Книга Вынос мозга. Рассказы судмедэксперта, страница 43. Автор книги Андрей Ломачинский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Вынос мозга. Рассказы судмедэксперта»

Cтраница 43

Ну а на бабу Любу нам Игнатьевна помогла выйти. Как только следователь спросил, не знает ли она, кто тут в округе мог молодой женщине матку проколоть, так та его к ней и привела. Бабка поотпираться решила, да без толку — и смывы со стола, и сама спица следы биологического материала имели, идентичного с Тамаркиным. Бабку посадили, Тамарку похоронили, а Василий остался доживать свой век бобылём. А ведь часть и его вины в этом есть. Разве трудно было с первой брачной ночи спросить жену, хорошо ли ей с ним?

Действительно, самоедорогое слово «нет», особенно когда его не говорят...

Фикус

Из этой матки мы учебное пособие сделали. И сама по себе матка была вполне интересна — острый гангренозный миометрит при полуторамесячной беременности, но главное — какой у неё был необычный аксессуар! Из зева матки торчал непонятный краснозелёный рог. Штука явно женскому организму чуждая. Мы его аккуратно извлекли, а когда поняли, что это такое, вернули обратно на место и увековечили этот натюрморт в банке с формалином как пример безжалостного преступления и человеческой глупости.

Красно-зелёный рог оказался почкой фикуса. Помните, в советское время это комнатное растение было очень популярно? Фикус любили держать из-за его неприхотливости, быстрого роста и способности терпеть низкое освещение. Этакое красивое деревце в кадке, раскинувшее свои тёмные кожистые лапти-листья где-нибудь в казённом помещении типа почты, аптеки, гостиничного фойе или отдела кадров.

Если посмотреть на самый кончик фикусовой ветки, вы обнаружите совершенно гигантскую почку размером с авторучку, только в основании толще. Если обломить этот росточек, тотчас же закапает белое, горькое и очень липкое «молочко» — фикусовый сок. В тропиках фикусы большие, там их режут и собирают этот сок, называемый латексом. Из него делают, например, медицинские тонкие перчатки. Сокодвижение в фикусе уникально. Это дерево может захватывать из почвы любые бактерии и разносить их по своим листьям. При этом само дерево не болеет, а бактерии сохраняются живыми. Впрочем, тогда я всего этого о фикусах не знал — пришлось почитать литературу, когда писал окончательное судмедэкспертное заключение в уголовное дело об этом криминальном аборте.

Леночкин труп нам сама гэбуха подкинула. Дело в том, что Лена была чрезвычайно перспективной спортсменкой, в Спорткомитете СССР её считали достойной кандидаткой в советскую сборную по фигурному катанию. Более того, с её данными и потенциалом многие заслуженные тренеры считали её в недалёком будущем очень вероятной претенденткой даже на мировое и олимпийское золото в одиночном катании среди женщин. А тогда у советской рекордноштамповочной спортивной машины поиск таких девочек был поставлен на поток, и в своих заключениях профессионалы редко ошибались.

В общем, это дело каким-то макаром затрагивало интересы неких знаменитостей из Спорткомитета, и хотя мы его полностью раскрутили и раскрыли в деталях яснее ясного (судмедэксперты, а не следователи!), завершать его никто не собирался. Похоже, в верхах решено было дело замять. Нам потом даже слегка настучали за излишнюю прозорливость по шапке. Пришлось оправдываться, что копнули глубже, чем надо, — дескать, не раскрытия преступления ради, а так, из чисто научного интереса. И протокол пришлось переписать. Два дополнительных листка дёрнули из архива и уничтожили. Вот и осталась истинная причина Леночкиной смерти только в устных преданиях нашей судебки.

После выступления на первенстве Союза среди юниоров Лену заметили по-серьёзному. Пригласили в специальную школу-интернат, дали нового, известного тренера. Началась интенсивная тренировочная жизнь с очень серьёзными ставками, если всё пойдет хорошо, то через год-два Лену ждёт мировая известность. Тренер был властной и очень требовательной личностью. Никакой свободы у Ленки не было, всё было подчинено одной цели государственной важности — выйти в мировые чемпионки. Регламент дня — полный, режим — строже, чем у космонавтов, все минуты расписаны. Девочка реально могла войти в историю фигурного катания, — я слабо в этом спорте разбираюсь, но как-то по-особому хорошо у неё что-то там на льду получалось, так, что ни до, ни после неё такую фигуру никто до сих пор сделать не может. Тренер заменил ей всё — семью и школу, друзей... и любовников.

Перед очередным чемпионатом Союза, который и считался для советских спортсменов отборочным на чемпионат мира, тренер понял, что Лена беременна. Такое открытие его просто убило — это было полным срывом всех планов, назревали крупные неприятности с очень нехорошими для него последствиями. Подопечная его не беспокоила — в том, что девочка сможет полностью восстановиться после аборта, он не сомневался. Проблема была в другом: аборт у спортсменки государственного уровня не скроешь. Это вам не Маша с Уралмаша, её медицинская карта полностью во власти врачей от спортивной медицины. Признайся им, и всё конечно. Будет высокопрофессиональный аборт в одной из самых лучших клиник, потом плохое выступление на Союзе, а там разбор его работы, причина сбоя в тренировках... Ладно бы просто вздули — типа недосмотрел, не уберёг, плохо работаешь, дисциплины никакой... Так ведь хуже. Отцом-то был он!

Как притащить девочку в нормальный городской абортарий и сделать это тихо, без записей и учётной карточки, он не знал. Зато знал один метод, который вовсю практиковали его старые подруги-спортсменки в далёкое время первой вспышки советского ледового спорта. Ледовых арен было мало, жили и тренировались вместе, ну и залетали. А где залетали, там и избавлялись — фикусом!

Метод был чрезвычайно прост. Требовалась одна столовая ложка с плоской металлической ручкой и один росток фикуса. Ручкой ложки поднимался свод влагалища, чтобы увидеть зев матки, а потом в этот зев вводился острый кончик фикусовой почки. Оставляли так на ночь, а утром вынимали. Если на следующий день не происходило выкидыша, то вечером процедура повторялась снова. Вообще такое дело и неделю могло длиться, но это не страшно — у фикуса вето-чек много и каждая заканчивается такой вот сосулькой. Ломай не хочу — на «лечение» точно хватит.

Вот тренер-наставник так и поступил. О том, чтобы его ослушаться или там какое своё мнение высказать, у Лены и мысли не возникло — за годы на ледовой арене она привыкла к беспрекословному подчинению. Зашла к нему в кабинет, улеглась на тот же массажный топчан, где он её периодически пользовал, мотивируя это абсолютной необходимостью снятия стрессов и каким-то чудодейственным эффектом мужской спермы. Вроде без этого чемпионства не будет. Презервативами наставник не пользовался — сам ей измерял температуру в заднице, сам вёл календарь её циклов. Да что скрывать, у других тренеров она тоже видела подобные календари, исчерченные звёздочками менструальных дней подопечных, — нагрузки-то даются на грани физических возможностей, такое не учитывать нельзя! Поэтому и думала Лена, что вот так же, после тренировки, но перед душевой, все они по приказу становятся раком, чтобы получить от тренера то,, без чего мировое первенство не выигрывается. Тренер — он сам знает, когда, сколько и как. Ему надо доверять и подчиняться!

Вот и сейчас Лена ему во всём доверяла. По команде перешла из коленно-локтевой позиции в лёжа на спину и послушно раздвинула ноги. Было несколько неприятно, но не больно — в зеве матки практически отсутствуют болевые окончания. Секундное дело, и тренер засунул куда надо эту блестящую зеленую морковку.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация