Книга Монах. Шанти, страница 47. Автор книги Евгений Щепетнов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Монах. Шанти»

Cтраница 47

Лекарь вдруг заскрипел, издав странные звуки, будто две палки терлись друг о друга. Андрус удивленно посмотрел на мага и через пару секунд понял – он так смеется.

Урхард хохотнул, хотя и скривился, подмигнув Андрусу: мол, терпи! Вот такой придурок!

Андрусу было все равно. Он парил где-то в небесах, расслабленный, как облачко. Ему было хорошо, легко и приятно, время от времени Андрус впадал в состояние подобное наркотическому опьянению, и тогда голоса присутствующих слышались как сквозь вату – далекие, искаженные, непохожие на человеческие.

– Пей! Пей, говорю! – Резкий голос лекаря вырвал Андруса из полузабытья. – Сейчас я заклинание прочитаю, оно его взбодрит. Только потом срочно веди его в обеденную залу, и пусть ест как можно больше, сколько сможет. Это заклинание подстегнет его организм, заставит работать быстрее. Стоп! Это что такое?! Ну-ка, ну-ка?! Что, жар?! Встань! Придержи его, чтобы не свалился! Странный молодой человек… при такой худобе плечи у него дай боги каждому, мышцы великолепные… вот жиру совсем нет, это да. Иссохший. Надо жидкости пить побольше. Шрамы… м-да. Шрамов как у бойцовой собаки, будто его тащили по земле за лошадью, а? Не из преступников каких-нибудь? Не в бегах?

– Тебе не все равно? – кашлянул Урхард.

– Цена выше! – возмутился лекарь. – Одно дело – лечить башку ушибленного зятя купца, другое – преступника в бегах! За молчание нужно доплатить!

– Никакой он не преступник! – рявкнул Урхард.

– Жаль, – не смутился лекарь. – Тогда было бы два золотых. Итак: ран я не вижу, воспаления нет, почему горячий? Что такое? Что, перевертыш?

– Полтора золотых, и ты держишь язык за зубами! – буркнул Урхард.

– И то лепешка с маслом! – заскрипел лекарь. – Тогда все понятно. Непонятно одно – почему он весь в шрамах. Перевертыши обычно чистые, как младенцы. Они при переходе избавляются от своих ран. И лечатся так же – перешел разок в зверя, вернулся назад, если вернулся, и снова здоров. А вот заклинанием я не буду на него воздействовать. Толку-то? У него и так тело ускорено, моему заклинанию такое и недоступно.

– А поддержать? Бодрость? – недовольно фыркнул Урхард. – За что я тебе золотые плачу?! Обычный лекарь берет три серебреника, а ты – золотой, да еще половинку!

– Ты платишь за знания! – хохотнул лекарь и тут же посерьезнел, насупив брови. – Я учился десять лет, чтобы познать лечение людей! Ты просиживал долгие вечера, слушая завывания вьюги и глядя в толстую книжку, когда уже расплываются буквы оттого, что хочется спать? Ты дни напролет толок травы, минералы, смолы и всякую вонючую дрянь, чтобы вечером опять клевать носом, глядя в книгу? Ты изучал заклинания, от которых, если ошибешься хоть в одной букве, человек может сгнить заживо? Ты можешь вылечить гниющую рану или ранение в живот, когда из кишок вываливается все дерьмо и нужно промывать эту дрянь, зашивать, а потом еще и творить заклинание, от которого у меня чешутся ноги? Что ты понимаешь в лечении, чтобы говорить о плате – велика она или мала? Я только к сорока годам стал настоящим лекарем, великим, таким, что лучше меня в современном мире нет и быть не может! А ты для меня лишнюю монету жалеешь?! Неблагодарные люди! Как что, сразу бежите – помоги! Выручи! Ай-ай! А как вылечил, начинаете канючить: де-е-енег нет, де-е-енег! Так иди и заработай, раз нет! Или подыхай!

– Ты чего разошелся-то? – слегка растерялся Урхард и, нахмурившись, спросил: – А как тогда с долгом лекаря? Вы же должны жалеть людей, лечить их! У самого-то сердце не екает, когда отказываешь больному, у которого нет денег на лечение?

– Всех не вылечишь, – скривился маг, – я бесплатно не работаю. Мне тоже надо как-то жить. Дом хороший, лошадей, повозку удобную, слуг, жену содержать, пару любовниц. Детей – само собой, кому-то же надо подзатыльники давать… маленькие чудовища. В общем, ты за свои товары деньги берешь, а почему я должен продавать свои услуги бесплатно?

– Не знаю… мне кажется, тут немного другое дело. И вообще, чего ты разговор завел? Из-за половинки золотого, что ли? Да отдам я тебе, не ной! Два дома имеешь, табун лошадей, ешь-пьешь на серебре и злате, и все мало?! Хватит, дело делай!

– А ты мои деньги не считай! – огрызнулся лекарь, профессионально ощупывая плечи Андруса. – Свои считай! Я дело свое знаю! В общем, не надо ему никакого лечения. Отдых и много еды. Учти, не будешь его кормить как следует, он может умереть. Парень должен есть много, постоянно, по крайней мере пока не восстановит нормальную форму. Сейчас он балансирует на краю пропасти. Недавно случилось что-то такое, что забрало у него массу сил, просто огромное их количество, и он едва не загремел в яму. Что случилось – тебе, как вижу, ведомо, а мне неинтересно. Еще есть вопросы?

– Осмотри меня. – Урхард решительно сдернул куртку и рубаху. – Что видишь?

– Мужчину не первой молодости, украшенного кучей шрамов, – усмехнулся лекарь. – Для своих лет ты в хорошей форме и, как мне кажется, довольно прилично похудел. Кожа ослабла. Оп! Интересно, как ты выжил после такого ранения в живот?! Кто тебя лечил? Шраму лет десять? Больше?

– Лет десять, говоришь? – посерьезнел Урхард. – А что скажешь насчет этих шрамов – вот и вот?

– То же самое. Залечены давно, чисто. А вот как с животом? Кто этот умелец? Как ты умудрился выжить? Так кто лекарь?

– Есть такой, – усмехнулся Урхард. – Не скажу. И не зазнавайся – не один ты такой знаменитый лекарь.

– Хотел бы я пообщаться с этим человеком, – пробормотал маг, задумался и, опомнившись, снова заговорил о деле: – В общем, так: все перевертыши обладают огромными способностями к восстановлению, если у них есть питание. Убить их невероятно трудно. Чтобы у твоего парня остались такие шрамы, он должен был быть весь переломан. Избит, как под горным камнепадом. Но выжил. Корми, пои – и получишь великолепного жеребца для своей дочери. Все, моя работа окончена!

Лекарь протянул руку за спину, Урхард вложил в узкую ладонь две монеты, и через минуту мага как ветром сдуло из маленькой комнаты.

– Давай-ка одеваться! – Урхард приподнял с кровати Андруса, голова которого раскачивалась из стороны в сторону, и медленно и осторожно стал одевать.


В голове постепенно прояснялось, слабость и дрожь отступали. Андрус отяжелел от съеденного и выпитого и жевал по инерции, без аппетита, как лекарство, поглощая мясо кусок за куском, под внимательным взглядом Урхарда.

Наконец совать съестное было уже некуда: непереваренные куски чуть ли не подкатывали к горлу, и тогда Андрус запротестовал, отодвинув чашку, к которой так и тянулись его руки. Мозг требовал еды, но желудок не справлялся с таким ее количеством. Нужно было выждать хотя бы полчаса.

– Ну что, в силах говорить? – Урхард огляделся по сторонам, убедился, что их никто не подслушивает, и снова обернулся к Андрусу. – Ты что-то помнишь? Помнишь, как меня лечил? Что ты сделал? Как ты сумел? Расскажи! Я сгораю от любопытства! Ты маг? Лекарь? Что ты вспомнил? На каком языке ты говорил? Что это было?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация