Книга Мария, княгиня Ростовская, страница 8. Автор книги Павел Комарницкий

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Мария, княгиня Ростовская»

Cтраница 8

— Ой, киска! — Мария присела, разглядывая кошку, и та чуть настороженно глядела на неё — Как зовут?

— Это Ирина Львовна, — почти без улыбки ответил Василько. — Прошу любить и жаловать.

— Как? — рассмеялась Мария — Так вот прямо и Львовна?

— А то! Между прочим, греческих кровей кошка. Архитектор Ипатий, что отцу терем строил, откуда-то раздобыл, перед самым отъездом. Махонький котёнок, белый и блохастый. Мы ему: откуда такой уродец, мол, а он нам — ничего вы не смыслите, это же царица кошачья. Ну мы промеж себя и прозвали её царским именем, с лёгкой руки отцовой…

Ирина Львовна, окончив предварительный осмотр, подошла вплотную, и Мария погладила её, почесала за ухом. Кошка легонько замурлыкала.

— Вишь, признала тебя сразу… Умнейший зверь, между прочим, всё понимает.

— И по-русски понимает?

— И не токмо. И по-русски, и по-гречески, и по-латыни. А уж читать любит, прямо страсть!

Мария рассмеялась, и кошка чуть обиженно мяукнула, словно говоря: «не верит ещё!»

— Не веришь? Ну вот вечером я тебе покажу. Как только святцы откроешь, или ещё какую книгу, так она сразу тут как тут. И лапой страницы переворачивает!

Они встретились взглядом, и разом расхохотались. Кошка, явно не желая выносить насмешек в свой августейший адрес, фыркнула и удалилась, гордо неся пышный хвост трубой.

— А у вас тут книжек много, да? — обернулась Мария к мужу.

— У нас тут, — поправил её Василько. — Много. Отец любил почитать, так и собрал. Да вот и грек Ипатий, архитектор который, немало в сём поспособствовал. Есть хочешь?

— Не-а… — Мария отрицательно помотала головой.

— В баню пойдёшь, или отдохнёшь с дороги?

— Как ты, — улыбнулась Мария.

Василько подумал пару секунд, тряхнул кудрями.

— Тогда в баню! Не знаю, как ты, а я вот пропотел дорогой.

— Вместе пойдём? — лукаво улыбнулась Мария, искоса глядя на мужа.

— Ну неуж поврозь? Так никакого пару не напасёшься!

И они снова расхохотались.


— Вот, Мариша, это вот тётка Пелагея. Родственница моя, как говорят, дальняя. Да токмо если бы не она, сей дворец рухнул бы в одночасье.

Пожилая женщина, с костистым лицом, ещё хранящем следы былой красы, смотрела на Марию оценивающе, без страха, но и без должного почтения к малолетней девчонке. Матушка-то ты матушка, читалось во взгляде, да только дом вести — не подолом мести…

— Здравствуй, тётушка Пелагея, — первая поздоровалась Мария, чутьём угадав, что это сейчас необходимо. Взгляд старой ключницы потеплел.

— Здравствуй, матушка моя, — женщина легонько так поклонилась. — Ну наконец-то, сподобился князюшка наш, женился. А я уж решила, всю Русь прошёл, теперь в немецкие земли подался, за невестой-то.

Она подошла вплотную.

— Слава Богу. А то я уж думала, до конца дней своих тянуть мне хозяйство.

— Тётка Пелагея у нас и за тиуна теперь, — улыбнулся Василько.

— Да, был такой Ставр у нас, дельный вроде мужик, да спился, прогнал его князь-батюшка, и вовремя. Не ровен час, спалил бы тут всё дотла, по пьяному-то делу. Мужики, вишь, к этому делу бывают нестойки.

Вот как… Значит, по сути сейчас вот эта самая Пелагея и есть хозяйка в княжеском доме…

Уловив настороженность в глазах Марии, Пелагея улыбнулась.

— Не бойся тут ничего, матушка моя. Ты теперь тут хозяйка. По твоему слову всё и будет. А я… Спросишь совета — всегда отвечу, не спросишь — что ж… На печи-то оно тепло, лежи себе…

— Ладно прибедняться, тётка Пелагея, — засмеялся Василько. — Мы вот с Маришей крепко на тебя рассчитываем.

— И зови меня Марией просто, тётушка Пелагея, — попросила Мария.

Взгляд ключницы-управительницы окончательно потеплел.

— Как скажешь, матушка моя. Ты вот что… Вот так же примерно и веди себя, как сейчас. Говори ровно, улыбаясь. Народишко у нас тут ничего, не злой, и дураков явных нету, так что хулы или бесчестья какого не опасайся. Ну, а ежели кто из дворни вздумает отлынивать, на доброту твою уповая, так и вовсе не говори ничего, просто мимо пройди. А уж я объясню таковому, что так делать нельзя — враз усвоит…

— По почкам токмо не бей, тётка Пелагея, — засмеялся князь. — да по голове не шибко.

— Ништо! Я женщина аккуратная, — улыбнулась Пелагея, позвенев ключами, и Марию вдруг разобрал смех. Вот интересно, как это так выходит, что и тут связка ключей у ключницы весьма похожа на боевой кистень?


— Ух ты!

Мария восхищённо оглядывала библиотеку. Рукописи лежали на полках, в свитках и стопках, в книгах со свинцовыми и деревянными переплётами, аккуратно разложенные и пронумерованные.

— Тут сотни четыре трудов письменных наберётся, даже поболе чуть! — похвастался Василько. — Слышь, Савватий!

— Тут я, княже! — отозвался маленький лохматый человечек, вынырнув откуда-то из-за стеллажа. Одет человечек был в тёмную рясу на голое тело, подпоясанную верёвкой с привязанным медным ключом, на шее болтался изрядных размеров деревянный кипарисовый крест на кожаном шнурке. На лице человечка помаргивали детски-голубые, какие-то чистосердечные глаза, должно быть, малость близорукие от долгого сидения за книгами. Но особо примечательной у Савватия была борода — чёрные, каштановые и светло-русые пряди причудливо переплетались, отчего борода приобретала неповторимо-пёстрый вид, навроде шемаханского ковра.

— Вот, Мариша, это наш летописец ростовский, отче Савватий, он же книжным собранием ведает.

— Здравствуй, государыня княгиня, — поклонился Савватий. — Читать любишь?

— Люблю, отче Савватий, — призналась Мария. — А что за книги тут?

— Да всякие есть, — Савватий приосанился, испытывая законную гордость за свою библиотеку. — Вот духовные труды есть, вот это, — он с некоторой натугой поднял стопку тонких, позеленевших и посеревших от времени свинцовых листов, — списки Священного писания, сделанные якобы самим апостолом Павлом, лично.

— Ну?! — поразилась Мария, трогая древнюю реликвию.

— Конечно, может, оно и врут, — ухмыльнулся Савватий. — Но куда приятней думать, что сие чистая правда, верно?

Они рассмеялись все трое. Смеются, подумала Мария, значит, не боятся господина своего. У отца дома слуги тоже, конечно, не забиты, но такого вот нету…

— А вот поэмы Вергилия, а это вот самого Гомера, — продолжал хвастаться летописец.

— И это тоже сам Гомер написал? — лукаво сощурилась Мария.

Савватий ухмыльнулся.

— Гомер, государыня, был слепец, да и грамотой не владел к тому же… Очень удобно, кстати, для потомков. Вот я, к примеру, впишу некие строки в пергамент сей, и поди докажи, что это не Гомер.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация