Книга Сатана в Горае, страница 29. Автор книги Исаак Башевис Зингер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Сатана в Горае»

Cтраница 29

И ВОТ дибук стал кричать, и причитать, плача и стеная, и рассказывать о своих грехах. А женщина та подняла тяжелый камень и ударила им себя в сердце. И это было чудо, что она не поломала себе кости и не раздробила череп, ведь этот камень трое сильных мужчин не могли сдвинуть с места, а в ее руках он был как перышко. И стала она катать его туда и сюда по телу ото лба до кончиков пальцев, и так много раз. А благочестивый реб Мордхе-Йосеф, благословенна его память, препоясал чресла, как перед молитвой, и вопросил: «Почему ты кричишь и за что тебе выпало столько бедствий?»


И СКАЗАЛ дибук громовым голосом: «Как же мне не плакать и не кричать? Ведь когда я еще пребывал среди живых, я осквернял свою душу и нарушал законы Торы. Я родом из Люблина, и я был из тех, кто пьет пиво по трактирам и заходит в веселый дом. И я отвергал все заповеди Господа, и гневил Его. Я работал в святой субботний день, ел свинину и прочую недозволенную пищу и пил вино. Горе мне, ведь я полагал, что нет ни суда, ни Судии. Я не верил, что Тора дана Небом, и глумился над учеными мудрецами, проклинал их и натравливал на них собак, как поступают наглецы и насмешники. И вот меня постигло наказание: я стал столь слаб, что уже не мог подняться. Я прекрасно видел, что мне пришел конец. Но, как многие злодеи, я не подчинился и не оставил своего упрямства даже перед вратами ада. Перед смертью ко мне пришли мои поденщики и спросили: „Аврум (таково было мое имя), сожалеешь ли ты?“ И я ответил им с гордостью, что и теперь не верю, что есть на свете Создатель, и продолжал насмехаться, и с тем я отошел.


И ТОТЧАС, как только я умер, но прежде чем меня погребли, пришли ко мне трое чертей и начали меня истязать с великой жестокостью, и они топтали меня ногами и причиняли мне нестерпимую боль. И я увидел, что это мне в наказание, но было уже поздно. И пока я лежал под покрывалом, они доставляли мне такие мучения, что невозможно передать. И я воззвал к своим близким, чтобы они заступились за меня, но они не могли услышать моего голоса, ведь я уже был мертв, хотя еще не похоронен. А после похорон сбежались десятки тысяч бесов, и все это были мои дети, которых я зачал во грехе. Они называли меня отцом, и мой позор не имел границ.


И КОГДА меня опустили в яму и бросили последнюю горсть земли, явился ангел и ударил по моей могиле огненным прутом, и могила тотчас открылась. И ангел спросил на святом языке: „Как твое имя?“ А я не понял, потому что никогда не молился. И ангел воскликнул: „Ты, вышедший из зловонной капли, злодей в шатре Израиля, покинь, не медля, могилу и ступай в ад! Тебе не место на кладбище, где покоятся праведники и достойные люди“. И я пытался умолять его, но он сорвал с меня саван и изгнал меня огненным прутом.


А СНАРУЖИ уже поджидали полчища чертей, готовых наброситься на меня и порвать на куски. Они встретили меня злобными насмешками, и кинулись за мной, и свистели, и вопили, и гнали меня по безлюдным лесам. Я хотел скрыться от них, но для меня не находилось убежища, и они швыряли меня, как сорванный ветром лист. Один тянул меня вправо, а другой влево, они не оставляли меня в покое ни днем, ни ночью и радовались моим мучениям. Если бы небеса стали пергаментом, а вся вода чернилами, этого не хватило бы для описания даже тысячной доли моих страданий. И со страху я вошел в древесный лист, но и здесь мои бедствия не прекратились. Ведь когда дул ветер, я дрожал, как живой человек. И пока я пребывал в древесном листе, бесы не могли причинить мне вреда, но я должен был покинуть свое пристанище, потому что червь начал поедать лист и грызть меня. И как только я вышел, нечистая сила снова окружила меня и погнала в пустыню, полную скорпионов, драконов и змей. И я вошел в жабу, но и там мне не стало лучше, ведь человек не может находиться в жабе, которая обитает в смрадной болотной воде. Сама жаба от нее страдает, она покрыта бородавками, а ее живот раздут. Вот так я переселялся из одного создания в другое, а потом много лет пробыл в мельничном жернове, и, когда он крутился, он перетирал мои кости и моя боль не знала границ».


И СКАЗАЛ дибуку реб Мордхе-Йосеф: «Почему ты вошел в эту женщину? И как ты взял власть над ней?» И дибук ответил: «Знайте, что Гедалья не признает Всевышнего и совершает грехи назло. Он осквернил свою жену, поэтому я получил над ней власть. Однажды утром эта женщина захотела высечь кремнем огонь, но искры не зажигали фитиля, и она упомянула имя сатаны, а я услышал и вошел в нее».


И СПРОСИЛ реб Мордхе-Йосеф, благословенна его память, у дибука, через какое отверстие тот проник в женщину. И дибук сказал, что вошел в нее через причинное место.


ТОГДА реб Мордхе-Йосеф встал и начал бить Гедалью. И прочие люди тоже набросились на него, и били его до крови, и вырывали у него волосы из бороды, пока он не упал без чувств на землю. А реб Мордхе-Йосеф, благословенна его память, нанес ему сорок ударов, и кровь Гедальи текла как вода. И люди отвели его в темницу при синагоге, и там приковали цепью, и оставили его ожидать приговора польских властей. Ведь гои тоже судили колдунов и многих сожгли на костре. И поставили человека охранять его.

Глава 14
СМЕРТЬ ПРАВЕДНИКА

И БЫЛО так: когда злодея Гедалью отвели в темницу, реб Мордхе-Йосеф, благословенна его память, попросил сильных людей из тех, кто был при этом, отнести ту женщину в синагогу, чтобы изгнать из нее злого духа. Ведь дибук доставлял ей всевозможные мучения, да к тому же поминал имя Божье, чтобы его осквернить, и сострадание людей к несчастной было велико. И они подняли ее на руки и отнесли к синагоге. А женщина все это время молчала, ибо силы покинули ее и она была как ребенок. Но когда они приблизились с ней к дверям синагоги, дибук закричал жалобным голосом: «Не вносите меня туда, ведь я не переношу святого воздуха!» И далеко разнесся его крик, но люди не послушались его и внесли ее в синагогу против воли, ибо она начала сопротивляться, а сила ее была больше, чем у нескольких мужчин, поскольку исходила от нечистого, как сказано выше.


И КОГДА женщину положили на биму, дибук так зарыдал, что все зарыдали вместе с ним. Не только женские, но и мужские сердца переполнились жалостью. И дибук сказал: «Зачем вы делаете то, что доставляет мне страдания? Ведь вам известно, что каждое святое слово причиняет мне боль, как игла, которая впивается в живое тело. Посмотрите и скажите: разве я сделал этой женщине что-нибудь плохое? Ведь раньше она была больной и слабой, ее кормили с ложки бульоном, и она должна была опираться на палку, чтобы не упасть. А теперь благодаря мне она стала такой сильной, что может поднимать тяжести, и ходить по морозу без теплых одежд, и делать все, что ей захочется. Так что за нужда вам собираться и изгонять меня? К тому же я еврей и очень боюсь бесов. Некоторые из них выглядят, как свиньи о восьми головах, и яд, горячий, как огонь, капает с их рыл. У других острые рога, они подобны козлам, их шкура покрыта смолой и усеяна колючками, чтобы устрашать грешников. Прошу вас, позвольте мне остаться в ее теле. Клянусь, я буду беречь ее как зеницу ока, ни один волос не упадет с ее головы. С ней не случится ничего дурного. А когда чаша наполнится и я получу разрешение покинуть ее, чтобы искупить свои грехи в аду в течение года, я тут же уйду из ее тела и оставлю ее в покое».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация