Книга В темном-темном космосе, страница 67. Автор книги Роберт Шекли

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «В темном-темном космосе»

Cтраница 67

«Я в общине», – подумал он и улыбнулся без тени иронии.

До конца смены оставалось полгода.

Набухшие хляби наконец разверзлись, и земля напиталась влагой.


По истечении года прилетел корабль, приземлившись на цветке пламени. Туземцы потянулись к месту посадки. Эвик пошел вместе со всеми, в окружении туземцев, ненавидя их.

Люк корабля открылся, и наружу вышел юноша-землянин с дорожной сумкой в руке. Окинув взглядом встречающих, юноша неуверенно улыбнулся. Потом он заметил Эвика.

– Привет, – обрадованно произнес юноша. – Вы, наверное, Эвик. Я ваш сменщик, Джо Свенсон. Ба, да тут целая делегация!

– Приветствую вас, господин, – ответил пришлому Эвик и затерялся в толпе ненавистных братьев.

Меньшинство

– Запомни: ты должна следить за тем, что говоришь, – сказал Стиф.

Вера кивнула, наблюдая, как вода ускользает из-под носа лодки. Они приближались к берегу Йоука, и Стиф заработал веслами чаще, его молодые мускулы вспухали и опадали с каждым гребком.

– Ты хорошо помнишь все слова ненависти? – спросил Стиф.

Вера кивнула снова, проводя рукой по воде и наблюдая за барашками. Стиф видел, что она грезит о чем-то. Он нахмурился:

– Пожалуйста, Вера. Это наш последний шанс. Если они не примут нас сейчас, этого не произойдет никогда.

– Я знаю, Стиф. Я постараюсь.

Но она смотрела назад, на маленький островок посреди Ист-Ривер, где отец Стифа когда-то построил свой дом.

– Тебе лучше еще раз повторить слова, – напомнил ей Стиф, зная, что они понадобятся им сразу же, как только они причалят. – Слова ненависти.

Вера вынырнула из грез и попыталась вспомнить древние слова. Сбивчиво начала произносить:

– Слова ненависти: гнида, сука, свинья…

– Продолжай, – настаивал Стиф.

– Я не могу так, – сказала она печально, почти скорбно. И отвернула от него свое бледное лицо.

– Вера! Ты же знаешь, как это важно! Ты хорошо помнишь список оскорблений?

– Не очень.

– Вспоминай. И не показывай им, что ты нервничаешь. Мы по-прежнему – Меньшинство. Они будут обзывать нас Комми, Неггерами, Катликами, Йудами, Сошулистами и Хреками. Но мы должны все отрицать.

– Я знаю.

– Мы такие же Классные Ребята, как и все остальные, и не забывай об этом. Что ты скажешь, когда они спросят, кто мы?

– Я скажу, что мы Классные Ребята, Реальные Пацаны… – ответила Вера.

– Парни, Кореша, Друганы, – дополнил Стиф за нее. – Нужно ухитриться перечислить все сразу.

Он стал грести еще энергичнее, пытаясь скрыть раздражение. Он знал: она не выучила слова как следует. В старом доме его отца, на острове, Вера слишком часто смотрела в окно, вместо того чтобы учить древние, самые важные слова.

Иногда девушка вела себя так, словно ей нет никакого дела до того, что они – Меньшинство. Она напоминала ему отца, его несчастного сумасшедшего отца, абсолютно безразличного к тому, называют ли его Катликом, Сошулистом или еще каким-нибудь отвратительным прозвищем Меньшинств. Иногда Стиф начинал подозревать, что Вере вовсе не хочется быть тем, кем хочет быть каждый, – одним из Классных Ребят.

Они причалили и втащили лодку на берег.

– Идем. – Стиф взял девушку за руку, чтобы помочь ей преодолеть усыпанную мусором насыпь. – И пожалуйста, помни: чтобы стать одной из них, ты должна ненавидеть.

Он очень надеялся, что она не подведет. В последнее время она вела себя странно: иногда радовалась, но все чаще грустила или погружалась в грезы, как сейчас. Ну, придется ей избавиться от этого. Все их будущее сейчас зависит от того, что подумают о них Классные Ребята. А ему уже до смерти надоело быть Меньшинством.

Они зашагали вниз по полуразрушенной улице. С двух сторон высились великие строения Йоука, который некогда был полон людей, как гласит легенда. Правда, это было еще в те времена, когда, как Стиф знал, существовали отвратительные Демкраты, Анаркисты и прочие странные племена.

Они не прошли и квартала, как их обнаружили Классные Ребята. Окружили толпой, плотной, бок о бок друг к другу. Сыпали ругательствами в лучших традициях Реальных Пацанов, и Стиф почувствовал укол зависти оттого, что не принадлежит к их числу.

– Эй вы, гниды! Гляньте-ка на это! – крикнул один из Классных Ребят. – Это ж тот парень, Комми!

– Никакой он тебе, свинья, не Комми! Он чертов Ройлист!

Невозможно было увидеть, кто это сказал: Классные Ребята всегда высказывались откуда-то из центра толпы.

– Он и Комми, и Ройлист, ишачий ты зад! И Демкрат к тому же!

– А девчонка – Царистка!

Стиф побледнел, когда в них начали швырять эти древние страшные имена. Вскоре Классные Ребята уже грызлись между собой, выкрикивая старые бессмысленные проклятия в адрес друг друга.

– Ты, сучка, крысиный сын!

– А ты – родной брат свиньи, хотя и козлина!

Но Комми, Ройлист, Катлик – все по-настоящему страшные, дурные названия – приберегались для ненавистных Меньшинств.

– Я Классный Парень! – закричал Стиф, перекрывая шум толпы. – Мы хотим присоединиться к вам, Вера и я.

Толпа откатилась на несколько метров назад, держась от Стифа подальше. Все они были одинаково малорослые, с грязно-коричневыми волосами. У всех близко посаженные карие глаза и широкие рты, полные гнилых зубов. Невозможно было отличить одного оборванца от другого.

– Гляньте-ка, он такой странный! – завопил один из них.

Стиф вспыхнул от стыда за свои светлые волосы и за черные кудри Веры. К тому же оба они – высокого роста.

– С тем, как я выгляжу, ничего не поделаешь, – сказал он. – Но я не хочу быть Меньшинством. Я не Сошулист, не Царист и не Демкрат или еще кто. Я Классный Парень, Реальный Пацан и ваш Друган, стопудово!

Потная, плотно сбившаяся толпа взвыла от смеха.

– Он! Реальный Пацан!

– Да я Анаркиста враз узнаю! С первого взгляда!

– Он сын этого организатора, долбанутого психа, ага?

– Да не толкайся ты, гнида вонючая!

– Сам перестань, свинья, козлина, гнида…

– Позвольте нам остаться с вами, – сказал Стиф. – Мне надоело одиночество. Я хочу быть как все, на самом деле, очень хочу!

– А-а! – воскликнул один из Классных Ребят. – Да ты, наверное, хочешь стать Лидуром? Гинералом? Диктором? Или вообще Пездентом?

Он выплевывал ненавистные имена, как яд.

– Нет, не хочу, – ответил Стиф. В нем снова затеплилась надежда. В предыдущий раз они просто проигнорировали его. А сейчас хотя бы разговаривают.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация