Книга Зеркало, или Снова Воланд, страница 35. Автор книги Андрей Малыгин

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Зеркало, или Снова Воланд»

Cтраница 35

— Конечно… я все понимаю… и постараюсь, насколько уж это получится… — разводя руками, попытался заверить также поднявшийся с места хозяин квартиры, но «Воландин» его перебил:

— Да… чуть не позабыл! А те две монетки, которыми вас так удивил шутник Аллигарио, обязательно сохраните, они вам еще пригодятся… Они не простые не только по форме… Стоит сжать одну из них в левой ладони, и, глядя на интересующих вас людей, вслух или про себя произнести известные вам слова — и тогда… вы сможете узнать для себя еще очень много всего интересного, — и он многозначительно посмотрел на Шумилова. — Но только, как вы понимаете, всего лишь дважды, по количеству имеющихся монет. Но и этого, поверьте мне, будет достаточно для новых впечатлений, более полного понимания жизни и окружающих вас людей…

Валерий Иванович на мгновение отвернул голову и с интересом отыскал глазами лежащие на столе маленькие блестящие кружочки, а затем вновь повернулся и, вздохнув, смущенно произнес:

— Петр Петрович, очень тронут вашим вниманием… Большое спасибо… что посетили… Должен признаться… что для меня это все чрезвычайно неожиданно… словно какой-то необычный сон… Читать-то в книжках я, конечно же, читал… но вот чтобы так встретиться… уж никак не предполагал. Ведь, сами понимаете, мало ли чего люди в книгах насочиняют. У некоторых из писателей, надо признаться, уж такое богатое воображение… что просто голову можно сломать. А теперь-то вот… после вас… я и вообще совершенно не знаю… чему верить, а чему нет… Прошу прощения, если что вышло не так…

— По этому поводу можете не беспокоиться, — прервал его низким голосом гость, — все в порядке. А что касается ваших представлений о многом, так они действительно далеко не полны и во многом ошибочны. Но в этом не ваша вина, уважаемый. Какова информация, таковы и представления. Кое-что новенькое для себя вы еще узнаете. Ведь не зря же говорят: век живи, век учись… ну, а дальше вы сами знаете, — и он, улыбнувшись, направился к выходу. — Все, мне пора…

Выйдя на лестничную площадку, «Воландин» обернулся и проговорил:

— А сейчас настоятельно вам рекомендую побыстрей забраться в постель и больше ни о чем на свете не беспокоиться. Все будет как надо, — и с этими словами он направился по ступенькам вниз.

Шумилов, прикрыв не до конца дверь квартиры, еще некоторое время прислушивался к ночной тишине, но то, на что он все же надеялся, так и не произошло — входная дверь подъезда не хлопнула.

Когда, проводив необычного гостя, он вернулся на кухню, то к новому своему удивлению застал в ней прежний порядок. Все находилось на своих местах, словно здесь ничего и не произошло. Лишь две странные монетки, полученные от рыжего «пионера» Аллигарио, одиноко лежали рядом со стопкой материалов будущего выступления, напоминая об удивительных событиях. Он положил их на ладонь… и тут же почувствовал неодолимое желание заснуть…

Глава ВОСЬМАЯ
Утро вечера мудренее

Проснувшись по обыкновению в половине седьмого и потянувшись до хруста в суставах, Валерий Иванович ощутил в своем теле необычайную легкость и бодрость. Словно скинул долой годков эдак двадцать и опять очутился в кипящей энергией и здоровьем своей бесшабашной юности. Когда казалось, и спал-то урывками. Да что там казалось! Так и было на самом деле.

Да, великое дело, когда у вас с утра хорошее самочувствие!

Румяное солнце еще досыпало, и за окном скиталась осенняя темнота. Лишь желтый свет бодрящихся фонарей с трудом просачивался через неплотные шторы. Взглянув на свою безмятежно посапывающую «половину», Шумилов тут же вспомнил смерчеподобное ночное семьетрясение и сразу же, погрустнев, печально вздохнул. «Неужели все это обрушилось на него наяву, а не привиделось в каком-то диком, кошмарном сновидении?»

Стараясь не шуметь и опасливо поглядывая на жену, он высвободил ноги из-под одеяла и привычно нащупал на полу остывшие за ночь тапочки. Где-то рядом в окружающей тишине притаилось тревожное ожидание.

«Эх, если бы только можно было…» Не успел он закончить свой мысленный монолог, как Вера Николаевна шевельнулась, приоткрыла глаза и, сладко потянувшись и зевнув, прощебетала:

— Товарищ писатель! Признайтесь честно, вам за это ничего не будет, долго ли ночью вы корпели над своим великим сочинением? — и тут же, сочувственно вздохнув, добавила: — Ах, бедненький Валерик, ты у меня, наверное, совсем не выспался?

В голове у Шумилова молнией промчались слова могущественного гостя, что все будет в полном порядке, и на душе тотчас же отлегло. Словно взвился занавес, брызнул свет, и где-то внутри неожиданно и мощно грянул целый оркестр, заигравший удивительно проникновенную мажорную мелодию о половодье чувств и радости жизни, о безбрежности неба и буйстве красок на залитом солнцем цветастом лугу.

Наполненный этими колдовскими звуками, он нагнулся к жене и, чмокнув ее в теплую щеку, в самое ухо чувственно прошептал:

— Доброе утро, моя амброзия… Безмятежен ли был сон твой? Не пытался ли какой-нибудь коварный старикашка Черномор омрачить его своими мерзкими домоганиями? И не настало ли времечко для подвига богатырского? Должен признаться, что выспался сегодня на удивление хорошо и, чуя силы в себе могутные, готов совершить с утречка пару подвигов смелых — взбодрить тело гирькой пудовою да расправиться начисто с завтраком, — и он снова по-детски уткнулся носом в ее мягкую шелковистую щеку.

Жена обхватила его голову руками, некрепко прижала к себе и, принимая условия игры, улыбнувшись, произнесла:

— Ах, сударь, какой вы все же невозможный льстец и подлиза!.. Сколько пафоса и лести в ваших словах! И кто бы был против таких героических мыслей, только не мы. Отпускай же быстрей меня из плена, а не то твой второй подвиг окажется лишь невероятно смелой, но, вероятнее всего, неосуществимой мечтой…

Внезапные штормовые тучи на семейном небосклоне чудесным образом рассеялись, задышалось легко и свободно.

Эх, если бы каждый день в жизни людей мог начинаться и заканчиваться подобным образом! Но… об этом приходится лишь только мечтать.

Совершив свои запланированные «подвиги» и расцеловав в приливе нахлынувших чувств жену, Валерий Иванович бодрым шагом проследовал на завод. Звучавшая с самого утра в душе счастливая, но пока еще не известная миру мелодия сменилась знакомыми с детства радостными словами. И самому хотелось выпустить ее наружу и во все легкие громко пропеть:


Солнце купается в лазури чи-истой,

Играют во-олны зыбью лучистой…

Забежав на минутку к себе и бросив в кабинете материалы своего будущего выступления, он направился в северную проходную, откуда в семь тридцать должен стартовать еженедельный директорский обход.

Так уж было заведено, что каждая новая неделя начиналась с «высочайшего» обхода и осмотра владений. Кроме Самого в мероприятии участвовали секретарь парткома, председатель профкома, главный инженер, замы Орлова по производству, коммерции, качеству, кадрам, быту, начальник отдела снабжения и еще несколько лиц по усмотрению директора. Всего по обыкновению набиралось от десяти до пятнадцати человек. И вот такая шумная и представительная компания, словно большая грозовая туча, двигалась по известному маршруту с периодическими остановками в цехах.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация