Книга Ренегаты, страница 22. Автор книги Сергей Волков

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Ренегаты»

Cтраница 22

– Итак! – гавкнул Карм в амбушюр, и над площадью вновь повисла тишина. – Именем Края Отцов, именем Великого Сургана, я приговариваю некоего Вустага Ллюра к высшей каре, высшей форме защиты нашего народа – декапитации!

Толпа выдохнула и загудела. Ллюр вздрогнул, вскинул голову и несколько раз глубоко вдохнул, хватая ртом воздух. Кажется, до него начала доходить суть происходящего.

Карм нахмурился. Его мысли в этот момент были уже далеко от площади, несчастного Ллюра и жаждавшей крови толпы. Он думал о будущем.

Нав Ланг, подсаженный на самый верх краймарской политической элиты с помощью сурганской лесенки, оказался двуличным мерзавцем и решил сыграть в свою игру. Краймар должен был войти в состав Великого Сургана бескровно и безболезненно, а вместо этого началась какая-то свистопляска с дипломатическими нотами и меморандумами, рассылаемыми от лица новоявленного канцлера Краймара с такой частотой, что фельдкурьеры шастали через границу, как челноки на ткацком станке. Однако вопрос с аннексией Краймара был уже решен, и как только на заводах будет налажен выпуск более-менее надежных двигателей, а запасы рапсового масла достигнут расчетных, армия Великого Сургана приступит к главной фазе операции «Империум».

Карм смотрел на дома Тангола, но видел намного дальше черепичных крыш, башен и шпилей. Перед его взором плыли бескрайние поля цветущего рапса, ярко-желтые, залитые солнцем, а над ними голубело бездонное небо, и два этих цвета напоминали Карму цвета флага одной далекой страны, страны из другого мира. Ее жители имели все шансы, чтобы жить в счастливом и процветающем государстве, но не смогли их реализовать, и в итоге их праздничное желто-голубое знамя превратилось в черно-красное, потому что кровь убитых и сажа от погребальных костров затмили собой все остальное.

Великий Сурган, конечно же, не станет повторять чужих ошибок, и его могущественные покровители, с представителями которых неделю назад Карм тайно встречался в старой башне, окажут Краю Отцов всяческую поддержку.

– Приговор окончательный и обжалованию не подлежит! – возвестил Карм и незаметно подал знак офицеру – не тяни!

Жандармы схватили приговоренного и потащили к гильотине. Ллюр дал приковать себя к металлической крышке поворотного стола, стоящей вертикально, но когда палач защелкнул на его шее бронзовый ошейник с прорезью, вдруг истошно закричал:

– Я невиновен! Это обман! Мы верно служили Великому Сургану! Слава Великому Сургану!!!

Толпа нестройно подхватила:

– Великому Сургану – трижды слава!

Карм резко взмахнул рукой с зажатым в ней Церемониальным Свитком. Палач нажал на рычаг, и поворотный стол начал опускаться. Ллюр продолжал кричать, и жандармы вставили ему в рот деревянный кляп.

– Да свершится правосудие! – возвестил Карм и взмахнул свитком.

Палач отпустил пружину, и косой сверкающий нож рухнул вниз. Тело Ллюра задергалось, а его голова с кляпом во рту неожиданно для всех выскользнула из зажима и запрыгала по чугунному помосту эшафота прямо к ногам Карма, пятная все вокруг алой кровью.

Остановившись у сапога Верховного Судьи, голова задвигала глазами и в последнем отчаянном усилии посмотрела на Карма.

– Великая Матерь, помилуй и спаси! – закричала в толпе какая-то женщина. – Взгляд покойника – плохая примета!

– Убрать! – процедил Карм, перешагнул через голову и покинул эшафот. Палач с корзиной в руках торопливо закатил голову и накрыл ее белой тряпицей. Жандармы суетились вокруг подрагивающего тела. Народ, тихо переговариваясь, начал расходиться.

Налетел ветер, и синие флаги Великого Сургана затрещали на мачтах, словно жестяные. Молот Первого Кузнеца и сноп пшеницы Великой Матери, изображенные на них, казались плывущими по воде.

Часть вторая
Гнездо орла
Глава первая

Олег нажал на панельку звонка, услышал мелодичное «Тили-бом!» и улыбнулся, представив, как сейчас увидит Верку, ее глаза, прядь волос, спадающую на лоб…

За дверью послышались шаги. Олег поспешно отвернулся, погасил улыбку – повода для радости не было никакого, а у Верки есть привычка обязательно рассматривать визитеров через глазок. Увидев улыбающегося Олега, она, чего доброго, вовсе не откроет. С Верки станется, она запросто выделывала и не такие штуки.

Один раз, когда они еще только начали жить вместе, а правоохранителей не переименовали в полицаев, по подъезду ходила милиция – во дворе угнали чью-то «Газель», груженную стеклопакетами, и стражи порядка проводили опрос жильцов – кто что видел. Так Верка устроила настоящий цирк – открывать отказалась, потребовала через дверь ордер, прокурора, милицейское начальство, обозвала всех «оборотнями в погонах», и дело едва не дошло до вызова ОМОНа.

Олег, вернувшись из мастерской, застал в подъезде расстроенного участкового, соседок-старушек на грани сердечного приступа и хохочущую Верку.

– Зачем ты это сделала? – спросил он тогда.

– Да скучно было одной дома сидеть, – ответила Верка.

А вот свидетелям Иеговы, двум солидным дамам в шляпках, она, наоборот, открыла.

– Возлюбите Бога! – сказали дамы, улыбаясь, и затараторили: – В Библии записаны слова Бога: «Я Иегова. Это мое имя». Так сказано в Книге пророка Исаии. Хотя у него есть много титулов, таких как «Всемогущий Бог», «Владыка Господь» и «Творец», он удостоил своих служителей чести обращаться к нему, используя его личное имя…

На это Верка гордо встала на пороге, уперла руки в бока и заявила:

– Бога нет!

Через несколько минут она довела бедных «свидетельниц» до истерики. На шум вышли соседки, все те же предынфарктные бабушки. Они увели рыдающих дам к себе отпаивать валерьянкой и чаем, а Верку обозвали сатаной в юбке.

Щелкнул замок, дверь открылась. Олег посмотрел на жену – да, все так и есть: и глаза, и прядь волос… В клетчатой домашней рубашке, расстегнутой на три пуговки, с высоко закатанными рукавами, в каких-то обтягивающих штанишках зеленого цвета Верка выглядела по-новому, и Олег понял, что больше всего на свете он хочет сейчас не объяснений, не разборок, не прощения, а просто обнять ее, прижать к себе и долго не отпускать.

– Зачем пришел? – спросила Верка, привалившись плечом к дверному косяку. – Я же тебе все написала.

– Да ну… так как-то не по… не по-человечески… – Олег вдруг начал мямлить, зачем-то сунул руки в карманы, вытащил, понял, что начинает злиться, и снова втиснул ладони в джинсы.

– Ты там не деньги, случайно, ищешь? – усмехнулась Верка. – Не ищи. Их там нет и никогда не было.

– Так ты из-за денег, что ли? – растерянно пробормотал Олег. – Но ты же знаешь – Мельман мне обещал…

– Ох, Сотников, ну не начинай ты снова эту бодягу! – Верка трагично закатила глаза, прикрыв их рукой. Жест вышел, как обычно, потрясающе – все же не зря она оканчивала театральное училище и уже второй год преподавала в университете культуры сцендвижение. – Мельман твой – жулик! «Ах, Олег, какой у вас потрясающий цикл иллюстраций к стихам Эдит Сёдергран! Ах, как они ложатся на стихи. Ах, ах…»

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация