Книга Желанная, страница 73. Автор книги Тия Дивайн

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Желанная»

Cтраница 73

Дейн прикусила губу. Слез у нее не было. Она ничего не чувствовала.

– Здесь нехорошо, мисс Дейн. Я слышала, как ночью кричала сова, как раз перед тем, как на мистера Гарри нашла болезнь – болезнь похоти, словно женщина наложила на него заклятие. Плохая это женщина. Нехорошая, – с нажимом в голосе сказала мамаша Деззи и усадила Дейн на стул. – Я приготовлю для вас чай, мисс. Особый чай. Вам сразу станет легче, и мистер Гарри успокоится, потому что теперь ему не придется иметь дела с этой нехорошей женщиной.

Она поставила чайник на плиту и насыпала в него из какой-то банки ложку сухих цветов.

– Я заговорю этот чай, мисс Дейн, я дам вам защиту от этой плохой женщины. – Она заглянула в кладовку и вышла через минуту с куклой в руках, тряпичной, грубо сделанной. – Держите, мисс Дейн, – сказала она. – Я ее для вас сделала. Там внутри всякие снадобья – и сушеный чеснок, и рис есть, и перец. И еще немного испанского мха. Она поможет вам, обязательно поможет.

Дейн взяла куклу в руки как раз в тот момент, когда вода в чайнике зашипела и пламя вспыхнуло ярче и рассыпалось искрами. Дейн подпрыгнула и уронила куклу. Как может эта холодная, жутковатая вещь дать ей силу? Как такое возможно?

– Ну-ну, отлично. Вода закипела. – Мамаша Деззи сняла чайник с огня и налила воду в чашку, куда бросила пригоршню сухих трав из другой склянки.

– Вдохните, мисс Дейн, этот аромат. Он даст вам силы. Он войдет к вам в душу...

Дейн сжала куклу в руках и наклонилась над кружкой.

– Там анис и гвоздика, там корица и жимолость. Будет вкусно, и вы успокоитесь и сможете встретить то, что неизбежно. Чувствуете, мисс Дейн? Это входит в вас, глубоко в тело, глубоко в мозг. Эта женщина не сможет больше причинить вам вред.

Мамаша Деззи перелила содержимое первой чашки во вторую через сито.

– Это вам, – протянула она Дейн чашку и принялась суетливо перемещаться по кухне, давая указания помощникам.

Дейн потягивала чай. Медленно тепло разлилось по телу. Дейн почувствовала спокойствие и уверенность. Самой себе показалась сильнее.

– Мама Деззи о вас побеспокоится, – сказала старая няня, похлопав ее по плечу и неожиданно ущипнув. По телу Дейн пробежала вторая волна тепла.

Вот что такое волшебство.

– Не могу я покинуть Монтелет, но я буду творить заклинания, я буду о вас заботиться, мисс Дейн. Не бойтесь ничего, я не дам этой злой женщине вас обидеть. Обещаю, мисс Дейн, обещаю.

Лидия никогда раньше не бывала в Монтелете и потому бродила по дому, высматривая и вынюхивая, и ее любопытство переступало грани приличия.

Разумеется, в столовую она не заходила. Тело Гарри находилось там, и дверь была закрыта.

А наверху Питер, Тварь, Оливия и священник обсуждали, как все будет происходить.

Она ненавидела Тварь. Она сильно смахивала на ведьму, которая сперва околдовала Гарри, а теперь, похоже, взялась за сына.

Разумеется, никто, кроме Лидии, этого не замечал. Она забрела в зал, где Питер занимался написанием траурных писем, которые должен был доставить соседям расторопный и неглупый раб по имени Магнус.

– Мама Деззи позаботится об угощении, Тул и Праксин помогут. Все будет как полагается, – говорила Оливия. – И, Найрин, мы пошлем письмо вашей матери, чтобы она смогла за вами приехать.

– А это надо?

– Моя дорогая, вы не можете оставаться здесь сейчас, это просто невозможно.

«Спасибо, мамочка», – мысленно поблагодарила мать Лидия, прятавшаяся за дверью.

– Конечно, вы правы, – неохотно и без намека на благодарность согласилась Найрин.

– На самом деле я вынуждена настоять на том, чтобы вы сегодня же вернулись с нами в Бонтер, – продолжала Оливия, сделав вид, что не замечает, как напряженно вытянулась Найрин и какой томный взгляд она бросила на Питера, который, надо сказать, не произнес ни слова в ее защиту.

«Они все одинаковые, – подумала Найрин. – Все – одно притворство. Ничего настоящего».

– Завтра, – ровным голосом ответила Найрин. – Завтра я поеду к вам, а сегодня я бы хотела остаться с Гарри. Я многим ему обязана. Он взял меня к себе в дом, обращался со мной как с членом семьи, заставил меня почувствовать, что мне рады, что я дома... – Она снова взглянула на Питера и улыбнулась своей ускользающей кошачьей улыбкой. – И Питер. Мы только встретились, а я чувствую, будто обрела брата, которого у меня никогда не было.

– Конечно, дорогая, – сказала Оливия, тронутая искренностью Найрин. – Конечно, и Люсинда здесь, и Зенона, и мама Деззи, которая так участлива.

– О да, – сказала Найрин. – Я так люблю маму Деззи.

– Ну, хорошо. Это вполне приемлемо. Я пойду поговорю с Зеноной. Кстати, кто-нибудь видел Дейн?

– Вполне приемлемо, – пробормотала Найрин и, следуя за Оливией, специально прошла рядом с Питером, чтобы коснуться его своим телом. – Приемлемо. Для меня.


Еще одна душная ночь. Бонтер укрыла мгла, черным туманом пробираясь в комнаты. Она казалась живым существом. Ни пошевелиться, ни думать. Ты просто лежишь и терпишь эту муку в надежде, что придет сон и вместе с ним избавление.

Флинт не мог уснуть. Смерть Гарри потрясла его, заставила задуматься о том, о чем не хочется думать. О том, что человек смертен. И он никогда не знает, когда настигнет его смерть. Да, жизнь Гарри казалась пустой и напрасной. Но даже мертвый он продолжал вносить сумятицу в жизнь других людей.

Наша жизнь кажется неприкасаемой – и жизнь Флинта, и Дейн, и его сестры; откуда взялась эта женщина с лживыми глазами и завистливой грязной душонкой?

Он скорбел. Скорбел о смерти Гарри и о рождении жизни между ним и Дейн, но более всего о смерти своего отца, которая и замкнула их жизни в одну неразъемную цепь. Дейн лежала в постели, чувствуя себя так, будто ее опоили. Замученная жарой и острым запахом трав и специй, которыми была набита кукла, она не могла думать.

– Носите ее под платьем, – говорила ей мамаша Деззи. – Привяжите ее к поясу и держите под платьем, если знаете, что эта женщина рядом. Слышите?

Она держала куклу, поражаясь тому, как точно она легла в руку, дивясь, какое у нее выражение лица и как тверды руки и ноги – как палки.

Всего лишь тряпичная кукла, но источающая спокойствие и уверенность.

И все же Дейн боялась уснуть, словно сон был сродни смерти. Гарри умер, и она не могла до конца в это поверить. Она поднялась, подошла к окну и уставилась незрячим взглядом в небо.

Темно – сплошная темень.

Он знал Бонтер так, что мог с закрытыми глазами пройти в любой уголок. И все же им владели неуверенность и беспокойство.

Ни огонька. Душный, влажный мрак. Даже свет луны рассеивался мельчайшими капельками влаги, зависшими в неподвижном воздухе. Будто сам Бог прикрыл луну ладонью, чтобы не светила так ярко.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация