Книга Ришелье. Спаситель Франции или коварный интриган, страница 13. Автор книги Сергей Нечаев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Ришелье. Спаситель Франции или коварный интриган»

Cтраница 13

— Господи, прости меня…

Со смертью бездетного старшего брата угасла и надежда семейства дю Плесси-Ришелье на прямое продолжение рода.

Арман-Жан дю Плесси-Ришелье тяжело перенёс эту утрату. «Никогда не испытывал я большей скорби, чем при известии о смерти моего любимого брата», — написал он в своём дневнике. И в самом деле, после этого он долгое время не мог ни разговаривать, ни вести переписку.

Кстати сказать, скорее всего, именно это событие породило в будущем кардинале ненависть к выяснению отношений между людьми с помощью уличного кровопролития, что потом выразится в разработанном им законе о запрещении дуэлей [6] .

Отметим также, что старший брат не оставил после себя ничего, кроме долгов.

После этого человек, который «вовсе не был жадным до власти заговорщиком», понимая, что отчаянно нуждается в поддержке людей, которым он мог бы доверять, стал «подтягивать» наверх своих родственников и друзей. Например, Шарль-Амадор де ля Порт (брат матери) был назначен губернатором Анжера, маркиз де Врезе (муж младшей сестры Николь) стал капитаном гвардейцев, а позже — маршалом Франции и т. д. Таким образом, наш герой начал играть всё более важную роль при дворе Марии Медичи, создавая политическую базу для того, чтобы диктовать свою волю в её делах, в назначениях на должности и в расходовании материальных средств.

А потом произошло событие, которое повергло двор Марин Медичи в настоящее уныние: король вдруг освободил принца де Конде и снял с него все обвинения. Репутация королевы-матери после этого оказалась запятнанной злоупотреблением властью, поскольку именно она заключила принца, претендовавшего на власть в стране, в тюрьму в сентябре 1616 года.

Принц де Конде тут же стал новым и весьма воинственным союзником герцога де Люиня, и это очень не понравилось королеве-матери, считавшей де Конде своим личным врагом. В знак протеста она решила держать свой двор в Анжере, не возвращаясь в Париж.

С этого момента напряжённость в отношениях между королём и его матерью опять начала расти, и герцог де Люинь поспешил предложить Марии Медичи кое-какие уступки, но, как обычно, они оказались слишком незначительны, а кроме того, сильно запоздали. После этого он также велел своим людям в Анжере взвалить на Армана-Жана дю Плесси-Ришелье вину за отказ от предложенных условий.

Будущий кардинал по-прежнему стремился к полному примирению. Похоже, в данный момент он искренне уговаривал Марию Медичи не противоречить своему сыну. Но всё было безрезультатно, и дело явно шло к вооружённому столкновению, тем более что гугеноты, заинтересованные в беспорядках любого рода, выразили желание принять участие в разгорающемся с новой силой конфликте.


Сам кардинал Жак дю Перрон отправился в Анжер с большой делегацией духовенства с целью предотвратить серьёзные военные столкновения. Но и это не помогло. Установившийся династический мир закончился, и 7 июля 1620 года началась вторая война между матерью и сыном, которую историк Франсуа Блюш характеризует как «одну из самых коротких и наименее кровавых войн в мире».

В самом деле, герцог де Люинь, поддерживаемый старыми советниками Генриха IV, настаивал на переговорах, а принц де Конде — на вооружённом столкновении, но король всё же склонился на сторону военных действий.

В результате 10 июля его войска взяли Руан, 17-го — Кан, а уже 7 августа мятежники, члены оппозиционной группировки знати, недовольной возвращением принца де Конде, были разгромлены королевской армией у переправы через Луару в Пон-де-Се.

В этом (если позволительно будет применить этот термин) сражении Людовик XIII лично командовал своими войсками.

Жедеон Таллеман де Рео по этому поводу пишет:

«Он был немного жесток, как и большинство замкнутых и малодушных людей, ибо правитель наш доблестью не отличался, хотя и желал прослыть отважным».

На стороне Марии Медичи стояли герцог Вандомский (первый сын Генриха IV и его фаворитки Габриэль д’Эстре), а также герцог д’Эпернон, герцог де Рец, герцог Мэнский, герцог Немурский, герцог де Монморанси и граф Суассонский. Королю помогал руководить маршал Шарль де Креки.

К несчастью для Марии Медичи, герцог де Рец изменил ей и со своим отрядом в полторы тысячи человек ушёл с поля боя. Это сократило армию королевы-матери примерно на треть. Увидев это, герцог Вандомский тоже предпочёл скрыться. Дальнейшее для опытного маршала де Креки было, как говорится, «делом техники»: лишённая командования армия Марии Медичи была рассеяна в течение пятнадцати минут.

Жедеон Таллеман де Рео описывает произошедшее следующим образом:

«Затем произошла смехотворная стычка при Пон-де-Се; барон де Фене довольно едко отзывается о ней, да и название, которое дали этому бесподобному походу, достаточно подтверждает, что всё это было пустой затеей. Ботрю командовал пехотным полком, выступившим на стороне королевы-матери; однажды он сказал ей: „Что до пехотинцев, государыня, то людей, твёрдых на ногу, нам хватает, а вот поди поищи таких, кто был бы твёрд и духом“.

Некоторые историки называют стычку при Пон-де-Се „беспорядочной перестрелкой“, некоторые — „шалостью при Пон-де-Се“.

8 августа Людовик XIII торжественно вступил в Анжер, а на следующий день в дело вмешался Арман-Жан дю Плесси-Ришелье и вновь уладил всё полюбовно: король опять помирился с матерью, что и было зафиксировано мирным договором от 10 августа 1620 года.

Кстати сказать, после этого договора позиции нашего героя резко усилились, но он продолжил вести переписку с герцогом де Люинем. Что же касается Марии Медичи, то ей было разрешено вернуться в Париж, где она поселилась в специально построенном для неё по образцу флорентийского дворца Питти Люксембургском дворце.

Дворец, надо сказать, получился удивительно красивым, но что ей теперь было до всего этого великолепия. Правильно же говорят, что тюрьма — это место, где человек находится против своей воли, даже если внешне она выглядит как дворец.

Биограф Марии Медичи Пьер-Викторьен Лоттен де Лаваль по поводу мира, заключённого между матерью и сыном, пишет:

„Ришелье сыграл в этом деле постыдную роль. Королева была вновь предана и вновь вынуждена сдаться на милость своего гонителя <…>. Она вновь стала заложницей своего сына“.

А вот в отношениях с герцогом де Люинем заключённый мир ознаменовал для нашего героя новый поворот: демонстрируя всем „союз, основанный на общности интересов“, они договорились о браке между племянником де Люиня Антуаном де Комбале и племянницей Армана-Жана дю Плесси-Ришелье Марией-Мадлен. Последняя родилась в 1604 году и была дочерью Франсуазы дю Плесси-Ришелье, старшей сестры будущего кардинала [7] . Пышная свадьба была отпразднована в конце ноября месяца в Лувре, и Мария Медичи щедро одарила новобрачную.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация