Книга Та еще семейка, страница 69. Автор книги Алексей Макеев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Та еще семейка»

Cтраница 69

Разбитые кирзачи, вернее, их звуковой образ, пошмурыгали обратно к дому. Через несколько минут торопливые шаги совместно с хлопотливым бормотанием приблизились, и калитка открылась. Мелентьевна в серой вязаной шали удивленно таращила глаза.

— Кто это, не пойму…

— Это я, Мелентьевна, здравствуй. Ну да, борода, усы приклеены, парик, кепка… Не узнаешь никак?

— Ба-а-тюшки! Марина Петровна, миленькая, золотце, как же это вы… О-осподи! Ведь я и не знала, что вас уже выпустили… — Мелентьевна захныкала, раза два всплеснула руками и приникла символическим поцелуем «к плечику» бывшей хозяйки, как дворовая крепостная нянюшка. — А я все думаю, думаю — где же там наша Марина Петровна? Где она, сердешная наша?..

— Выпустили, выпустили меня, — прервала женщину Илляшевская. — Потом поговорим. Сейчас пройдем на крыльцо. Дело есть.

— Марина Петровна, я с вами, — вмешался Рустем. — Мне приказано находиться при вашей особе.

— Куда я от тебя денусь, красавец мой, — засмеялась экс-директриса. — Да ты мне скоро нужен будешь, как воин-телохранитель. Но, понимаешь ли, — она перешла на шепот, придвинувшись к уху парамидиевского охранника, — при постороннем старуха может замкнуться и чего-то важное недосказать, понял? Так что погуляй тут вблизи, а я поднимусь с ней на крыльцо. Потолкую. Мне нужно ее расколоть, проработать…

— Но все-таки, — нахмурился Рустем, — вдруг что-нибудь…

— Из этой избы нет тайного хода в римские катакомбы и нет тоннеля до Кремля, не бойся. Я не буду заходить в дом, поговорю на крыльце. Это устроит? И вообще, мы через пару часов должны будем совместно провернуть важное, рискованное мероприятие… И вдруг такое недоверие, такая мелочная опека. Что такое!

— Хорошо, договаривайтесь. Я погуляю, — согласился наконец Рустем. — Только пойду застрелю того урода и его собаку, чтобы она заткнулась… (Собака действительно производила слишком много шума: с неистовым лаем рвалась с цепи.)

— Не вздумай, Рустем, притихни на время. Мелентьевна! Собаку надо бы угомонить. К чему нам такой гвалт ночью?

— Мишка! — обернувшись в сторону избы, крикнула бывшая костюмерша филиала. — Убери Шарика!

Собака вскоре умолкла, и Марина Петровна поднялась с Мелентьевной на крыльцо.

— Слушай внимательно, — тихо сказала Илляшевская, стягивая с лица бутафорскую бородку для облегчения речи. — У тебя, по моему приказанию, были спрятаны запасные ключи от всех комнат и коридоров. И от чердака. Они на месте?

— А как же… но… И ведь посмотреть надо, где они, — засуетилась Мелентьевна. — Я не проверяла… я ведь…

— Имей в виду, со мной два волкодава. Оба бешеные, вооружены до зубов. Преданы своему хозяину хуже легавых, поняла? Если что-то не то… ну, сама знаешь. Надо мной тоже такие боссы, что — о-е-ей!

— Все поняла, Марина Петровна. Сейчас будут ключи, — от старания закинув голову и шумно дыша носом, почти отрапортовала Мелентьевна. Хотела бежать со всех ног.

— Подожди. У тебя мой «браунинг»… С ним — порядок?

— Полный порядочек, Марина Петровна. Как завернули в тряпочки, в целлофан, так и лежит. Сейчас достану.

— И обойму не забудь. А еще неси мобильный телефон. Мне нужно позвонить, верну. Давай, шпарь.

Через четверть часа запыхавшаяся Мелентьевна принесла требуемые вещи. Глядела честно, даже побледнела от услужливого рвения, вытянулась «руки по швам».

Илляшевская убрала «браунинг» во внутренний нагрудный карман пальто. Ключи опустила в боковой на бедре. Оглянувшись на прогуливающегося по двору Рустема, вызвала по телефону «02» городского дежурного.

— Прошу соединить с МУРом. Я осведомитель старшего оперуполномоченного отдела по раскрытию убийств капитана Сидорина. Мне нужно немедленно передать лично ему сведения об опасном преступнике. Сидорин просил звонить в любое время дня и ночи. Но сейчас у меня нет с собой его мобильного номера. Помогите, пожалуйста. Это срочно.

Илляшевская настойчиво добивалась номера телефона Сидорина, которого кстати перевели на Петровку, куда его рекомендовал бывший начальник строгинского убойного отдела подполковник Полимеев. Позвонила.

— Слушаю. — Голос был, конечно, недовольный, однако не сонный.

Илляшевская почему-то запнулась, в одно мгновение вспомнив встречи с этим опасным опером, со своим врагом и преследователем. Но — удивительное ощущение какой-то безотчетной приязни к отважному и бескомпромиссному полицейскому сочеталось в ее сознании с ненавистью к нему. А ведь на нем — кровь Юлии Сабло, да и Малдыбаев с Хомочкиным разбились в машине из-за него. И очень странно его присутствие во всех «наездах» наркополицейских. Не был ли именно он одним из инициаторов проникновения в ее окружение «музыканта» Михайловой, «охранника» Ряузова?..

Все эти соображения словно высветили сцены уже прожитой жизни и, сконцентрировавшись, ярко проявили облик этого человека.

— Слушаю, — еще раз произнес опер и официально представился: — Майор Сидорин слушает.

— Поздравляю с повышением в звании. Говорит Илляшевская.

— Вы же должны быть… Хотя я вас, пожалуй, сразу узнал. В бегах, Марина Петровна? Поздравляю. Жаль, не в моей компетенции заняться возвращением вас на прежнее место в изоляторе.

— У меня нет времени для острот. Зафиксируйте сообщение. В Строгино, позади Троицкого магазина, в элитном доме на последнем этаже находится Парамиди, объявленный в розыск по подозрению в убийстве или организации убийства молодого артиста… забыла, как его фамилия… Кроме того, Стефан Парамиди является одним из крупнейших дельцов наркотрафика из России в Европу. Но убийство касается вашей работы, майор. У меня все.

— Чему обязан такой любезностью с вашей стороны? — осклабился на противоположном конце беспроводной линии Сидорин.

— Так нужно. Берите его немедленно, а то опять ускользнет. С ним телохранители, учтите.

— Грызутся наркопауки в банке?

— Пауки грызутся и в полиции, и в Думе, и в правительстве. Прощайте, майор.

— Благодарю за помощь, Марина Петровна…

Но Илляшевская уже отключила телефон и позвала Мелентьевну, которой перед телефонным разговором велела уйти.

— Мне надо пробраться в свой дом, — сказала она с суровой решимостью. — Там охраняют, не знаешь?

— Раньше охраняли. Потом одним днем вывезли все вещи: мебель, шторы, люстры, все светильники — и настенные, и всякие. Прямо сказать, вычистили помещение догола, как метлой повыметали, повыскребали. И котел с нагревом из котельной, и трубы свинтили… И провода сняли, даже выключатели и розетки… Одно слово — грабеж полный. Только стены и крышу небось не тронули. — Мелентьевна тяжело вздохнула и горестно потупилась, не в силах выдержать взгляда Марины Петровны с расширившимися во весь глаз зрачками.

— Откуда ты знаешь?

— Напротив филиала моя подруга живет, Танька Прохорова. Ее мужика приглашали на погрузку, он и рассказал.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация