Книга Антикоррупционный комитет Сталина, страница 26. Автор книги Александр Север

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Антикоррупционный комитет Сталина»

Cтраница 26

О возможности отхода 3-й советской армии, оборонявшей Пермь, было известно еще в августе 1918 года, за четыре месяца до катастрофы, однако местные власти не только ничего не сделали для эвакуации материальных ценностей города, но повели дело так, что эвакуация фактически вообще не проводилась.

Вот что происходило тогда в Перми (из отчета Сталина и Дзержинского):

«Несмотря на разговоры об эвакуации, начавшиеся еще в августе месяце, для практической организации самой эвакуации ничего или почти ничего не было сделано. Никто, ни одна организация не попыталась призвать к порядку Центроколлегию, которая путалась в ногах у учреждений, вела бесконечные прения о плане эвакуации, но ничего, ровно ничего, не сделала для дела эвакуации (не приготовила даже описи «своих собственных грузов»).

Никто, ни одно учреждение не пыталось организовать действительный контроль над Уральским округом путей сообщения, оказавшимся подозрительно беспомощным в борьбе с искусно организованным саботажем железнодорожных служащих.

Назначение начальника военных сообщений Стогова начальником эвакуации, состоявшееся 12 декабря, не подвинуло дело эвакуации ни на шаг, ибо, несмотря на торжественное ручательство Стогова срочно эвакуировать Пермь («ручаюсь головой — эвакуирую все»), у него не оказалось ни плана эвакуации, ни аппарата эвакуации, ни воинской силы для того, чтобы обуздать попытки отдельных учреждений и дезорганизованных воинских частей к беспорядочной, самочинной «эвакуации» (захват паровозов, вагонов и проч.). Результаты: эвакуировалась всякая мелочь, ломаные стулья и прочая рухлядь, в то время как готовые составы с механизмами и частями Мотовилихинского завода и Камской флотилии, составы с ранеными воинами и запасы редких американских осей, сотни здоровых паровозов и прочее богатство остались не эвакуированными.

Облком и Облсовет не могли не знать всего этого, но они, видимо, «не вмешивались» в это дело…

Та же бесхозяйственность и нераспорядительность сказывается в вопросе о взрыве Камского моста и уничтожении оставленного в Перми имущества. Мост был минирован за несколько месяцев до падения Перми, но минировка не проверялась никем (никто не берется утверждать, что минировка была в полной исправности накануне предполагавшегося взрыва).

Более того… не оказалось формального (письменного) приказания об обязательности взрыва или порчи оставленных сооружений и имущества. Этим и объясняется порча (сжигание) большей частью малоценного имущества в порядке частной инициативы (например, вагонов), при оставлении нетронутым весьма важного имущества (мануфактуры, обмундирования и прочего), причем некоторые должностные лица в интересах «предотвращения паники» не позволяли сжигать и взрывать неэвакуированное (эти лица не разысканы)…

Картина общего развала и дезорганизации армии и тыла, бесхозяйственности и безответственности армейских, партийных и советских учреждений дополняется неслыханным, почти повальным переходом целого ряда ответственных работников на сторону неприятеля». [64]

Как уже говорилось, большинство перебежчиков во время своего нахождения на советской службе активно использовали свое служебное положение для личного обогащения, а потом при первой возможности вместе с накопленными ценностями сбежали из Советской России на территорию, где работали законы рыночной экономики. Ведь на службу большевикам большинство перебежчиков устроилось явно не из-за политических симпатий к коммунистической идеологии. В противном случае они бы с оружием в руках сражались бы за советскую власть, а не перешли бы на сторону противника при первой же возможности.

Возникает и другой вопрос. А может быть, противник заранее заплатил перебежчикам сохранность материальных ценностей? Из материалов дела этого не следует, но ведь Сталин и Дзержинский прямо написали, что расследовать все обстоятельства до конца не удалось.

Самое же главное, что в «Пермском деле» были замешаны не только руководители Перми, но и многие неустановленные лица из более высоких эшелонов власти. Ленин запомнил это, и деятельность Сталина и Дзержинского по борьбе с коррупцией в «верхах» получила потом дальнейшее развитие.

«Максимальная чистка аппарата…»

После окончания Гражданской войны у В.И. Ленина появилась, наконец, возможность вплотную заняться проблемами верхушки государственного аппарата. Выводы и предложения Ленина содержатся в его широко известных работах, получивших название «Политическое завещание» Ильича.

Напомним их некоторые положения. Ленин пишет, например, о неимоверно раздутом государственном аппарате, поглощающем огромные средства, и при этом неэффективно работающем. «Наш аппарат… из рук вон плох». Ленин считал необходимым организовать строгий контроль за действиями государство венного аппарата. Для этой цели в свое время была создана Рабоче-крестьянская инспекция (РКИ, или Рабкрин), но Ленин недоволен ее работой. Он предлагал объединить Центральную контрольную комиссию (ЦКК) партии с РКИ. По мнению Ленина надо было выбрать 75–100 новых членов ЦКК из рабочих и крестьян, которые будут пользоваться всеми правами членов ЦК партии. Всего в Рабкрине должно быть не более 400 служащих «особо проверенных по части добросовестности (Курсив мой. — Прим. авт.) и по части знания нашего госаппарата, а также выдержавших особое испытание относительно знакомства их с основами научной организации труда вообще и, в частности, труда управленческого, канцелярского и т. д.» То есть, говоря современным языком, следовало сделать работу государственного и партийного аппаратов более «прозрачной».

Можно ли было найти таких контролеров среди рабочего класса России? В.И. Ленин уверен, что можно: «Мне думается, что 50–100 членов ЦК наша партия вправе требовать от рабочего класса и может получить от него без чрезмерного напряжения его сил». «Несколько десятков рабочих, входя в состав ЦК, могут лучше, чем кто бы то ни было другой, заняться проверкой, улучшением и пересозданием нашего аппарата».

Помимо требования улучшить работу партийного и советского аппаратов у Ленина можно уловить намек на то, что часть высших партийных и государственных деятелей за годы пребывания у власти «обюрократились», или «обуржуазились». Владимир Ильич, в присущей ему категорической манере, называет их «коммунистической сволочью», «партийными чинушами» и требует безжалостно очищать от них органы власти.

«Лишь посредством максимальной чистки нашего аппарата, — пишет Ленин, — мы в состоянии будем удерживаться наверняка».

Кандидатуры главных борцов с коррупцией уже намечены. В первую очередь, это И.В. Сталин, в 1919 году расследовавший «Пермское дело», а с 1920-го возглавлявший ту самую Рабоче-крестьянскую инспекцию (РКИ), которой Ленин придавал такое большое значение.

«Государево око»

Процитируем размещенный на официальном сайте Счетной палаты РФ документ:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация