Книга Message: Чусовая, страница 91. Автор книги Алексей Иванов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Message: Чусовая»

Cтраница 91

Сначала «сотник», а затем «полковник» и «фельдмаршал» Белобородов взял пристань Илим, Полевской, Северский, Билимбаевский, Верхнешайтанский и Васильево-Шайтанский, Староуткинский, Старошайтанский и Ревдинский заводы.

В Ревде в церкви Михаила Архангела повстанцы сняли с рамы образ, написанный на холсте, где с одной стороны был изображён Михаил Архангел, а с другой — Христос. Этот холст, прибитый к древку, стал знаменем повстанцев.

Особенно ожесточёнными были осада и штурм Старой Утки. Ставка Белобородова располагалась в деревне Курья. Оборону завода возглавил сержант Курлов. Вместе с ним были и демидовские приказчики, и многие рабочие — около 800 человек, которыми руководили шестеро солдат. И у повстанцев, и у заводчан была артиллерия. Заводчане вокруг завода наморозили валы, поставили частоколы, рогатки. Осада началась 1 февраля. Осаждённые отбили картечью два приступа. Курлов писал в Нижний Тагил начальнику: «Мы теперь в огне. Что вы, батюшка, делаете, я не знаю, пожалуйте, народом подкрепите. Худо наше дело». И февраля повстанцы по льду пруда вновь пошли в атаку. Впереди себя они толкали возы с горящим сеном и прятались от выстрелов за дымовой завесой. Старая Утка не устояла. Пугачёвцы ворвались на завод. Сержант Курлов отбивался до последнего и был зарублен на батарее. В Старой Утке погибли 23 человека, 49 домов было разграблено и сожжено; Белобородову досталось 15 пушек. В Старой Утке Белобородов оставил своего «коменданта» — «подполковника» Паргачёва, который тут же погряз в пьянстве.

С Чусовой Белобородов пошёл на Екатеринбург, оборону которого организовал полковник В. Ф. Бибиков (однофамилец тогдашнего казанского губернатора). Но взять Екатеринбург повстанцам не удалось: военная удача отвернулась от них. Секунд-майор Фишер выбил их из Шайтанских заводов. Премьер-майор Гагрин освободил от пугачёвцев присылвенские заводы, нанёс Белобородову поражение в бою у деревень Иванково, Тебеняки и Агафонково на Сылве, занял Старую Утку, разгромив отряд Паргачёва. Белобородов пытался вновь захватить этот завод, но был отброшен. Он отступил в Касли, а оттуда, под напором того же Д. О. Гагрина, в Саткинский завод. Это было уже в марте 1774 года.

В Сатке войска Белобородова слились с войсками Пугачёва. Дальше Белобородов был уже вместе с Петром Фёдоровичем; с ним же он и попал в плен под Казанью. 5 сентября 1774 года Белобородова обезглавили в Москве на Болотной площади.

В 1775 году по Чусовой бродили слухи, что какой-то Метёлкин принял имя «Петр Фёдорович», продолжая дело Пугачёва, но этот Метёлкин вскоре был изловлен властями.

Пугачёвский бунт на Чусовой был разгромлен, однако ярость народного гнева ещё долго была памятна заводчикам. А чусовские жители… Они «от сожжения их жительств и обобрания всего их имения понесли разорение и претерпевают вящшую скудость и пришли во всегдашнее несостояние».

На Чусовой от пугачёвщины осталась ещё и легенда о пугачёвском кладе.

БОЕЦ ЧЕТЫРЕ БРАТА

Боец Четыре Брата находится на правом берегу Чусовой в 8 км ниже устья речки Кумыш. Он входит в Кумышскую гряду самых опасных бойцов. С названием его произошла большая путаница. В XIX веке камень так и назывался: Четыре Брата; от этого названия происходит и название ручья Четырёшный, который протекает между вторым и третим «братьями». А в XX веке вдруг «народился» ещё один «брат», и боец во всех путеводителях стал называться «Пять Братьев». (Лишь на самых новых картах в Интернете он вернул себе первоначальное имя.)

В «Календаре Пермской губернии за 1887 год» об этом бойце сказано: «…получил своё название по своему выделяющемуся виду — в крутом склоне прибрежной горы, поросшей великолепным лесом, „Четыре Брата" представляют четыре вертикальные стены, разделённые глубокими логами, почти на равном расстоянии одна от другой, далеко выделяющиеся из массы окружающей их зелени деревьев». Четыре Брата (или Пять Братьев) — это ряд вертикально стоящих узких пластов высотой до 40 м. Количество утёсов называют разное — от четырёх до семи. Видимо, счёт их — дело субъективное: третий «брат» — двойной, а за четвёртым утёсом стоят ещё два пласта, различимые только снизу по течению. Между утёсами растёт лес. В породах встречаются окаменелости. На первом «брате» в глубине есть маленькое карстовое окно. Боец — геологический памятник природы.

Поблизости от камня в XVIII веке находился рудник Четырёхбратский, снабжавший рудой Кусье-Александровский завод Строгановых на Койве.

С бойцом Четыре Брата связана легенда о кладе Пугачёва. Будто бы Пугачёв, предчувствуя поражение, отправил на Чусовую своего атамана Чику-Зарубина (который называл себя графом Иваном Никифоровичем Чернышовым). Чика спрятал на бойце клад: девять бочонков. В четырёх из них — вино, в трёх — меха, в двух — золото. В то время когда (по легенде) Чика должен был рыть землю на Четырёх Братьях, реальный Чика сидел в Табынском остроге, а потом был повешен в Уфе. Оказаться на Чусовой он мог только в качестве привидения. Но это не останавливало кладоискателей ни в прошлом, ни сейчас. Нынешние кладоискатели проверяли окрестности бойца даже с лозоходцами и установили, что клад действительно где-то здесь… Но вот где? Каменные Братья хранят молчание.

* * *

Конечно, и после пугачёвщины на Чусовой были и небольшие бунты, и разбойничьи налёты, и выступления рабочих. Самыми крупными были волнения крестьян, приписанных к Ревдинскому заводу. Они произошли в 1800 году. Но в 1807 году при реформировании системы горных заводов ненавистная приписка была наконец-то отменена. Однако в 1824–1826 годах в Ревде произошёл бунт углежогов, спровоцированный Демидовыми для того, чтобы вернуть себе отнятый завод. А в феврале — мае 1841 года углежоги Ревды подняли настоящее восстание.

Углежоги поставляли заводам древесный уголь. Уголь получали так: огромный штабель ровно напиленных дров покрывали дёрном (получался «кабан»), делали в дёрне продухи и поджигали. Необходимо было поддерживать медленное и равномерное тление 10–15 дней, а уголь утрамбовывать специальной огромной «балдой». Это была исключительно тяжёлая работа: без отдыха, в дыму и копоти; к тому же — смертельно опасная, ведь углежоги, трамбуя уголь, ходили по «кабану» и запросто могли провалиться в гору раскалённого угля. Угля заводам требовалось очень много: на выплавку 1 части чугуна — 5,5 частей угля, а на 1 часть железа — 8 частей угля. Нормы выработки были совершенно непосильны — сотни и тысячи коробов. Но администрация завода в 1841 году всё равно ещё увеличила требования к выработке — и углежоги восстали.

У них уже была неплохая организация. Для начала их войско грозно промаршировало мимо присланного на усмирение полковника Порозова. Углежогов было около 500 человек, и шли они колонной по 4–5 человек в ряд и все с кольями в руках. Разрешить конфликт миром не удалось, и в конце концов солдаты открыли по углежогам огонь. Было убито около 170 человек, среди которых — женщины и дети.

Реформы 1861 года и специфический характер труда на Чусовой не позволили в пореформенный период развернуться здесь классовой борьбе в вооружённой форме. Мамин-Сибиряк отмечает, что главной формой социального протеста было бегство крестьян-бурлаков со сплава. Впрочем, в 1906 году в низовьях Чусовой появились лесные отряды с винтовками и револьверами.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация