем торговом центре возле метро, смотрелась на Ире эксклюзивной французской бижутерией из бутика.

А уж если Ира выходила при полном параде, то выглядела сногсшибательно.

Руки Иры — тонкие, изящные, с длинными пальцами, ногтями изумительной формы. Эти руки вызывали восхищение окружающих. Время от времени кто-то обязательно интересовался у Иры — а не играет ли она, случайно, на скрипке?

Словом, Ира внешне — настоящая леди.

И внутренне Ира — тоже леди. Тонкая, деликатная, не способная вступать в базарные разборки. Нет, в сложных ситуациях жена не молчала, не терпела — всегда отстаивала свою точку зрения, была тверда, но при этом максимально корректна. Коллеги отзывались о ней как об удивительно интеллигентной женщине, хотя закулисная жизнь в театре, путь и детском, спокойствием не отличалась.

Что еще? Ира — прекрасная хозяйка, которая не просто не допускала мужа к домашним делам, она требовала, чтоб Евгений (неуклюжий, медлительный, рассеянный) ими не занимался. Ведь Ира все делала быстро, на автомате, и у нее все в быту было налажено (переставить банки на кухне или кастрюлю не на ту полку в холодильнике задвинуть — уже нарушение!).

Дом, вернее двухкомнатная квартира, Лазаревых всегда отличался порядком, чистотой, уютом. Как Ира умела подбирать себе одежду, так ловко она «лепила» и квартирный интерьер, иногда «из ничего» делая чудеса! Даже дешевый столик из ИКЕИ после некоторого усовершенствования, предпринятого Ирой, казался стильной вещичкой.

Ира прекрасно готовила. Не диковинные разносолы, нет, но, опять же, самое простое блюдо выходило из ее рук праздничным и изысканным.

И вот как, как не пойти навстречу этой удивительной, прелестной женщине, потрясающей жене?! Разумеется, Евгений старался хотя бы не мешать Ире и строго соблюдать договоренности. Он любил ее и уважал — бесконечно.

…Евгений умылся на кухне, пока жена плескалась в ванной, вернулся в спальню.

Прошло еще какое-то время, и он услышал голоса сына и Иры из прихожей. Громыхание стула, цоканье каблучков. Ага, значит, собрались, можно уже выходить. Евгений, к тому моменту спокойный, поборовший своих утренних демонов, накинул на себя халат и вышел в коридор.

— Папа! — с восхищением выдохнул Леня, сын. Маленький, худой, глазастый. Воробышек… — Папа!!!

Евгений присел, а сын, уже одетый для сада, в резиновых сапожках, курточке с капюшоном, бросился отцу в объятия.

— Папа, папа…

— Ленечка, счастливого тебе дня!

— Папа, ты за мной придешь?

— Да-да, я тебя заберу из садика. Вместе будем гулять и играть.

Евгений крепко расцеловал сына. Леня пыхтел, висел у него на шее пиявкой.

Вечером, около пяти, Ира еще находилась в театре, поэтому отвести сына домой она уже доверяла мужу. Даже если Евгений накосячит чего — уже не страшно, уже поправимо.

— Ну все, Леня, пора, — сказала с улыбкой Ира. В узких брюках, коротком плотном пиджаке, как его… в стиле Шанель. С шарфиком, нежным розовым облаком окутывающим ее шею. Темно-серый пиджак — розовый шарф… Черные брючки, черные остроносые туфельки, лаковая сумочка пудрового цвета. Отсвечивают небрежные завитки волос — таинственным, золотым блеском…

— Ты прелесть. Я тебя люблю, — глядя на жену, сказал Евгений. — До вечера!

— Пока. Пока-пока! — Ира улыбнулась: — Леня! За мной, отпусти папу.

Они ушли.

Надо было садиться за работу. Дописать пьесу, набросать статью для одного журнала и еще — обсудить с некоей особой план будущего сценария.

Евгений взялся за сценарий по просьбе одного режиссера, Чащина. Работа непростая, не совсем пока понятная. Правда, за нее обещали хорошо заплатить.

Семья Лазаревых не бедствовала, хотя заработки что Ирины, что Евгения — весьма скромные. Тем не менее на жизнь всегда хватало.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация