Книга Хранитель Мечей. Одиночество мага. Том 2, страница 100. Автор книги Ник Перумов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Хранитель Мечей. Одиночество мага. Том 2»

Cтраница 100
Интерлюдия 22

Раненая сова летела на юг. Напрягая все силы, била воздух широкими крыльями; и неостановимо по мягким перьям сбегали капельки крови. Кровь сочилась вроде бы и небыстро, однако не останавливалась, а Сильвия упрямо не желала опускаться на землю – справедливо подозревая, что в Аркине на неё будет устроена большая загонная охота по всем правилам. Она пролетела все владения Святой Матери, дерзнув трансформироваться, только когда заметила под собой пограничные имперские заставы. Из подслушанного она достаточно чётко представляла себе устройство Эвиала, да и карта ночной гостьи оказалась очень кстати.

Империя Эбин. Некогда могущественная, простиравшаяся от Вечного леса на северо-востоке до крайней западной оконечности континента, включая в себя всё Семиградье, весь Эгест и весь юг полуострова вплоть до самого Ордоса. Некогда корпуса Империи высадились и на Кинте Дальнем, на целых сто пятьдесят лет, покуда Эбин был в зените мощи, положив конец пиратской вольнице.

Те времена давно минули. Звезда Эбина давно закатилась, и ныне уже не мощные корпуса из свободных эбинских земледельцев наводят ужас на все окрестные земли, а наёмные войска с трудом удерживают остатки имперских владений. Давно отделился Эгест, следом за ним – Семиградье. В кровавых смутах войн «за веру» Империя почти вернула утерянное, но удержать сил уже не хватило. Дольше стояли имперские гарнизоны в Кинте Дальнем, пока вольный люд со всего Эвиала не заставил отступить и их. «Свободный Кинт» немедленно стал гнездилищем воров и негодяев, тотчас вернувшихся к старому привычному ремеслу – пиратству. Море Надежд и Море Призраков вновь стали небезопасны.

И теперь старой, одряхлевшей Империи только и оставалось, что надувать щёки, делать вид, что в мире ничего не изменилось, а отделившиеся земли по-прежнему остаются имперскими провинциями. Коренные владения короны не отличались богатством: земли, хоть и плодородные, тем не менее почти не содержали в своих недрах ни железа, ни золота. Древние рудники были уже окончательно выработаны.

Но ещё гордо высились дворцы и колоннады Великого Эбина, Вечносущего Града, посмотреть на чудеса и диковинки которого по-прежнему собирались толпы зевак со всей ведомой ойкумены. Подпирали главами небо исполинские статуи героев и богов, громадные храмы в честь небесных покровителей Империи, либо никогда не существовавших, либо давно сгинувших в неведомом – обряды там совершались только по обычаю, для привлечения тех, кто хотел поглазеть и мог заплатить за представление – что называлось здесь «совершить пожертвование». По-прежнему заседал имперский Сенат, но обсуждались в нём уже не судьбы мира, а фасоны достойных для ношения сенаторами плащей и тог. И гордая гвардия Империи, способная некогда побеждать любого врага, ныне сжалась, уменьшилась до пяти сотен бойцов, потешавших публику парадами и маршировкой. Гвардейцы умели одним взмахом рассечь надвое толстенное бревно, так что оно оставалось лежать на козлах, – но делали это исключительно на потребу зрителей. Гвардия тоже хотела пить и есть.

Империя жила, пока ещё не нашлось достаточно сильного врага, что в состоянии стереть её с лица земли. Эгест был слишком слаб и поглощён внутренними распрями, вольные полисы – купеческие города Семиградья тоже бесконечно ссорились и спорили между собой из-за торговых квот и пошлин. Разрозненным, им было не до завоеваний. Мрачные полки Нарна, наверное, смогли бы взять раззолочённую имперскую столицу, если бы Тёмным эльфам это было бы хоть сколько-нибудь надо. Вольные герцогства Изгиба, тоже в своё время оторванные от тела Империи лоскутки, пока ещё не собрались вместе и не представляли собой никакой угрозы. Мекамп был за морем, как и Салладор; а богатый и сильный Кинт Ближний гораздо больше занимали твари Змеиных лесов, чем все на свете завоевания чего бы то ни было.

Ничего этого Сильвия, конечно же, не знала. Её источники исчерпывались подслушанными в тавернах разговорами. Она только запомнила, что Империя ослабла, что там теперь правит бал не Император, а Церковь, но что всё-таки святоши не забрали себе пока ещё всей власти, как в Аркине.

Она просто не могла лететь дальше. Рана оказалась слишком серьёзной и вдобавок нанесённой явно чародейским оружием – кровь так и не остановилась. По этому следу сову легко будет отыскать – и потому Сильвия старалась лететь над самыми непролазными пущами и крутыми горами, какие только могла найти.

Она опустилась на опушке густого леса, подальше от жилья и дорог. Снег здесь выпадал редко и сейчас уже успел полностью стаять, на чёрной земле поднимались первые зелёные ростки. Сильвия оставила позади без малого сотню лиг и сейчас, едва живая, со стоном повалилась наземь.

Шипя от боли и злости, Сильвия принялась за врачевание. В свое время она неплохо освоила лечебную магию, довелось ей как-то «подлатать» и старого Кицума, но здесь давно затверженные заклятья не срабатывали. То ли сказывалось, что мир иной, то ли слишком изощрённым было оружие, которым нанесли рану, – но факт оставался фактом.

Она закусила губу. Похоже, настал момент, когда следовало взять в работу артефакты Игнациуса. Сильвия достала из сумки орб, долго водила им над раной, закрыв глаза, временами вздрагивая от острых мгновенных уколов. Она понятия не имела, поможет это или нет, однако, так или иначе, спустя примерно час кровь стала останавливаться – впервые за эти дни. Посчитав, что с вражеской магией покончено, Сильвия сама зашила рану, наложила повязку. Увы, такой магии, что волшебным образом залечила бы всё, она не знала.

Теперь предстояло двигаться дальше на юг. Козьи горы лежали за южным рубежом Империи. Сильвия опасалась снова менять обличье. Драконы свирепы и мстительны, они наверняка постараются выследить её, и, окажись она при встрече с ними совой, это будет лучшим подарком. Сильвия и так подозревала, что погоня уже встала на её след, и потому твёрдо решила как можно дольше оставаться человеком.

Она шла через Империю. Смертельно уставшая, совсем ещё юная девушка с жуткого вида фламбергом на плече. У неё не хватало сил спрятать его от посторонних глаз. Приходилось полагаться только на артефакт Игнациуса, тот самый, что отгонял монстров Межреальности: Сильвия надеялась, что он защитит её и на сей раз.

Так и случилось. На прекрасных имперских дорогах, проложенных ещё во времена расцвета Эбина, на неё косились, но ничего больше. У неё не оставалось никаких денег, а оставлять кровавый след она не хотела. Поэтому в небольшом приморском городке на восточном берегу полуострова Сильвия в тёмном переулке сделала свой фламберг видимым – перед внушительного вида купцом и его охраной. Те, кто оказался посмелее и замахнулся на неё, тотчас остались без клинков – фламберг рубил сталь, словно простую бумагу. Остальные разбежались.

Выпотрошив купца, Сильвия дальше путешествовала уже с комфортом. Ей было плевать, что имперские прево могут легко опознать её. Если на неё нападут, они умоются кровью.

Дни шли за днями. То верхами, то на почтовых лошадях, то в попутной телеге Сильвия продвигалась на юг. Становилось всё теплее, наступала весна.

Границу Империи и герцогств Изгиба она перешла ночью, по руслу неглубокого быстрого ручья. Дорогу преграждали рогатки, и там вновь, как и на севере, она увидела нёсших службу инквизиторов в сером, монахов в чёрном и коричневом. Решив не рисковать, она обошла заставу по густым непролазным зарослям и углубилась в вечнозелёные леса Козьих гор.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация