Книга Один шаг между жизнью и смертью, страница 17. Автор книги Андрей Воронин

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Один шаг между жизнью и смертью»

Cтраница 17

Краем уха он услышал, как тихо вжикнула “молния” на его брюках, и тут же умелые теплые пальцы проникли вовнутрь, скользя, добираясь, лаская и обхватывая, и сам он тоже проникал, добирался, ласкал до тех самых пор, пока все тело не сотряс сладкий спазм, от которого разом потемнело в глазах. Сердце пропустило один удар и заколотилось, как барабан войны, спазм повторился, заставив его хрипло застонать, потом мир словно взорвался, и пришло облегчение пополам с усталостью и сладкой опустошенностью. Он откинулся на спинку сиденья, опершись затылком о подголовник, и с некоторой неловкостью сказал, едва слыша собственный голос из-за звона в ушах:

– Уф… Извини. Совершенно сошел с ума, прямо как мальчишка.

– Ничего, – буднично ответила Таня. Она открыла сумочку, вынула носовой платок и принялась старательно, но без тени брезгливости вытирать испачканную ладонь. – Это бывает, особенно после долгого воздержания.

– Да уж, – пробормотал Шубин. – Что да, то да. Он сел прямо и с неудовольствием посмотрел на купленные несколько часов назад брюки. Зрелище было, мягко говоря, неаппетитное.

– Извини, – повторил он.

Таня не ответила. Сдув со лба упавшую невесомую прядь, она наклонилась над Шубиным, щекоча его волосами, и принялась так же спокойно, как и свою ладонь, оттирать его брюки, действуя умело и сноровисто. Заодно она протерла и нижний край рулевого колеса. “Ого, – подумал Шубин, только теперь заметивший, что руль тоже испачкан, – да это же было просто извержение вулкана какое-то… Лет с шестнадцати со мной такого не было, пожалуй. Вот это баба!.."

– Спасибо, – сказал он, застегиваясь и приводя себя в порядок.

– Не за что, – откликнулась Таня, убирая обратно в сумочку скомканный липкий платок. Она тряхнула головой, отбрасывая волосы на спину, и немного лукаво посмотрела на Шубина, медленно, пуговка за пуговкой, застегивая блузку. – Ты еще не передумал везти меня на прогулку?

Шубин неловко рассмеялся.

– Вот уж нет, – сказал он. – Теперь я тебя не отпущу, даже если ты сама передумаешь. Такие знакомства не должны кончаться вот так.., испачканными брюками.

– Да забудь ты про свои брюки, – как-то совсем по-свойски, словно они были сто лет женаты, сказала Таня. – Это была просто легкая закуска перед главным блюдом. В конце концов, тебе было просто необходимо немного спустить пар, чтобы ты мог доехать до места. Разве не так?

– Так, – медленно сказал Шубин. Таня в это время поправляла отстегнувшийся чулок, и это зрелище вкупе со словами о легкой закуске снова заставило его сердце учащенно забиться. “Господи, – подумал он, осторожно проводя кончиками пальцев по узкой полоске шелковистой кожи, белевшей между верхом чулка и краем задранной юбки, – Господи, да что это со мной? Что я, задранных юбок не видел? Совсем ополоумел, старый кобель…"

– Кыш, – весело сказала Таня и одернула юбку. – Смотри, вон Светка приехала.

Шубин увидел подъехавшее такси, из которого с присущей многим москвичкам непринужденной грацией выбиралась одетая в длинный серебристый чешуйчатый плащ рослая девица в пышных платиновых локонах, похожих на парик. Плащ на ней переливался и сверкал, и так же сверкала парчовая сумочка на длинной никелированной цепочке, приспособленной вместо ремешка. Когда девица распрямилась во весь рост и повернулась лицом, озабоченно оглядывая стоянку, Шубин сумел разглядеть под распахнутым плащом высоко обнаженные широкие мускулистые бедра, сильные икры, туго обтянутые облегающими голенищами сапог, блестящую юбчонку из искусственной кожи, прозрачную кофточку, из которой, как пара ворованных дынь, нахально выпирал монументальный бюст, глубокое декольте, а над ним – лошадиную физиономию, размалеванную, как клоунская маска. Он невольно качнул головой, восхищаясь не то проницательностью Тани, не то совпадению, благодаря которому ее подружка оказалась женщиной как раз того сорта, какой предпочитал не отличавшийся утонченностью Палыч.

– Подойдет? – спокойно и деловито спросила Таня, словно Шубин покупал сорочку для отсутствующего приятеля.

– Подойдет, – ответил он и коротко посигналил клаксоном.

Девица встрепенулась, нашла глазами “Ниву” и зашагала через стоянку. Походка у нее была разбитая, словно она смертельно устала.

– Привет, – хрипловато сказала она, плюхаясь на заднее сиденье и немедленно принимаясь чиркать зажигалкой. Краем глаза Шубин заметил, что она курит “кэмел”. – Эй, дядя, огонька не найдется? Моя совсем сдохла… Вот спасибо… Представляешь, – продолжала она, обращаясь к Тане с таким видом, словно в машине, кроме них, никого не было, – вчера такие козлы попались! Ничего их не берет, лезут и лезут, как на карусели, честное слово. Думала, там мне и конец.

Шубин чуть слышно хмыкнул, запустил двигатель и выехал со стоянки. Предзакатное солнце, зависнув над дальним концом проспекта, било в глаза, и он опустил защитный козырек. Москва оживленно копошилась вокруг в зелени скверов и пестроте витрин, перекликалась сама с собой отдаленными гудками тепловозов, громыханием трамваев и редкими вскриками автомобильных сигналов. Управлять “Нивой” после послушного “пежо” было все равно что учиться танцевать на протезах, но Шубину все равно было хорошо. Бросая частые взгляды на точеный профиль Тани со слегка приоткрытыми, похожими на лепестки розы губами, он вдруг окончательно поверил в то, что все закончится хорошо – и сегодня, и вообще. Граф поскрипит зубами и смирится с потерей, а он, Андрей Валентинович Шубин, будет спокойно и счастливо жить на каком-нибудь теплом острове, где нет ни братвы, ни налоговых инспекторов, а есть только синее небо, горячее солнце и ласковое море. Можно будет взять с собой Таню. Говорить о любви, конечно же, смешно, но он давным-давно не встречал женщины, которая нравилась бы ему сильнее.

Ну, а если откажется? Шубин снова украдкой покосился направо и иронично улыбнулся краешком губ. Если откажется – скатертью дорога. Это докажет только то, что у нее не все дома, а полоумная ему не нужна. Подумаешь, потеря! Как будто мало на свете горячих баб…

Измотанная неутомимыми клиентами Светка уже дремала, завалившись в уголок сиденья и уронив на плечо голову в съехавшем платиновом парике. Из-под парика выбивались темно-русые жидковатые пряди. Лицо у Светки даже сквозь грим казалось немолодым и очень усталым. Время от времени Шубин посматривал на нее в зеркало, между делом думая о том, что легкого хлеба, по-видимому, все-таки не бывает. Хлеб всегда так или иначе приходится отрабатывать, и, если ты видишь человека, который живет припеваючи и вроде бы ничем особенным не занят, не торопись завидовать: он либо прошел через ад, либо только готовится вступить на его дымные улицы.

Он закурил и, спохватившись, протянул пачку Тане. Та благодарно кивнула и тоже закурила, глядя в окно и думая о чем-то своем. Она даже курила красиво, и не просто красиво, а так, что Шубин опять против воли начал заводиться и поспешно перевел взгляд на дорогу.

На окраине он притормозил рядом с универсамом и купил для себя и девиц хорошего вина, а для Палыча – две бутылки водки. Гулять так гулять, весело подумал он, спускаясь с крыльца и придерживая под дно позвякивающий полиэтиленовый пакет.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация