Книга Франция. История вражды, соперничества и любви, страница 108. Автор книги Александр Широкорад

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Франция. История вражды, соперничества и любви»

Cтраница 108

В 1941 г. Красная армия встретила противника на новых рубежах, выдвинутых вперед на 200—500 км по сравнению с границами 1939 года. Замечу, что на землях, присоединенных в 1939 г. к СССР, немцы в 1941 г. потеряли куда больше своих солдат и военной техники, чем в 1939 г. в Польше и в 1940 г. во Франции.

Но, увы, это одна сторона медали, к сожалению, есть и другая. С августа 1939 г. по июнь 1941 г. соотношение боевой мощи СССР и Германии изменилось в пользу Германии. Начнись война в 1939 г., у Гитлера не было шансов дойти даже до Минска. А вот Красная армия вполне могла через два-три месяца взять Берлин. Был и шанс, что война превратилась бы в длительную мясорубку. Но в любом случае Англия и Франция могли нанести удар в спину СССР или по крайне мере лишить его плодов победы. Каждый раз, когда Россия воевала в одиночку, начиная с Ливонской войны XVI века и до русско-турецкой войны 1877—1878 годов, европейские государства или начинали войну против России, или угрожали лишить ее плодов победы. А Сталин очень хорошо знал историю родной страны. А вот к 1941 г. ситуация коренным образом изменилась. Теперь Англия и США вынуждены были воевать на стороне СССР.

А теперь на секунду перенесемся в кремлевский кабинет в ночь на 23 августа 1939 г. Могли Сталин предвидеть дальнейший ход событий, вплоть до декабря 1941 г.?

На самом деле Москва, Берлин, Лондон и Париж делали самые разные прогнозы, но все они ничего не имели общего с реальным ходом событий. Ни Берлин, ни Москва не думали, что Польская кампания обернется страшной мировой войной. Возьмем, к примеру, заведомо объективные и бесспорные документы — планы строительства советских и германских надводных кораблей, согласно которым, война была запланирована, самое раннее, на 1943 год. Соответственно, к этому времени должны были быть выполнены кораблестроительные программы обоих государств. Обе страны в 1938—1939 гг. начали строительство «большого флота», основу которого должны были составлять линкоры и крейсера. Войти в строй эти корабли должны были в 1943-1946 гг.

Риторический вопрос: почему Сталин не мог предположить, что война закончится в ноябре-декабре 1939 г. соглашением между Германией и западными союзниками? Кто в Париже и Лондоне мог предположить, что Польша будет вдребезги разбита за две-три недели, а Франция с Бельгией, Голландией да еще с английской армией — за четыре-пять недель? А если бы такой эксперт и нашелся, то его немедленно упекли бы в психушку.

В 1939 г. в Англии не думали о Дюнкерке, а планировали вторжение в Норвегию и операцию «Катерин». В ходе последней английская эскадра в составе четырех линкоров типа «Роял Соверен» и других кораблей должна была войти в Балтийское море и навести страх на проклятых «бошей». Надо ли приводить дальнейшие примеры уровня мышления западных военных теоретиков?

А почему Сталин не мог подобно западным теоретикам предположить, что война на Западе по образцу Первой мировой будет носить позиционный характер, благо, французы на весь мир раструбили о неприступности линии Мажино. Таким образом, через два-три года позиционной войны противники были бы измотаны, а Красная армия, не сделав ни одного выстрела, могла бы диктовать свои условия. Кому могло хоть в страшном сне привидеться, что армии Польши, Франции, Англии, Голландии, Бельгии, Норвегии, Греции и др. не только побегут перед немцами, но и галантно отдадут им в полной целости и сохранности все вооружение, а заводы всей Европы, включая «нейтральную» Швецию, начнут работать на Третий рейх?

Подписав договор с Германией, В.М. Молотов одним росчерком пера покончил с боевыми действиями на Дальнем Востоке. В секретной телеграмме временного поверенного в делах СССР в Японии Н.И. Генералова, отправленной из Токио в Москву 24 сентября 1939 г., говорилось: «Известие о заключении пакта о ненападении между СССР и Германией произвело здесь ошеломляющее впечатление, приведя в явную растерянность особенно военщину и фашистский лагерь. Вчера и сегодня происходил непрерывный обмен визитами, и этот факт оживленно обсуждался членами правительства, двора и Тайного совета».

Спору нет, поражение японцев у реки Халхин-Гол оказало нужное действие. Но результат этого поражения стал бы катастрофой для, скажем, польской или финской армии, для Японской империи это была просто неудачная операция, попросту говоря, булавочный укол. И именно договор с Германией положил конец необъявленной войне на Дальнем Востоке. Замечу, что, кроме крупных сражений на озере Хасан и на реке Халхин-Гол, на советско-маньчжурской границе с 1937-го по сентябрь 1939 г. периодически происходили боевые столкновения. А вот после подписания договора и вплоть до 8 августа 1945 г. на границе стало относительно тихо.

Говоря попросту, для населения СССР конфликт между Германией и Польшей в сентябре 1939 г. был чем-то типа разборки солнцевской и люберецкой братвы. Ведь и германские, и польские генералы планировали захват советских территорий. Так почему советские солдаты должны были защищать Бека и К0? Ах, возразит душка-либерал, тут речь идет о польском народе. А что, не народ голосовал за этих полковников? А что, инопланетяне грабили и убивали немцев и украинцев в Польше? Неужели агенты гестапо в 1920—1928 гг. разрушили многие десятки православных храмов «от Варшавы до самых до окраин»?

На кого работало время в 1939—1941 гг., вопрос спорный, и он ждет исследования объективных историков, а не придурков, для которых Пилсудский, требовавший вернуть границы 1772 года, то есть 150-летней давности, герой, а Гитлер и Сталин, решившие восстановить границы двадцатилетней давности и вернуть земли, столетиями принадлежавшие Германии и России и отнятые у них силой — злодеи.

Многие мудрецы говорили: «Практика — критерий истины». Если Молотов и Риббентроп в 1939 г. злодейским договором установили столь несправедливые границы, то кто мешал в 1991—2007 гг. соответствующим странам поменять свои границы до состояния на август 1939 г.? Ведь изменили же границы в Германии и Чехословакии, причем мирно и ко всеобщему удовлетворению. Странно, почему все хулители договора 1939 года в Польше, прибалтийских странах и т.д. «падают до ниц», как говорят поляки, перед границами, проведенными такими «редисками», как Молотов и Риббентроп?

Опубликование текста московского договора вызвало шок в правящих кругах Лондона и Парижа. СМИ подняли истеричный вой, объявив СССР во всех смертных грехах. Появились многочисленные карикатуры с изображением Гитлера и Сталина. Их бессовестные редакторы забыли, какие гадости они печатали ранее об СССР. А теперь, как и в 1914 г., они расчитывали, что Россия, как и в 1914 г., пошлет на убой миллионы своих солдат воевать за интересы французского и британского капитала.

Лишь «Юманите» — газета Французской компартии — уже 23 августа опубликовала статью, приветствовавшую заключение пакта как «победу в борьбе за мир». Затем последовали еще две статьи, что привело к конфискации тиража газеты. 26 августа был принят декрет, санкционировавший закрытие издания, «наносящего своей деятельностью ущерб национальной обороне».

После же начала войны, 26 сентября все коммунистические организации Франции были запрещены.

Франция. История вражды, соперничества и любви
Глава 22
ОТ БАХВАЛЬСТВА К ТРАГЕДИИ

1 сентября 1939 г. германские войска вступили на польскую территорию. Британский премьер Невилл Чемберлен два дня колебался и лишь утром 3 сентября объявил в Палате общин, что Англия находится с 11 часов утра 3 сентября в состоянии войны с Германией. «Палата общин, — заметил английский историк Тэйлор, — силой навязала войну колебавшемуся английскому правительству». В тот же день, в 17 часов, объявила войну и Франция.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация