Книга Ужасы французской Бретани, страница 20. Автор книги Александр Волков

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Ужасы французской Бретани»

Cтраница 20
Ночные прачки

Призрачные женщины, стирающие по ночам белье в пруду или ручье, встречаются не только в Бретани, но и по всей Европе. Однако именно бретонские ночные прачки служат связующим звеном между древними поверьями и их последующей трактовкой. Древнейший мотив — женщина на берегу, предсказывающая смерть тому, кто окажется рядом, а по некоторым данным, сама несущая смерть. Позднейший — стирка белья, привлечение к ней человека и удушение его бельем.

Ужасы французской Бретани

Ночные прачки. Картина Ж. Даржена (1861). Типично бретонское представление об этих демонах


В темное время суток на том самом месте, где днем слышались возгласы и смех крестьянок, полощущих белье и выколачивающих его вальками, рассаживаются зловещие белые (или зеленые) фигуры с перепончатыми лапами. Если случайный путник чересчур долго глядит на этих тварей или заводит с ними беседу, они хватают его, душат или затаскивают в воду. Иногда подобно корриганам прачки стараются вовлечь наблюдателя в свой круг и, выжимая с его помощью белье, ломают ему руки (по другой версии, наказывают тех, кто отказывается помочь).

На первый взгляд белье — главный атрибут ночных чудовищ. Славянские русалки, тоже снабженные птичьими лапами, расстилают возле источников холсты и полотна или моют их в ключевой воде. Белые морские жены и никсы германцев и белые панны чехов моют сорочки, развешивают в лесу ткани. Белая женщина, известная многим народам вестница смерти, занимается стиркой белья так же, как ирландская банши, стук валька которой, доносящийся с реки, совпадает по смыслу с ее жутким криком. Банши может придушить бельем какого-нибудь зеваку или болтуна, а галицкие и польские лисунки используют для этого свои крупные отвислые груди, заменяющие им вальки. В число прачек входят баварские ведьмы, литовские лаумы, славянские вештицы.

Несмотря на ужас от встречи с прачками, столь бытовая подробность, как стирка, настраивает многих на поэтический лад. Афанасьев уподобляет одежды, сорочки и ткани облачным покровам, которые полощут в дождевой воде небесные жены. То, что эти жены бьют и душат людей, его не смущает: ну, гроза прогремит или наводнение случится — вот и все несчастья!

Прагматики объясняют страх перед прачками мужскими проказами — мол, не любили женщины, когда им мешали, поэтому ходили стирать по ночам и наказывали тех, кто за ними подглядывал. Но тогда бы прачки использовали в качестве оружия деревянные вальки, а не белье и гонялись бы с ними за назойливым мужчинкой, как менады за Орфеем. Соглядатайством, кстати, объясняют и феномен русалок. Из кустов добрый молодец наблюдал за купающимися девицами, а те, понятно, выражали недовольство. Есть в такой версии своя поэзия, вот только настоящая русалка — это не обнаженная купальщица с соблазнительными формами, а склизкое пугало, норовящее усесться на ветку, нависающую над водой, и ухнуть оттуда на молодецкую головушку.

Давным-давно прачки полоскали в воде не простыню, а вещь, непосредственно связующую их со смертью: выпачканную в крови одежду и окровавленные внутренности. В саге «Разрушение дома Да Хока» женщина по имени Бадб, стоящая на одной ноге и прикрывающая один глаз (знак принадлежности к обоим мирам), моет в реке сбрую короля Кормака, и вода окрашивается кровью и сукровицей. Встреча с Бадб предвещает гибель короля. В поздней версии «Смерти Кухулина» гибель героя знаменует полоскание в воде его изрубленных доспехов. В саге из цикла Финна Мак Кумала женщина по имени Морриган полощет у брода «окровавленную добычу»:


Есть вокруг нас напрасно много добычи,

что обагрена удачей, ужасны кишки огромные,

которые мыла Морриган… много добычи она мыла,

ужасным смехом она смеялась.

Это всего лишь знаки и предвестия, но вот в повести «Победа Турлохов» нам встретится намек на магические действия кровавой прачки. Спешащий на битву с норманнами Доннха О’Браен замечает старуху, моющую в озере отрубленные головы и кишки. По ее словам, останки принадлежат Доннхе и его воинам, коим суждено погибнуть в предстоящем сражении. Доннха интерпретирует старухину стирку как магический акт, долженствующий помочь его врагам.

Далекие от политики бретонцы тем не менее знали об ирландских прачках. В их фольклоре они не только предвещают чью-либо смерть (прачки могут стирать саван), но и сами исполняют пророчество. Им близка шотландская баннихе (буквально «женщина мытья») или маленькая прачка у реки, стирающая в безлюдных местах окровавленную одежду того, кому суждено вскоре умереть. Она небольшого роста, в зеленом платье, с красными перепончатыми ногами. Заметивший прачку неизбежно будет задушен ею при помощи куска мокрой ткани. Ей хватит сил, чтобы исхлестать мокрым бельем человека и парализовать его конечности.

Так ведут себя существа, пребывающие на границе между жизнью и смертью. Они должны бы, как Бадб, прикрывать глаз и прыгать на одной ноге, но, в сущности, кромки воды достаточно: по замечанию Михайловой, кромка свидетельствует о промежуточности их положения — ни на воде, ни на суше. А мотив стирки белья вторичен — чем же еще заниматься этому существу на речном берегу?

Ужасы французской Бретани

Смерть. Картина Я. Розенталса (1897).

Белая женщина — близкая родственница ночных прачек


Вероятно, белье было выдумано, чтобы смягчить впечатление от встречи с береговыми демонами. Своим жертвам они и впрямь могли показаться прачками. Поди разбери, чем тебя душат — простынями, грудями или кишками. К белью добавились иные детали, вписывающиеся в две выявленные в предыдущих главах тенденции. Как и Анку, ночных прачек решили очеловечить. Это профессионалки, несущие наказание за жадность и нерадивость при стирке белья бедняков, или матери, проклятые за убийство младенцев. А шотландская прачка умерла при родах, не исполнив свою главную работу — стирать детские пеленки. Она выполняет ее после смерти. Таким образом, перед ней поставлена тяжелейшая задача — попробуй-ка задушить подгузником взрослого мужчину!

Вторая тенденция — меркантилизм. Герой сказок жаждет богатства и исцеления, даруемых Корриганами, а с ночными прачками можно поиграть в вопросы-ответы. Если встать между бан-нихе и кромкой воды, она исполнит любые три желания. А того, кто припадет к ее дряблой груди и пососет, прачка назовет приемным сыном и станет ему помогать. Дерзайте, потомки кельтов!

Тварь на луне

«Самое дивное в Бретани — это луна, восходящая над землей, а на рассвете погружающаяся в море. Волею Бога луна — владычица бездны…» — писал Франсуа Рене де Шатобриан, один из славных уроженцев Бретани. Бретонская луна и вправду сродни бездне. Она не только красива, но и смертельно опасна. В Южной Бретани говорят о луне как об источнике яда, изливаемого на воды, — вот почему над колодцами устанавливают крышу. Водное зеркало, отражающее полночное светило, демонстрирует гадающему человеку его истинное лицо — череп без кожи, и он понимает, что смерть близка.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация