Книга Диверсионная война, страница 50. Автор книги Александр Тамоников

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Диверсионная война»

Cтраница 50

– Быстрей, Дмитрий Сергеевич! – выкрикнул из окна голосом связника Януша бородатый очкастый тип.

Романов опомнился, метнулся к машине. Вот так сюрприз! Он ввалился на переднее сиденье, и еще не успел захлопнуть дверцу, как связник уже врезал по газам. Он резко вывернул руль, вписался в глубокую подворотню, за которой пролегала оживленная улица Антоновича.

– Семен Игнатович, какими судьбами? Спасибо огромное… – прохрипел Романов, вцепившись в ручку над головой.

– Своих не оставляем, Дмитрий Сергеевич… – Бородач рассмеялся. Что за маскарад? – Мне доложили, что к вам уже присматриваются. Давайте подробности потом, хорошо?

Он подался вперед, машина неслась по подворотне, подпрыгивая на неровностях брусчатки. Приближалась улица. Движение обычно плотное, но сегодня выходной, машин немного… Романов обернулся. Кто-то бежал за ними по арке, выхватил пистолет. Загремели выстрелы – в глухой подворотне оглушительные, словно орудийные залпы! Одна из пуль попала в задний бампер, он отзывчиво отвалился, закувыркался за машиной.

– Пригнитесь! – крикнул Януш. – А как вы хотели, Дмитрий Сергеевич? Это вам не лещей из Днепра таскать…

Приближалась улица. Скорость бы снизить, как-то беспокойно подумал Романов. Впрочем, связнику виднее. Сзади снова загрохотали выстрелы. Возможно, он и снизил бы скорость, но эта пальба подстегнула. Машина вылетела из подворотни на полной скорости, пронеслась через первую полосу движения. Януш ударил по тормозам, начал выполнять корявое подобие управляемого заноса, чтобы повернуть влево. Дух захватило от этой карусели! Короткая эйфория – эх, где наша не пропадала!

Водитель мощной бетономешалки, идущей справа налево, даже не успел опомниться – куда уж тут просигналить или выжать тормоз! Он шел по своей полосе, никому не мешал, и скорость была приличная – километров семьдесят. Он просто отбил от себя легкую легковушку, словно мяч. Машина, кувыркаясь, полетела через тротуар в стену дома. Хорошо, что пешеходов там не было. Машина отскочила от стены, смятая в лепешку, и снова оказалась под колесами той же бетономешалки! Оторопевший водитель запоздало ударил по тормозам. Куда там. Он просто смял «Жигули» своей тушей, порвал ее пополам, раздавил. Отчаянно выли тормоза. Бетономешалка и намотанная на колеса груда металлолома встали поперек дороги, заблокировав проезд. Ловко увернулся джип, водителю пришлось запрыгнуть на тротуар…

Злобно сигналили водители попутных машин, оказавшиеся в ловушке. Подходили любопытствующие прохожие. Под колесами бетономешалки занимались языки пламени от разлитого топлива. Из подворотни выбежал запыхавшийся мужчина с пистолетом. Опомнился, когда от него шарахнулась девушка, быстро спрятал оружие под плащ. Он изумленно таращился на страшную аварию с участием «Жигулей», в которых по определению не мог остаться никто живой. Он отступил к стене, отдышался, выхватил из кармана портативную радиостанцию…

Эпилог

В Северодон входила тяжелая бронированная техника. Похоже, перемирие вступало в «решающую» фазу. Что-то назревало. «ЗИЛы» тянули орудия, «шестдесят шестые» полковые минометы. Проходили бэтээры и боевые машины десанта, рычали САУ «Гвоздика». Новой техники практически не было – на многих машинах обшивка покрывалась ржавчиной, чернели вмятины от крупнокалиберных пуль и осколков. Техника шла на запад. Прохожие останавливались, провожали ее глазами. Кто-то это делал с осуждением, кому-то это нравилось. Но большинство смотрели равнодушно, как на давно примелькавшиеся элементы пейзажа и общественной жизни. Глеб Холодов тоже отошел к обочине, закурил, смотрел, как мощный тягач тянет сломавшийся танк «Т-64». Техника выходила из строя, как всегда, некстати и в неположенном месте. Он прошел по улице метров семьдесят и обнаружил еще одну сломавшуюся машину. «ГАЗ-66» стоял на обочине, в двигателе с матом-перематом копался водитель. На земле под откинутым задним бортом стояли несколько понурых мужчин – в камуфляже, но без амуниции и головных уборов. Мужчины курили, исподлобья разглядывали проходящую технику. На рукавах выделялись потертые желто-голубые шевроны. Неподалеку курили двое автоматчиков, приглядывали за компанией. «Пленных везли, погулять вывели, пока чинятся», – догадался Глеб. Он продолжал идти как ни в чем не бывало, в спину прозвучало:

– Капитан Холодов?

Он неохотно повернулся. Один из пленных смотрел ему в глаза. Светловолосый, небритый, весь какой-то угловатый, покрытый слоем пыли. Что-то знакомое, причем совсем недавно… Но он сегодня был немного не в себе, память отказывала.

– Не узнаешь, капитан? – вздохнул пленный. – Старший лейтенант Буряк. Антон Буряк… Мы с тобой еще подрались. Заместитель командира минометной батареи, которую распотрошили твои люди….

Ну, точно! Парень, которого он отпустил, потому что очень не хотелось в тот день убивать кого-то еще! Он вдруг страшно обрадовался, зашагал назад, протягивая руку. Пленный помешкал, но пожал ее. Бледная улыбка раскрасила закопченное лицо.

– Не поверишь, старлей, – признался Глеб. – Рад тебя видеть. Попал-таки в плен?

Пленные недоуменно переглядывались. Насторожились охранники, но он махнул им рукой – расслабьтесь, парни.

– Сам сдался, – смущенно признался Буряк. – Знаешь, капитан, надоело. Нормальных бойцов повыбило, присылают подкрепление – а там сплошной правый «крайняк». Смотрят на тебя, как на какого-то недоделанного человека. Я ведь с Херсонщины, если помнишь. Многие из этой братии в «Айдаре» и «Шахтере» служили, оттуда к нам перевелись. Воевать не умеют, а гонора… Зато если грабить, горилку пить или морды бить неблагонадежным – так они в первых рядах. Это каратели, капитан, а мне с карателями не по пути. Терпел их, пока мог, пока они в Валаховке с мирным населением беспредельничать не начали. Мужиков калечили, баб насиловали… Набил, в общем, морду их капитану – а у того оказались связи в командовании полка. В общем, не стал дожидаться, пока меня прибьют, сел в «уазик», переехал линию фронта… Теперь, говорят, проверять будут. Надеюсь, не расстреляют…

– Молодец, старлей, отрекся от Сатаны, – улыбнулся Глеб. – С фашизмом на Украине, конечно, перебор. Выводят новую породу людей. Если уж сам конгресс США запретил обучать и вооружать батальон «Азов» из-за его мерзкой нацистской сущности… В Киеве-то давно был?

– Да уж с месяц, считай, и то проездом. А что?

– Красивый город, – вздохнул Глеб. – Любил его когда-то. Как там нынче? Не все еще фильмы запретили? Гей-парады, говорят, проводите? А что, отличная идея, – он засмеялся, – разрешать гей-парады, а потом набивать их участникам морды.

Водитель хлопнул крышкой капота. Концентрация матерщины в пространстве пошла на убыль.

– В машину! – возвестил один из охранников, выбрасывая окурок.

– Запомни мой номер, старлей. – Глеб торопливо продиктовал вереницу цифр. – Звони, если что, заходи, посмотрим, что умеешь. Если желание будет. Я группу формирую, нужны нормальные хлопцы.

– Вот так сразу? – удивился Буряк.

– А что, бегать ты умеешь, остальное приложится. – Глеб засмеялся, снова пожал протянутую руку. – В общем, звони. Если не расстреляют тебя, конечно. – Он подмигнул и покосился на плечистых охранников.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация