Книга Алмазный Меч, Деревянный Меч. Том 2, страница 109. Автор книги Ник Перумов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Алмазный Меч, Деревянный Меч. Том 2»

Cтраница 109

Девушка почувствовала, как на глаза наворачиваются непрошеные слезы. Как это? Что такое? Она плачет – из-за хуманса? Сколько зла и горя претерпела она от них, сколько ночей мечтала о мести, а теперь, когда Тукк и Токк задрыгали ногами, подвешенные на высокой жерди, когда Еремея растянули и принялись медленно вырезать у него из спины ребра, когда слух истинной Дану Сеамни Оэктаканн, ныне еще и Thaide, Видящей, Носительницы Деревянного Меча, услаждался наконец-то предсмертными воплями хумансов и она весело смеялась вместе с остальными Дану, – почему теперь по щекам бегут злые слезы и она отчего-то вспоминает неказистые Трошины гостинцы, которые он пытался подсунуть ей, когда не видели другие?..

Нет, нет, нет! Она не станет об этом думать. Да к тому же и Седрик что-то говорит…

– Не думай, что мы сидели сложа руки, Thaide, покорно ожидая конца. Знай, что наша Мудрая смогла оживить многие тайны давно ушедших в лучший мир чародеев. Мы сплели сложное заклятие... и мы напали, Thaide, мы напали на самого Императора хумансов!

– Напали на Императора хумансов? – не сразу поверила услышанному Агата. – Но как?

Седрик гордо улыбнулся.

– Мы сплели заклятье, Сеамни. И набросили его на... какого-то жалкого, совершенно ничтожного хуманса в имперской столице. Он должен был повсюду искать встречи с Императором, поскольку мы знали, что Император часто совершает поездки по городу с небольшой охраной.

– И?.. – с замиранием сердца спросила Агата.

– Заклятие сработало как должно. Но… Император оказался хорошо защищен. Первую нашу атаку он отбил. Тогда мы привели в действие вторую ловушку, заготовленную нами на случай провала первой. Один из наших воинов проник в Империю, проник в сам Мельин! Наши чародеи выбились из сил, но маскировка так и не была открыта. Нам почти удалось затянуть Императора... почти. – Седрик досадливо поморщился. – Мудрая вскрыла его память. Она увидела там... как ни странно, она увидела там боль и вину. Совершенно невероятно, чтобы хуманс испытывал такие чувства. Он до сих пор, представь себе, Thaide, не забыл девочку нашего народа, которую убил по наущению магов Радуги. Он запомнил ее примету – шрам на шее... там, куда ударил его меч. Он помнит ее. Эта память стала той ниточкой, по которой мы пришли к нему... но сил у нашей Мудрой не хватило. Мы были очень близки к успеху... душа Императора уже готова была расстаться с телом, однако он вновь выстоял. Нам не удалось лишить его жизни, однако из-за этого Император поссорился с магами. Подробностей не знает даже наша Мудрая.

– Так вот из-за чего маги посылали два легиона в Бросовые земли! – хлопнула себя по лбу Агата. – Я знаю... мне говорили…

– Они посылали против нас два легиона? – Седрик поднял брови. – Высокая честь для последнего отряда Дану... двенадцать тысяч мечей против наших двух сотен клинков и луков. Но где же эти легионы сейчас?

– Повернули назад, – кратко ответила Агата.

– Ты – Thaide, тебе виднее, – поклонился Седрик.

– Да, мне виднее, – подтвердила девушка. – Слушай же меня, вождь Седрик, ибо устами моими сейчас говорит сам Деревянный Меч. Идем на Мельин. Идем, нигде не задерживаясь. Хватит... игр с хумансами. Под стенами нашего древнего города мы посчитаемся с ними за все. Иммельсторн защитит нас!

Иммельсторн защитит нас! – подхватил Седрик. – Веди нас, «Thaide!

* * *

В великой Мельинской Империи наступала зима. Как назло, в этот год великих разорении и бедствий она оказалась суровой. Прорвавшиеся на дальний юг метели заметали черные обугленные кости Мельина, покинутого и людьми, и Нелюдью. Страшные древние катакомбы под городом опустели. Те немногие строения, что остались целы, стояли брошенными – знать, все, у кого имелось хоть сколько-нибудь золотых, поспешили убраться подальше.

Совсем обезлюдела и местность к юго-западу от города, когда-то оживленную дорогу занес снег. Голубоватые сугробы – каких здесь не помнили уже десятки лет – залегли вокруг одинокого холма с дольменом. Вот только у подножия его невесть откуда появился небольшой свежесрубленный домик. Чародей Акциум возвел его за считанные часы – попросту приказав деревьям самим валиться, очищать себя от веток, коры и сучьев, после чего самим тесаться и укладываться в сруб. Потом настал черед камней – самим сложиться в печку. Тави хлопала в ладоши и хохотала, глядя на это чудо.

– Эх, давненько я ничего не строил, – вздохнул чародей после того, как работа была окончена. – Д приятно, знаешь. Словно и не было ничего… – Он вздохнул и оборвал фразу.

Несмотря на все уговоры Тави, Акциум так и не открыл ей своего прошлого. Для ученицы могущественного волшебника оно осталось тайной за семью печатями.

Девушка и волшебник остались здесь, у подножия зловещего кургана. Волшебник ни за что не хотел покидать проклятого места, как Тави его ни упрашивала.

– Ковен козлоногих мы до конца еще не уничтожили, – втолковывал он девушке. – Мы приостановили их, мы облегчили участь магов Радуги, сдерживающих натиск врага, но до конца дыра еще не заделана. Да и, кроме того, разве только в дыре дело? Задача в том, чтобы враг раз и навсегда забыл сюда дорогу. Я ломаю себе голову над тем, как сделать этот мир для врага и вовсе невидимым, как бы несуществующим. Пока вот что-то ничего не придумал.

– Ты придумаешь. Учитель, как же иначе! – с жаром воскликнула Тави.

– Так ведь это посложнее, девочка, чем сложить дом или чем лаже провидеть собственное будущее, – печально улыбнулся маг. – Беда всего волшебства – и древнего, и нового, – что оно очень уж неохотно берется за необычные задачи. Магия формальна, в ней слишком большую роль играют заклятия – то есть, по сути, формы, в которые маг облекает свою силу. Вот сейчас мы и становимся заложниками этого. Эх, эх, вот если бы я мог позвать на помощь…

– Кого? – немедленно спросила Тави.

– Ты их не знаешь. Когда-то эти двое были моими врагами, потом... потом злость и обида прошли. Нас по-прежнему нельзя назвать друзьями, но, во всяком случае, некое понимание... было достигнуто. Э-эх! – Акциум вздохнул. – Ну да ладно. Я чувствую, ждать нам осталось недолго… даже и домик этот обжить не успеем… Император движется к Мельину.

– Ну и что? Какое нам дело до Императора? У него своя война, а у нас – своя.

– Нет, – покачал головой чародей. – Я ощущаю его приближение. Раньше такого не было. Его война перестает быть только его делом. Кажется, она коснется и нас. Ну ладно, хватит разговоров, давай спустимся вниз, посмотрим, что там и как.

Внизу, в подземной погребальной камере, ничего не изменилось. Неподвластный тлению, в странном смешении не-жизни и не-смерти, лежал труп вырвавшегося из саркофага чудища. В его тени сознания ничто не изменилось.

И жуткие видения надвигающейся Бездны больше не тревожили Тави. Хотя – она знала – враг никуда не делся. Он просто притаился, где-то за пределами и Мира, и Междумирья, в недоступных человеческому пониманию областях реальности, терпеливо подготавливая свой новый штурм.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация