Книга Честь снайпера, страница 10. Автор книги Стивен Хантер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Честь снайпера»

Cтраница 10

– Доктор Гредель? – спросила секретарша, грузная бесформенная женщина по имени Берта.

– Я хочу проверить еще раз, – ответил он, не замечая ни ее саму, ни ее бесформенность.

Он не видел современные формы помещения, находящегося в здании, построенном поляками в 1936 году под влиянием «Баухауза» [6] в качестве предвестника будущего, которое, они не сомневались, должно было скоро наступить. Увы, в 1939 году оказалось, что будущего у них нет – тогда Западную Украину прибрали к своим рукам Советы, а в 1941 году их сменили немцы. На самом деле Гредель не замечал даже аэродинамическую обтекаемость письменного стола в стиле модерн, за которым работал, – еще одного примера польской самонадеянности. Он не замечал фашистские знамена, торопливо развешенные повсюду, кипы папок, отдельные листы бумаги, переплетенные тома, записи, архивы, бухгалтерские книги. Гредель не замечал беспорядка скорого переезда. Он видел одни только цифры.

Он сделал расчеты. Полковнику медицинской службы Хауфштраусу потребуется по меньшей мере состав из восемнадцати вагонов, чтобы вывезти тысячу раненых из полевого госпиталя на железнодорожной станции Теребовля в Венгрию. На восемнадцать вагонов нужны один паровоз и восемь тонн угля, свободный путь от Теребовли до Станислава ночью, а дальше из опасной зоны, через Карпаты, по железнодорожным тоннелям, которые иваны не взорвали и никогда не взорвут, и еще через сутки состав прибудет в Будапешт. Правда, сначала ему еще придется остановиться в Ужгороде, чтобы пропустить товарный состав с боеприпасами, движущийся к фронту, и еще санитарный поезд должен загрузиться там углем – шесть тонн. Четырнадцать тонн угля уменьшат резерв примерно на девять процентов, в то время как в среднем он ежедневно сокращается меньше чем на шесть процентов, а шесть процентов против девяти означают шесть дополнительных дней функционирования железной дороги в конце июля. Именно в это время, по оценкам разведки штаба группы армий «Северная Украина», фронт рухнет и придется осуществлять перегруппировку и организовывать новую линию обороны западнее Станислава – там уже выкапывались противотанковые рвы и устраивались минные поля – возможно, в предгорьях Карпат. Карпатские перевалы будет необходимо удерживать, чтобы дать возможность основной части войск группы армий «Северная Украина» и всему личному составу рейхкомиссариата СС убраться отсюда до прихода красных.

С другой стороны, состав, подготовленный небольшим, но очень важным подразделением обширного ведомства СС под названием управление IV-Б4 Службы имперской безопасности, также имел все основания претендовать на наивысший приоритет. Частично состав был загружен в Лемберге (разумеется, Гредель, как и любой немец, называл Львов только так), и еще несколько товарных вагонов добавились на промежуточных станциях, с трофеями последних зачисток. Сейчас состав в ожидании угля стоял здесь, на товарной станции Станислава, источая зловоние, деморализующее всех тех, кому по долгу службы приходилось с ним соприкасаться, не только украинских железнодорожников, но и личный состав рейхскомиссариата.

Конкретные цифры: груз управления IV-Б4 значительно легче тысячи раненых солдат и по очевидным причинам не нуждается в затратах времени и сил для поддержания своего физического состояния, в то время как санитарному поезду необходимо постоянное вливание лекарств, воды и продовольствия, чтобы поддерживать жизнь несчастных ребят, его пассажиров. Это создает дополнительные проблемы и означает новые уровни административной ответственности и четкое снабжение. С точки зрения чистой логистики состав управления IV-Б4 требовал существенно меньшую концентрацию ресурсов, чем санитарный поезд; но тут были еще и неосязаемые духовные параметры.

Доктор Гредель терпеть не мог подобные соображения. Что такое «духовность», что такое «мораль», что такое «этика»? Все эти ценности нельзя выразить в цифрах. Для того чтобы понимать высшие идеалы, необходимы определенные чувства, которых, как когда-то признался он Хельге, ему недоставало.

– Проклятие! – сказал ей Гредель. – Это ничто. Его нельзя измерить, сосчитать, взвесить. Что это такое? Почему мы придаем такое значение подобным вещам?

Дорогой, уверена, ты обязательно до всего дойдешь, – ответила Хельга, поглаживая по гладкой шерстке растянувшегося у нее на коленях Митци. – Ты всегда до всего доходишь, мой гений!

И вот теперь Гредель бился со стоящей перед ним проблемой, страстно желая получить указание. Однако он понимал, что просьбы о помощи будут восприняты как слабость, а рейхскомиссариат даже сейчас оставался политическим водоворотом, кишащим беспринципными честолюбцами, политиканами, махинаторами, заговорщиками, и все они ждали, просто выжидали, когда он, Гредель, совершит ошибку. Тогда бы появилась возможность нашептать всякие гадости в нужные уши, выбить из-под него опору и обеспечить собственное возвышение. У него было столько врагов! Если бы только знал Генрих, или сам Вождь, на какие безумства толкает людей главная человеческая слабость – честолюбие! Он просто был слишком чист для мира политики. Он жил исключительно ради своего долга, а не ради глупых медалей и пустых званий и должностей!

– Доктор Гредель!

– Да-да, Берта, я просто хотел убедиться наверняка.

– Понимаю, все это очень сложно.

– Но мы должны двигаться вперед, – решительно произнес Гредель. Поморщившись, он стиснул переносицу, жалея о том, что не может сейчас выпить чашку чая, и продолжил: – Итак, на чем я остановился?

– «…скорейшего достижения определенных целей».

– Да-да, продолжаем. «Эти приоритеты распределены следующим образом. Состав 56, находящийся в ведении управления IV-Б4, загружает необходимый запас угля и получает разрешение немедленно отбыть в пункт назначения. Все задействованные структуры получают распоряжение обеспечить максимальное содействие его продвижению. Состав 118, находящийся в ведении военно-медицинской службы вермахта, остается ждать еще минимум двадцать четыре часа на товарной станции Станислав. Время ожидания будет зависеть от поставок угля на склад; как только мы достигнем уровня девятипроцентного превышения обычного объема, составу будет дано разрешение на отправку». Подпись: Гредель.

Все остальное вы знаете, Берта. Передайте приказ нашим людям как можно быстрее.

– Доктор Гредель, вы понимаете, что полковник медицинской службы Хауфштраус будет жаловаться армейскому командованию?

– Понимаю. С этим ничего не поделаешь. Что бы я ни делал, я наживаю врагов. Уверен, в Берлине меня поддержат. Рейхсфюрер Гиммлер пользуется большим влиянием. Если он встретится с фюрером, он меня поддержит. Я всегда рассчитываю на свои особые отношения с фюрером. Недовольные будут роптать, но нужно делать правильные вещи.

– Право, вы идеалист, доктор Гредель. Вы мой герой!

Скромно улыбнувшись, Гредель тотчас же снова вернул своему лицу выражение размытой растерянности, к которой примешивалась доля искреннего смущения, поскольку от прямых похвал и выражений чувств ему становилось не по себе.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация