Книга Святой и грешница, страница 27. Автор книги Ульрике Швайкерт

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Святой и грешница»

Cтраница 27

— Если хочешь, я расскажу тебе, как мы отправились в Кениггрец, в предвкушении победы. — Хотя в его голосе все еще чувствовалась нотка сарказма, ему казалось, что он снова спокоен. Понаблюдав за ним некоторое время, Эльза отошла посмотреть, как обстоят дела у других гостей, время от времени отправляющихся с девушками на матрацы.

— Папа со своим остолопом призвал собрать крестовое войско против еретиков. Как в свое время святые места Иерусалима были освобождены от мусульманских идолопоклонников, так и мы должны мечом освободить Богемию от этих сорняков. Хотя некоторые последователи Яна Гуса хотели бы жить в мире с императором…

— Утраквисты, — пробормотала Элизабет, однако наемный солдат, похоже, не услышал ее и продолжил:

— Еще сторонники Жели… черт, никак не могу запомнить его имя. Ну, в общем, того, который выступает против церкви вместе с папой и всеми епископами.

— Ян Желивский, радикальный проповедник, подстрекающий народ взяться за оружие под командованием Яна Жижки из Троцнова.

Разинув рот от удивления, солдат вытаращился на Элизабет.

— Откуда ты это знаешь?

— Где-то слышала.

— А что ты еще знаешь о гуситах и войне?

— Ничего, — заверила она, хотя голос в ее голове говорил о радикально настроенных таборитах — как они себя называли по крепости, выбранной в качестве ставки, — которые под командованием Жижки попытались захватить Прагу, но, потерпев поражение после ожесточенных уличных боев, отправились в Пльзень.

— Он захватил город и разрушил церкви и монастыри по всей округе.

— Ничего! Рассказывай, пожалуйста, дальше.

— Вскоре после этого один местный дворянин, собравший две тысячи человек кавалерии и пехоты, атаковал отряд Жижки, который хладнокровно приказал своей пехоте выстроить повозки в качестве защитного бастиона и отбить нападение кавалерии. Жижке удалось беспрепятственно вернуться в Пльзень. Несмотря на ненависть к нему, должен признать, что Жижка талантливый военачальник и, используя эту тактику, справится и с другими войсками, — рассказывал ей голос молодого дворянина, имя которого она все еще не могла вспомнить. Но постепенно его заглушил голос Штефана:

— Для меня все они чехи, и даже император однажды сказал, что вокруг была бы Венгрия, если бы в Богемии не осталось чехов!

Элизабет кивнула, слушая невнимательно.

— Мы отправились в Богемию тремя огромными отрядами. Первым командовал герцог Саксонии, вторым — Баварии, Рейнской области и свободных городов — епископ Отто из Трира. Мы, то есть подданные епископа Иоганна фон Брунна, вместе с франконцами пребывали под командованием бранденбургского маркграфа и нюрнбергского бургграфа. В Силезии мы объединились, и Сигизмунд во главе нашего войска начал наступление на Богемию. Император пребывал в хорошем расположении духа, так как Кениггрец практически не оказывал сопротивления и немецкие бюргеры приветствовали нас. Однако много немцев скрылось в сложной для штурма Пражской крепости. Это вынуждало нас воспользоваться старинным методом и взять ее измором, но нам повезло. Комендант крепости Ченек отвернулся от еретиков и сдал крепость императору, но пришлось повозиться с пражанами, которые не хотели праздно смотреть на это и добавили моему мечу работы!

— Конечно, предательство Ченека разожгло народный гнев — ведь он тоже подписывал манифест к императору Сигизмунду. Радуйся, что ты этого не видел. Не думая о последствиях, пражане бросились на крепость. Ничего удивительного, что их жестоко разгромили.

— Мы осадили не желающий сдаваться город, но войско Жижки угрожало нашим тылам. Император требовал безоговорочного подчинения, однако жители Праги хотели сохранить оружие и свою чашу, как их учил Гус. Император негодовал, от его хорошего настроения не осталось и следа. Над его приближенными сгустились грозовые тучи — не дай бог встать у него на пути. Кроме того, его беспокоило отсутствие дисциплины среди крестоносцев. Должен признаться, мне самому это надоело — а я далеко не неженка. Эти ребята в гневе убивали всех, кто говорил по-чешски, даже женщин и детей, и никто не мог их обуздать. Только представь: нас было двадцать тысяч, и лишь немногие имели военный опыт. Непривычные к длительной осаде, солдаты роптали, ненависть к гуситам возрастала, да и скука давала о себе знать.

Он рассказывал дальше, но Элизабет погрузилась в собственные мысли. Вместо молодого дворянина она видела себя! В Пражской крепости и лагере перед городом. Она наблюдала за приближением выросшего до девяти тысяч войска Жижки — бесконечного потока вооруженных людей. Преимущественно это была пехота с копьями, цепями и бердышами в сопровождении повозок с тяжелыми пушками. Император все еще проявлял высокомерие и держался как победитель, хотя не мог захватить город. Он отправил свое войско отрезать путь мелким отрядам Жижки. Элизабет видела переброску войска гордых крестоносцев — и спустя всего лишь несколько часов их позорное бегство врассыпную. Она металась среди мужчин и искала его. Повсюду кричали раненые, кровь лилась рекой. Внезапно он появился, испачканный грязью и кровью, и схватил ее за руку.

— Что ты здесь делаешь? Я же сказал тебе оставаться в крепости. Ради бога, послушай меня хоть раз, прежде чем останешься без головы!

— Я волновалась о тебе и должна была тебя найти. Что случилось? Император сказал, что ничего не стоит остановить этих мятежных еретиков!

— Правда? — Молодой рыцарь вытер окровавленное острие меча.Значит, он ошибся!

— Как им удалось обратить вас в бегство? Такое огромное войско? — с натиском спросила она.

— Мы отошли к деревне Пореч, чтобы преградить им путь на Прагу, но Жижка окопался со своим отрядом на холме и приказал забрасывать нас камнями из катапульт и ядрами из пушек. Вокруг меня как подкошенные падали мужчины — мертвые или изувеченные. А затем на нас налетели богемцы с копьями и палками. Нам ничего не оставалось кроме как бежать. Возвращайся в крепость! С ее стен ты сможешь в безопасности наблюдать, как Жижка победоносно входит в город!

— Что с тобой?

Лагерь с поверженными воинами исчез, перед Элизабет было только небритое лицо со шрамом.

— Что с тобой? Ты стонешь и отбиваешься, будто одна из чешских женщин, которой по праву решил воспользоваться победитель.

Только сейчас Элизабет заметила, что уже не сидит со Штефаном за столом, а лежит на матраце, раздвинув ноги.

— Что с тобой? — переспросил он, опуская потертые шоссы, обнажившие мускулистые, покрытые волосами ноги.

Элизабет чувствовала на себе взгляд мадам.

— Все в порядке. Твой рассказ о походе немного сбил меня с толку. Так много крови, насилия и смерти.

По ее телу пробежала дрожь. Солдат улыбнулся и погладил ее по щеке.

— Какие же бабы иногда бывают сентиментальные, но я никак не ожидал встретить такую в притоне.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация