Книга Пощады не будет, страница 53. Автор книги Роман Злотников

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Пощады не будет»

Cтраница 53

– А постояльцев зачем тогда порезали?

– То нам неведомо, – ответствовал староста, а затем его лицо озарила догадка, и он возбужденно выпалил: – Так, может, это за ними тати приходили, ваша милость? А господин Залуй только под горячую руку попался. Либо шум услыхал и восхотел постояльцам своим пособить?

И вся площадь загомонила, обсуждая новую версию событий. А Грон задумчиво покачал головой. Да уж, ой не просто так случилось оказаться здесь господину Залую в тот самый момент, когда некие «волки» порезали старого тавернщика. И оставалось только догадываться, кто сидел у барона в застенках, обеспечивая лояльность этого Залуя. Скорее всего, вся его семья. Именно этим, наверное, и объяснялось его столь скромное поведение и такая сентиментальность по отношению к детям. А вот ребята Гаруза, ночью пришедшие за хозяином, похоже, наткнулись в этой таверне еще на кого-то. Возможно, на какую-то группу мятежников или на излишне самоуверенных местных дворян, решивших дать бой ночным налетчикам. В этом случае их можно было только пожалеть.

– А где те двое убитых, староста? Можно взглянуть?

Староста поежился:

– Да не советовал бы, ваша милость. С ними такое сотворили, аж в дрожь бросает. Как только Владетель допустил, чтобы таких зверей земля носила?

А вот это уже было интересно. Уж не результаты ли ускоренного допроса по первой категории он увидит? И с чего это Гарузу, ну или кто там командовал операцией, пришло в голову допрашивать подобным образом случайных постояльцев?

– Веди, староста, – приказал Грон.

Мертвых оттащили довольно далеко, до заброшенного овина за околицей. Они были чужие, и церемониться с ними никакого резона не было. К вечеру закопают у ограды кладбища, да и забудут вскоре. Грон подошел к телам, лежащим в дальнем углу, и носком сапога откинул дерюгу. Ввалившаяся вместе с ним в овин небольшая толпешка крестьян испуганно охнула и отшатнулась. В том числе и староста, который уже, несомненно, видел это зрелище. Да что там староста, даже такой закаленный воин, как виконт Бар-тело, прижал перчатку к лицу. Уж больно неприглядно выглядели мертвые. Нет, никаких издевательств вроде отрезанных губ или век тут не было. Но вот уши на трупах присутствовали не в полном объеме. Пальцы тоже. Животы у обоих также были вспороты. Короче, как Грон и подозревал, типичная картина допроса первой степени по ускоренному варианту с последующим умерщвлением способом, обеспечивающим оказание максимального психологического эффекта на остальной контингент. Похоже, эти трое постояльцев были не простыми путниками… ой не простыми…

– Да уж. – Грон набросил дерюгу обратно и развернулся к крестьянам. – Вот так оно случается, во время смуты-то. Ну ничего, люди добрые. Не волнуйтесь. Вскоре мы здесь порядок наведем.

– Да уж скорей бы, ваша милость… – нестройно, но дружно отозвались из толпешки. – Уж мочи нет терпеть, что деется…


До лагеря армии Грон и виконт добрались через три дня. Армия под командованием барона Шамсмели к тому моменту приблизилась к столице Геноба на расстояние двух дневных переходов. То есть если эти два перехода делать максимальным темпом. А если ориентироваться на ту скорость, с которой тащилась армия все это время, то им до столицы оставалось идти еще более недели. Так что генобцы и мятежники должны были пребывать в совершенно безмятежном состоянии.

Покончив с приветствиями и радостными объятиями, Грон собрал военный совет.

– Что ж, – начал он, окидывая взглядом присутствующих и останавливая его на роскошных усах капитана Дежеуса, – я вижу, армия наконец полностью соединилась.

Капитан Дежеус вскочил на ноги:

– Так точно, ваше высочество, вверенные моему попечению полки вчера поздним вечером перешли под командование господина барона.

И легкий гомон, возникший среди офицеров, сидевших в противоположном от капитана Дежеуса углу, показал Грону, насколько господа полковники из отряда, вверенного попечению капитана, рады этому обстоятельству. Он усмехнулся про себя и, состроив строгое лицо, спросил:

– А как вы, господин капитан, оцениваете текущую боеготовность вверенных вашему попечению полков?

Капитан Дежеус сделал паузу, бросил взгляд в сторону притихшего угла и… гордо произнес:

– Должен доложить, ваше высочество, что я был искренне изумлен тем, как быстро солдаты и офицеры данных полков сумели полностью восстановить свою боеготовность. Не сомневаюсь, что в будущем сражении они сумеют утереть нос тем полкам, которые все это время пребывали в полном штатном составе.

Судя по тому, какой слитный изумленный выдох донесся из дальнего угла, сидящие там офицеры ожидали чего угодно, но не похвалы. Грон одобрительно хмыкнул. «А вы еще и дипломат, капитан… пожалуй, я правильно взваливаю на вас совершенно неподъемные задачи. Из вас получится очень неплохой коннетабль… Но вот полковника я вам дам, уж извините, только лишь после сражения. По итогам работы, так сказать… Хотя я уже сейчас абсолютно не сомневаюсь в ее результатах».

– Ну хорошо, там посмотрим, – делано равнодушно констатировал Грон. – Тогда, господа, считаю необходимым заявить, что время пришло. Мы готовы, и ждать чего-то еще я уже не вижу смысла. Поэтому слушайте мой приказ: рейтарам – с завтрашнего дня удвоить число людей в патрулях. Приказываю более не уклоняться от схваток, а перехватывать и уничтожать все патрули генобцев и мятежников. Чем позже они узнают, что мы рванули вперед, тем лучше. Остальным подготовить полки к ускоренному маршу. Солдатам взять в ранцы продуктов на два дня. Обозы – оставить. Завтра с утра – выступаем!

Его последние слова были заглушены восторженным ревом.

6

Герцог Амели вчера лег довольно поздно. Военный совет, на котором обсуждали последние детали предстоящего сегодня решительного штурма столицы, затянулся. Да и кроме него было нечто, что портило герцогу нервы едва ли не сильнее предстоящего штурма. Вообще, это детище Черного барона, объединенная армия Геноба и агберских мятежников, и так управлялось из рук вон плохо. Не говоря о том, что агберцы и генобцы по любому поводу окрысивались друг на друга, свою толику трудностей добавляли и личности агберских руководителей. Герцог Аржени сам по себе был тот еще фрукт, общение с которым стоило герцогу Амели множества нервных клеток, но его вечная грызня с графом Авенлеба, который к тому же продолжал считать себя командующим агберцев, так и норовя лично отдать распоряжения, зачастую противоречащие тем, которые отдавал герцог Аржени или лаже сам коннетабль короля Геноба, портила кровь куда сильнее. Вследствие этого и та часть армии, которую составляли генобские повстанцы и в которой команды герцога никто вроде бы не оспаривал, тоже успела разделиться на две неравные части. Одна из них, в основном в силу своего полного повиновения герцогу, еще как-то терпела соседство агберцев, другая же была готова вцепиться им в глотку.

С решительным штурмом они так затянули оттого, что, как выяснилось, дворянское ополчение из рук вон плохо подходит для штурма крепостей. Первая попытка штурма, которую они предприняли буквально на следующий день, как армия пришла под стены столицы, с треском провалилась. Лестницы, изготовленные руками не слишком привычных к топору и пиле дворян, никуда не годились. Часть просто сломались под весом забравшихся на них воинов, часть оказались такими короткими, что забравшиеся на них тупо пялились на стену, возвышавшуюся еще на пять-шесть локтей, до тех пор пока кто-нибудь из стоявших на стене агберских солдат не обрушивал на них увесистый камень. Таран, изготовленный все теми же «специалистами», за два часа работы сумел только слегка поцарапать воротную оковку. Первая попытка закончилась тем, что объединенная армия откатилась назад уже через три часа после того, как герцог подал сигнал: «На штурм!»

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация