Книга Рецепт дорогого удовольствия, страница 2. Автор книги Галина Куликова

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Рецепт дорогого удовольствия»

Cтраница 2

— На тебя, на тебя, родная. Ты вообще в курсе, что ты с ним сделала?

— С кем? — глупо переспросила Глаша.

— С Дукельским! — заорал Петя и вскочил со своего места.

— А кто это?

— Не прикидывайся доской! Ты прекрасно знаешь, про кого я говорю!

— Я не прикидываюсь! И я не знаю, про кого ты говоришь! — тоже повысила голос Глаша. Ее «французский шик» стал дыбом, словно иглы дикобраза.

Кайгородцев тут же сбавил обороты.

— Это тот тип, — ехидно пояснил он, — которому ты сделала на пляже массаж, выдав себя, вероятно, за большого специалиста по лечению позвоночника. Куда-то ты там ему не туда нажала, спина у него теперь ни к черту, он лежит пластом и одновременно подает в суд на наш центр.

— Надеюсь, ты шутишь? — помертвев, спросила Глаша.

— А что, похоже, что я шучу?

— Я не выдавала себя за врача! — воскликнула Глаша. — Просто наши полотенца оказались рядом, мы стали болтать, а он все время потирал поясницу. И я сказала ему: «Давайте помассирую!», и он согласился…

Глаша покраснела. Тогда на пляже она положила на Дукельского глаз и мечтала, что на следующий день он позвонит ей и куда-нибудь, пригласит. А он вон что!

— Ага, ага! — мелко закивал Кайгородцев. — «Давай помассирую!» — передразнил он ее. — Еще ты сказала, что работаешь в центре нетрадиционной медицины, только не уточнила кем. И Дукельский подумал, естественно, что ты профессионал. Однако после твоего массажа бедолаге стало так плохо, что он вынужден был сесть на больничный. Теперь он звонит сюда и требует сатисфакции.

— Гнусные инсинуации! — рассвирепела Глаша. — Сначала он согласился на массаж и уж только потом, когда попросил телефончик, я сказала ему, где работаю. И сказала — кем.

— У пострадавшего другая версия!

— Да он просто свинья, твой пострадавший!

— Это ничего не меняет! Ты сделала массаж свинье, и теперь она хочет подать на нас в суд!

Глаша нащупала рукой стул и без сил опустилась на него.

— Петь, — жалобно спросила она. — А… А что, ты уже рассказал начальству?

Она ничуть бы не удивилась, если бы он рассказал. Начальством в центре называли хозяина, который носил фамилию Нежный. При этом фамилия совсем не соответствовала его сильному характеру. Нежный и Кайгородцев когда-то учились в одном классе и поддерживали отношения в студенческие годы. Потом дела у Нежного пошли в гору, ему потребовалась своя команда, и он позвал к себе мыкавшегося без настоящего дела Кайгородцева. С тех пор он так и таскал его за собой, доверял безоглядно и платил щедро. Проекты следовали один за другим, Кайгородцев отлично справлялся со всяким делом, и теперь, когда Нежный решил вложить деньги в сеть центров нетрадиционной медицины, возглавил один из них.

— Я ничего никому не рассказывал! — огрызнулся Петя. — Я… Я вообще, может, никому ничего не стану рассказывать!

Он странно посмотрел на нее — искоса, угрюмо и одновременно слегка испуганно. Словно хотел сказать что-то и не решался. Если бы Глаша никогда не видела его потрясающую жену, она, ей-богу, подумала бы, что Кайгородцев в нее влюбился.

— Что ты имеешь в виду? — пролепетала она.

— Ну… — Петя неожиданно сел и потеребил нижнюю губу. — В конце концов, ты мой референт, я должен за тебя заступиться. Пошлю к Дукельскому своих ребят, они объяснят этому козлу, что иск подавать не нужно…

Он говорил и смотрел на нее выжидающе. Примерно так недавно пялился на нее сантехник, который пришел починить протекший кран и не желал уходить без денежного вознаграждения.

— Спасибо, Петя, — осторожно произнесла Глаша. — Если я что-то могу для тебя сделать…

— Можешь, — мгновенно откликнулся Кайгородцев. — Знаешь, я слышал эту твою историю про нападение на инкассаторов и как ты все это предотвратила…

Глаша едва не застонала.

— Раисе Тимуровне надо привязывать к языку гирю! — прошипела она. — Выставляет меня непонятно кем…

— Да ты послушай, дурочка! — перебил ее Кайгородцев. — Я тебя о помощи хочу попросить. Беда у меня, Глаша!

Он закрыл рукой глаза и некоторое время сидел неподвижно, пытался справиться с собой. Глаша тоже не шевелилась, сжавшись на своем стульчике. Наконец Петя убрал руку и взглянул на свою визави в упор:

— У меня жена исчезла.

Глаша тут же хотела переспросить: «Исчезла? Как это — исчезла?», но, посмотрев на Петю, проглотила свой вопрос. Жена исчезла! Красавица Сусанна, которую Кайгородцев называл Сузи, и было непонятно, то ли это насмешливое прозвище, то ли наоборот — восторженное. И только, когда жена как-то раз заехала за ним после работы и вошла в приемную — прелестная и яркая, словно девушка с обложки модного журнала, — все поняли, что восторженное.

Петя смешно гордился своей женой. Примерно так мальчишка может гордиться потрясным велосипедом, а юнец — шикарной папиной машиной. Сусанна была его завоеванием, и вот теперь он говорит, что она исчезла. Кстати, очень странное слово он подобрал — исчезла. Не пропала и не ушла.

— Когда? — кратко спросила Глаша, боясь многословием разбередить Петино страдание. Страдание сидело в нем, притаившись, словно кошка с выпущенными когтями.

— Неделю назад.

— Неделю? — ахнула Глаша. — И что ты делал всю эту неделю?

— Ждал, — коротко ответил Петя и поднял на нее печальное лицо — лицо Пьеро, от которого сбежала Мальвина.

Глаша поняла, что беседа в том же духе может длиться очень долго, поэтому попросила:

— Петь, расскажи сам все толком. Как она исчезла? Может быть, вы поругались?

Кайгородцев провел рукой по лицу и потерянно сообщил:

— Она все время поила меня горьким чаем. Ну, гадость, веришь? Я постоянно спрашивал ее: «Сузи, почему чай такой горький?» А она назидательно говорила: «Потому что это настоящий чай, а не то резаное сено, которое засыпают в пакетики». Но когда приходили гости, чай никогда не бывал таким отвратительным, как тот, что я в последнее время пью на ночь. У Сузи появилась вдруг такая традиция — чай на ночь. Вроде бы он способствует вымыванию из меня каких-то токсинов. Будто я работаю на химическом заводе!

— Не понимаю, что ты хочешь сказать, — пробормотала Глаша. — Что Сусанна тебя травила?

— Я только сейчас сообразил, — понизил голос Кайгородцев. — В те вечера, когда был горький чай, я рано ложился и спал как убитый.

— А в другие вечера? — шепотом спросила Глаша.

— А в другие вечера было что-нибудь другое — какао, или шоколад, или шампанское. Или мы вообще ужинали в гостях. А в прошлый Понедельник…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация