Книга Спецслужбы Российской империи, страница 99. Автор книги Александр Колпакиди, Александр Север

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Спецслужбы Российской империи»

Cтраница 99

Приобретая сотрудника из числа арестованных, необходимо обставить его освобождение так, чтобы оно не могло вызвать подозрений. При этом надо иметь в виду, что «побеги» арестованных вызывают в революционной среде недоверие.

В каждом случае, при возложении сообществом на сотрудника какой-либо активной работы или поручения, следует строго оценить действительную надобность принятия им последнего на себя, как в смысле прикрытия своего положения, так и в целях получения новых данных для розыска, причем следует иметь в виду, что постоянные уклонения сотрудника от поручаемой ему организацией работы могут неблагоприятно отразиться на его репутации.

Перед ликвидацией следует, не знакомя сотрудника со временем производства ее, установить, путем расспроса его, какие лица не могут быть ликвидированы в целях прикрытия и сохранения его положения в революционной среде.

В этих же целях следует не вводить в ликвидацию нескольких, наиболее близких лиц к сотруднику из числа менее вредных по своей деятельности, дабы не оставить нетронутым в организации одного сотрудника.

В случае крайней необходимости возможен и арест самого сотрудника, но по предварительному с ним соглашению. Освобождение его в таком случае возможно, но уже после освобождения группы лиц, равного с ним партийного положения.

В ликвидационных записках не следует называть даже псевдонимов сотрудников, употребляя взамен их выражение – «по имеющимся агентурным сведениям».

Сведения, известные лишь одному сотруднику или строго ограниченному кругу лиц, в записку вовсе не помещаются и являются достоянием исключительно лица, ведущего данного сотрудника, которое знакомит с частями этих сведений тех служащих розыскного органа, содействие которых по таковым необходимо для дальнейшей работы.

Секретные сотрудники, если они не живут на партийные средства, должны иметь какой-нибудь легальный заработок.

Устраиваться на службу сотруднику следует без явного посредства заведующего розыском.

Фамилию и адрес сотрудника должен знать только заведующий агентурой; остальные же чины учреждения, имеющие дело с его сведениями, могут знать его номер или псевдоним.

Наружное наблюдение и чины канцелярии совершенно не должны знать сотрудника. Им он должен быть известен, но лишь по кличке, как действительный революционер, и только в том случае, если он вошел в сферу наблюдения.

Источник: Агентурная работа политической полиции Российской империи. Сборник документов. 1880–1917. СПб.; М., 2006. С. 344–358.

Глава 14
Заграничная агентура Департамента полиции

Агентура русской тайной полиции действовала за границей начиная с эпохи Третьего отделения. Так, в Париже постоянно работал бывший член декабристского «Союза благоденствия» Я.Н. Толстой, считавшийся эмигрантом-невозвращенцем, недолго в 1840-х гг. осуществлял общее руководство агентами-иностранцами барон К.Ф. Швейцер, неоднократно выезжали в командировки в различные европейские страны чиновники Третьего отделения, уже после его ликвидации и образования Департамента полиции в 1880 г. во Франции и Германии для сбора сведений о русской политэмиграции по приказу М.Т. Лорис-Меликова побывали сотрудники аппарата Верховной распорядительной комиссии М. Баранов и В. Юзефович, некоторое время в начале 1880-х гг. в Париже политическим сыском руководил лично русский посол князь Н.А. Орлов (известный своим либерализмом). Но как систематически работающее за рубежами Российской империи подразделение тайной полиции было создано в мае 1883 г. под названием Заграничной агентуры. Оно входило в состав Департамента полиции (подчинялось Третьему делопроизводству, с 1898 г. – Особому отделу), с местопребыванием в Париже (в помещении русского посольства) и главной задачей – наблюдением за русской политической эмиграцией. Первым руководителем новой структуры в июле того же года стал надворный советник П.В. Корвин-Круковский. В первоначальном составе Заграничной агентуры было четыре русских секретных сотрудника, занимавшихся русской эмиграцией, и четыре француза – полицейские чиновники во главе с А. Барле, осуществлявших наружное наблюдение. Позднее руководство филерской службой взял на себя присланный из России чиновник Департамента полиции Милевский.

В марте 1884 г. Корвин-Круковский был уволен по обвинению в непрофессионализме, халатности и денежных махинациях. Чиновник Департамента полиции П.И. Рачковский был назначен заведующим Заграничной агентурой в Париже и Женеве, официально числясь советником посольства в Париже.

С 1882 г. подразделение Заграничной агентуры действовало на Балканах (охватывала Австро-Венгрию, Болгарию, Румынию, Сербию), с 1894 г. – в Галиции (Лемберг/Львов), с 1900 г. – в Берлине во главе с А.М. Гартингом. Среди проведенных Рачковским и его сотрудниками акций наиболее известны разгром народовольческой типографии в Женеве в 1886 г., склонение к разрыву с революционным движением известного народовольца Л.А. Тихомирова (1888), разгром с помощью французской полиции кружка эмигрантов-народовольцев в Париже, готовивших (по инициативе агента Рачковского Геккельмана-Ландезена) покушение на собиравшегося с визитом во Францию Александра III.

В июне 1902 г. Рачковский в результате ведомственных и придворных интриг вышел в отставку. Его сменил бывший заведующий Особым отделом Л.А. Ратаев, по инициативе которого было ликвидировано подразделение Заграничной агентуры в Берлине. После возвращения Рачковского в Департамент полиции Ратаев в августе 1905 г. был уволен, преемником его стал Гартинг, а Берлинская агентура восстановлена. Гартинг придавал особое значению освещению деятельности социал-демократической эмиграции. В феврале 1909 г. Гартинг был смещен со своего поста с заменой его жандармским ротмистром В.И. Андреевым, но оставался в Париже, фактически продолжая руководить Заграничной агентурой. В июле того же года после разоблачения эмигрантским публицистом В.Л. Бурцевым Гартинга (Бурцев доказал его тождество с заочно осужденным в 1890 г. парижским судом Ландезеном на основании данных, сообщенных бывшим чиновником Департамента полиции Л.П. Меньшиковым) и последовавшего за этим скандала во французской прессе и дебатов в парламенте Гартинг выехал из Парижа и был уволен в отставку; обязанности заведующего Заграничной агентурой исполнял ротмистр Долгов. В ноябре того же года в Париж на должность заведующего Заграничной агентурой прибыл из Департамента полиции А.А. Красильников. Деятельность Заграничной агентуры была еще более законспирирована. Так как «охотник на провокаторов» Бурцев сумел организовать слежку за филерами-иностранцами, работавшими на русскую тайную полицию, служба наружного наблюдения Заграничной агентуры была официально представлена как «Розыскная контора Биттар-Монена», а филерам было запрещено приходить в русское посольство в Париже. В 1913 г. в Париж был командирован заведующий Особым отделом Департамента полиции М.Е. Броецкий, из служебного доклада которого, введенного в научный оборот историком З.И. Перегудовой, можно узнать численность секретных сотрудников Заграничной агентуры в Европе – 23 человека (11 чел. наблюдали за эсерами, 4 – за анархистами, 2 – за РСДРП, по одному – за Бундом, латышскими социал-демократами и армянскими дашнаками и 2 человека – специально за Бурцевым). В результате реорганизации Заграничной агентуры Красильников стал выполнять функции официального представителя МВД при русском посольстве и французской полиции, фактическое руководство секретными сотрудниками осуществляли жандармские офицеры А.В. Эргардт (во Франции, после его смерти в 1915 г. – В.Э. Люстих) и Б.В. Лиховский (в Швейцарии), а «Розыскная контора Биттар-Монена» была упразднена с учреждением вместо нее частной розыскной конторы, названной по имени ее номинальных владельцев, бывших агентов наружной службы Заграничной агентуры, «Бинт и Самбэн» (личный состав насчитывал около 20 человек, курировал лично Красильников).

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация