– Ну да, всего год. До этого в соседнем отдела пахала, как папа Карло, за пинки и тычки. Там если не изругали, считай, похвалили. Артем своих сотрудников сам не обижает и другим в обиду не дает. Справедливый. Но ты не думай, что у него бездельничать можно. Кто так думал, тут не работают. Наша лаборатория котируется высоко. Если в других НИИ узнают, что ты работаешь у самого Александрова, переманивают только так. Несколько человек ушли на более престижные должности. Но Артем не в обиде. Он считает, что людям расти нужно. Он такой…
Даша перебила восторженные дифирамбы.
– Он ангел во плоти, это я уже поняла.
Елена не согласилась.
– Нет, он, слава Богу, не ангел. Это было бы ужасно скучно. Вот он, к примеру, несколько раз принимался ухаживать то за одной девицей, то за другой, но очень быстро остывал. Он, видишь ли, дураков любого рода не терпит. А в личных отношениях особенно.
Даша провокационно заметила:
– А он с ними что, разговаривать собирался?
Елена с укором погрозила ей пальцем.
– Я почти двадцать лет замужем и прекрасно знаю, как важно, когда со своей половиной есть о чем поговорить. Не постелью одной жива семья.
Даша подняла руки в знак согласия.
– Сдаюсь, сдаюсь! Ты совершенно права!
– А как твои родители?
– Давно в разводе.
– Понятно. Поэтому у тебя и отношение к мужчинам такое скептическое. Влияние разочарованной матери.
Даша мать никогда особо разочарованной не видела, но спорить не стала.
– Возможно, возможно.
– Хотя хорошо, наверное, иметь богатого отца. Или покровителя?
– Папика, ты хочешь сказать?
– А какая разница? И то и другое хорошо.
– Ты что, жалеешь о его отсутствии?
Елена призадумалась.
– Знаешь, когда мы с мужем поцапаемся, я часто жалею, что в моей молодости таких возможностей не было. Все парни были одинаковые. Потом, когда мы миримся, это проходит. Но все равно хочется даже не денег, а независимости. Чтобы не высчитывать гроши до следующей заплаты. Хотя мне еще повезло, у меня муж неплохо зарабатывает.
Даша хотела поподробнее расспросить о Рокшевском, но стали возвращаться пообедавшие сотрудники, и разговор пришлось прекратить.
Перед концом рабочего дня Кирилл о чем-то пошептался с Артемом и исчез, не попрощавшись.
Даша не на шутку рассердилась. Если так пойдет и дальше, то ее пребывание здесь затянется до невозможности. Надо действовать иначе. Она отправилась к Маше и попросила домашний адрес Рокшевского. Та немного поломалась, но дала.
– Достань его как следует, ловеласа! Пусть хоть немного пострадает и помучается! – Маша была полна самых зловещих замыслов. – Если надо, я тебе помогу!
Даша поблагодарила, заявила, что за ней шоколадка, и смылась от Машиных откровений в лабораторию.
Видимо, ее глаза от предвкушения возмездия горели таким зловещим огнем, что Артем, пару раз прошедший мимо, в конце концов позвал ее к себе в кабинет.
Плотно притворив дверь, спросил напрямую:
– Даша, какого лешего ты пристаешь к Кириллу? Извини, но я не верю, что он тебе хоть чуть-чуть нравится. Скорее наоборот. Ты ему явно досадить хочешь. За что? Что он такого натворил?
Она внутренне поморщилась. Вот черт! Опять двадцать пять!
– А давай лучше поговорим о тебе! Какого лешего ты ко мне пристаешь? Что, так влюбился, что моя склонность к Рокшевскому тебе поперек горла встала?
Александров застыл, будто услышал трубный глас с небес.
– Влюбился? Как-то об этом я не подумал. Но что твоя склонность к Рокшевскому мне поперек горла, ты абсолютно права. Я ее не понимаю. А все, что не понимаю, я пытаюсь понять.
– Пытливый аналитический ум? Во все щели влезть хочешь?
Он покорно согласился, насмешливо сверкая серыми глазами.
– Ага!
– Ну и пытайся, но тихо сам с собою, а в мои дела не лезь! Я, может, сексуально озабоченная девица, а ты мне мешаешь в удовлетворении моих потребностей!
При этих словах глаза Александрова зажглись темным блеском, и он интимно придвинулся к Даше, нависнув над ней всем корпусом.
– А вот в этом деле я очень даже могу помочь. Но без третьих лишних!
Даша вскочила.
– А вот этого не надо! Я не соблазняю невинных овечек!
Вскочивший следом Артем схватил ее за руку, не выпуская из кабинета. Привлек к себе и попытался поцеловать, но вместо этого вдруг оказался распластанным в кресле, ошалело глядя в потолок.
– Учти, я мастер спорта по дзюдо, и у меня зеленый пояс по каратэ. Так что не советую протягивать руки. – Голос Даши был полон колючек.
Артем непонятно чему радостно засмеялся и уточнил:
– Не то протяну ноги?
Даша властно подтвердила:
– Правильно!
И вышла, не оглянувшись.
Артем выпрямился в кресле, озадаченно почесал затылок и снова чему-то мечтательно улыбнулся.
– Влюбился? – он уставился в монитор, но не понял там ни одной формулы. Встряхнувшись, заявил себе: – Любовь, которая отбивает мозги, причем в прямом смысле, мне не нужна. Так что не будем больше навязываться. Будем учиться на чужих ошибках.
Но умные слова не помогли, и он еще долго сидел, безвольно положив ладони на клавиатуру и тупо глядя в окно.
Едва закончилось положенное время, Даша вспорхнула и улепетнула, не оглядываясь. На улице поймала такси, назвала адрес Кирилла. Приехав, немного поколдовала над установленным на железной двери домофоном и с независимым видом прошла в подъезд. Хорошо, что у подъезда не было скамеек и за дверями никто не следил. Консьержа, естественно, тоже не было, и Даша беспрепятственно взбежала на пятый этаж.
Перед квартирой Рокшевского пригладила растрепавшиеся волосы и чинно позвонила. Никто не ответил. Она внимательно осмотрелась. Глазков камер наблюдения не было. Коварно усмехнувшись, вынула из сумочки набор сомнительного назначения и принялась ковыряться в замке квартиры. С третьей попытки дверь распахнулась.
Даша ожидала увидеть еще одну дверь, понадежнее, но ее не оказалось. Со словами «вот так и грабят простаков» она зашла внутрь и закрыла за собой дверь.
Осмотрительно озираясь, прошла по квартире. Ничего особенного. Две комнаты, кухня, санузел. Типичная квартира холостяка. Правда, какая-то уж слишком прибранная. Похоже, сегодня у этого бабника намечено очередное свидание. Ну что ж, тогда она появилась здесь очень вовремя. Представив лицо Рокшевского, расхохоталась. Что ж, сюрприз получится знатный! А чтоб для Рокшевского он не оказался приятным, она об этом позаботится.