Книга Дипломатическая неприкосновенность, страница 26. Автор книги Лоис МакМастер Буджолд

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дипломатическая неприкосновенность»

Cтраница 26

– Нет, это не прозвище, – говорила Гарнет Пять. – Когда квадди были созданы корпорацией «Галак-Тэк», нас была всего одна тысяча. У каждого было только имя и порядковый номер, а поскольку квадди было так мало, каждое имя было уникальным. Когда наши предки улетели к свободе, они отменили нумерацию, но сохранили систему единственных, уникальных имен, заносимых в реестр. Учитывая количество древних земных языков, лишь через много поколений эта система начала давать сбой. Листы ожидания на действительно популярные имена были безумно длинными. Поэтому проголосовали за то, чтобы разрешить дублирование, но только если у имени есть номерная приставка, чтобы мы всегда могли отличить одного Лео от другого Лео. Когда ты умираешь, то твое имя-номер снова вносят в реестр.

– В моей команде грузчиков есть Лео Девяносто Девять, – сообщил Бел. – Это самый большой номер, который мне пока попадался. Похоже, предпочитают номера поменьше или вообще никакие.

– Мне никогда не попадались другие Гарнет, – сказала Гарнет Пять. – Когда я проверяла в последний раз, их было, кроме меня, восемь где-то в Союзе.

– Готов поспорить, будет больше, – заявил Бел. – И по твоей вине.

– Могу только пожелать! – рассмеялась Гарнет Пять.

Вторая часть представления была столь же впечатляющая, как и первая. Во время одной из музыкальных интерлюдий Николь сыграла прелестную пьесу на арфе. Выступили еще две большие группы танцоров, исполнили один танец абстрактно-математический, другой повествовательный, судя по всему, навеянный какой-то грандиозной катастрофой, вызванной разгерметизацией, которую пережило предыдущее поколение. В финале все танцоры скопились в середине и исполнили быстрый, головокружительный танец с барабанами, кастаньетами и оркестром, создавая музыкальное сопровождение, которое можно описать лишь как массированное.

Майлзу показалось, что представление закончилось слишком быстро, но его хроно показал, что в этом сне прошло четыре часа. Он отвесил Гарнет Пять благодарный, ни к чему не обязывающий прощальный поклон. Пока Бел с Николь сопровождали троих барраярцев обратно на «Кестрел» в шарообразном каре, он размышлял о том, что каждая культура рассказывает истории о себе самой, таким образом характеризуя себя. Помимо всего прочего, балет квадди воспевал в первую очередь тело квадди. Безусловно, ни один планетник не мог после просмотра балета квадди по-прежнему считать четвероруких людей мутантами, калеками, ущербными или низшими существами. А кое-кто даже способен – что и продемонстрировал Корбо – выйти оттуда влюбленным.

Не все калечащие повреждения видны глазу. Весь этот блестящий атлетизм напомнил Майлзу, что нужно будет проверить перед сном химические показатели мозга и посмотреть, как скоро может приключиться очередной припадок.

Глава 7

Майлз проснулся от стука в дверь каюты.

– М’лорд? – послышался приглушенный голос Роика. – С вами хочет поговорить адмирал Форпатрил. Он ждет по закрытому комму в кают-компании.

Какое бы озарение ни выдало его подсознание, оно исчезло безвозвратно в этот смутный промежуток между сном и явью. Майлз, застонав, скатился с койки. С верхней койки свесилась рука, потом появилась голова, и Катриона устремила на него сонный взгляд. Майлз ласково коснулся ее руки.

– Спи, милая.

Катриона довольно засопела и повернулась на другой бок.

Майлз провел пятерней по волосам, схватил серый пиджак, натянул прямо на исподнее и босиком прошлепал в коридор. Когда дверь с шипением закрылась за ним, он посмотрел на хроно. В Пространстве Квадди местные жители не зависят от вращения планеты, и у них повсюду единый часовой пояс – к которому Майлз с Катрионой теоретически должны были приспособиться в процессе полета. Ладно, стало быть, сейчас не глухая ночь, а ранее утро.

Майлз уселся за стол кают-компании, поправил пиджак, застегнул все пуговицы и коснулся пульта управления. Перед ним возникло лицо и туловище адмирала Форпатрила. Адмирал был бодр, полностью одет, чисто выбрит и держал в правой руке чашку кофе, крыса эдакая.

Форпатрил, поджав губы, покачал головой.

– Откуда вы, к черту, знали? – требовательно вопросил он.

– Прошу прощения? – прищурился Майлз.

– Я только что получил от моего старшего хирурга заключение по образцу крови Солиана. Кровь была изготовлена, по всей вероятности, в течение двадцати четырех часов до того, как ее расплескали по причалу.

– О! – Ад и проклятие! – Какая… неудача.

– Но что это? Этот малый до сих пор жив? Я готов был поклясться, что он не дезертир, но, возможно, Брен был прав.

…Идиоты тоже иногда бывают правы – как и остановившиеся часы.

– Мне нужно подумать. На самом деле это вовсе не доказывает, что Солиан жив или мертв – ни того, ни другого. Вообще-то это даже не доказывает, что он не был там убит: просто ему не перерезали глотки.

Оруженосец Роик, благослови его господь, поставил у локтя Майлза чашку с дымящимся кофе и ретировался на свой пост у двери. Первым долгим глотком Майлз прочистил хотя бы горло, если не мозги, а потом отпил еще, чтобы выиграть время на раздумье.

У Форпатрила стартовое преимущество и в плане кофе, и в плане расчетов.

– Следует ли нам сообщать об этом шефу Венну? Или… нет?

Майлз кашлянул, выразив сомнение. Единственное имеющееся у него дипломатическое преимущество, единственная, фигурально выражаясь, подпорка в этом деле – возможность того, что Солиан убит неизвестным квадди. Похоже, теперь данный постулат стал еще более проблематичным.

– Кровь должны были где-то состряпать. Если у вас есть необходимое оборудование, это просто, а если его нет – невозможно. Найдите такое оборудование на станции – или на борту пришвартованных кораблей, – и вы найдете место. Место плюс время приведут к людям. Процесс отсеивания. Для такого рода работы ногами… – Майлз поколебался, но все же продолжил: – местная полиция оснащена лучше, чем мы. Если ей можно доверять.

– Доверять квадди?! Вряд ли!

– Какие у них есть мотивы обманывать нас или давать ложные сведения? – Действительно, какие? – Мне приходится действовать через Гринлоу или Венна. У меня самого на станции Граф никакой власти нет.

Ну разумеется, есть Бел, но Бела надо использовать очень осторожно, чтобы не раскрыть.

Ему нужна правда. С сожалением приходится признать, что ему также хотелось бы иметь монополию на эту правду, по крайней мере до тех пор, пока он не придумает, как лучше всего сыграть в интересах Барраяра. Хотя если правда не идет нам на пользу, то как это нас характеризует, а? Он потер колючий подбородок.

– Однако это с полной очевидностью доказывает следующее: что бы ни произошло на том причале, убийство или отвлекающий маневр, это было тщательно спланированной акцией, а не экспромтом. Я поговорю с Гринлоу и Венном. В любом случае разговоры с квадди – теперь мое дело. – «Видно, в наказание за мои грехи. Какого же бога я прогневил на этот раз?» – Благодарю, адмирал, и поблагодарите от моего имени вашего хирурга за отличную работу.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация