Книга Дом одиноких сердец, страница 40. Автор книги Чингиз Абдуллаев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Дом одиноких сердец»

Cтраница 40

– Несколько дней назад ты был в хосписе, – напомнил Дронго.

– Где? – не сразу понял нотариус. – О чем вы говорите?

– В хосписе, который находится недалеко отсюда, – пояснил Дронго.

– Ах, этот раковый корпус. Да, я действительно там был. Ну и что?

– Тебя пригласила бывший заместитель председателя Ленгорсовета Генриетта Боровкова по просьбе Казимиры Желтович.

– Господа… товарищи… Я не понимаю, при чем тут хоспис. Решение о земельном отчуждении…

– Мы спрашиваем тебя про хоспис, – перебил его Дронго.

– Да, я действительно там был.

– Причина?

– Ну, вы же сами все знаете. Меня пригласила Боровкова. Она раньше была крупной шишкой в Ленгорсовете. Хотела переговорить. Мы поговорили, и я вернулся обратно. Вот и все.

– О чем говорили?

– О проблемах госпожи Желтович. Я пояснил, как все это можно оформить… Ах да, я теперь понимаю. Вы, наверно, представляете интересы семьи. Мне говорили, что муж ее внучки – очень важное политическое лицо в нашей области. Я правильно все понимаю?

– Не валяй дурака, Изверов, – посоветовал Дронго, – мне важно знать, о чем именно ты с ней разговаривал.

– У нее есть документы на банковскую ячейку в Финляндии. Якобы она была открыта еще в царское время, когда Финляндия входила в состав России. Госпожа Боровкова хотела узнать, как можно воспользоваться этой ячейкой и предъявить на нее права. Ну, я ей и пояснил, что если ячейка была открыта на определенное имя, то родственники и наследники могут предъявить свои права, только доказав в финском суде, что являются прямыми потомками владельца ячейки. Но если ячейка не именная, а цифровая, то там есть цифровой код, и тогда все просто. Нужно только предъявить этот код, и вы получите доступ к ячейке. То есть код вместо пароля. Так часто делают в швейцарских банках, где не называют фамилий владельцев и они скрыты за кодами. Я пообещал узнать и другие подробности, но… я не знал, что этот вопрос волнует еще кого-то, кроме госпожи Боровковой.

– Кого еще?

– Уважаемые друзья, скажите, откуда вы пришли? Если не из ФСБ, то откуда? Я хотя бы буду знать, кому помогаю. Вас прислал сам вице-губернатор?

– Возможно. Ты не ответил на наш вопрос.

– На меня вышел родственник госпожи Желтович. Кажется, ее племянник. Этот Арвид Желтович показывал мне свои документы.

– Откуда он узнал о твоем визите в хоспис?

– Это вы спросите у него, если найдете. Насколько я понял, он живет в Санкт-Петербурге, хотя точного его адреса я, конечно, не знаю. Он мне его не оставлял. Номера телефона у меня тоже нет. Но если он Желтович и приходится родственником вашему хозяину, то вы его легко найдете. Во всяком случае, получается, что он двоюродный дядя или троюродный брат жены вашего вице-губернатора.

– Не заговаривайся, – ласково посоветовал Вейдеманис, – продолжай рассказывать.

– Больше нечего рассказывать. Я поехал туда по приглашению госпожи Боровковой и пообещал все узнать. Когда я вернулся к себе, у меня сразу появился этот Арвид Желтович, который сообщил, что является самым близким родственником госпожи Казимиры Желтович, в чьих интересах якобы действовала Генриетта Андреевна. Более того, я знаю, что внучка госпожи Желтович является женой нашего вице-губернатора. Желтович – фамилия известная, в городе есть несколько домов, построенных ее отцом и дедом. Вот почему я принял этого молодого проходимца и не стал его выгонять. Хотя сейчас я понимаю, что не нужно было его принимать. Но я поверил ему именно потому, что он появился почти сразу после того, как я побывал в хосписе. Он сообщил, что старушка уже не в себе и не следует доверять ее подругам, которые вместе с ней проходят лечение в этом заведении. Я подумал, что он, возможно, прав. К тому же речь шла о самом вице-губернаторе. Зачем мне эти проблемы? Кому они нужны? И я перестал отвечать на телефонные звонки госпожи Боровковой, как мне посоветовал господин Арвид Желтович. И больше там не появлялся. Это, возможно, было самое мудрое мое решение. А вы как считаете, господа? Или мне вас называть все-таки товарищи? Если вы из ФСБ, то, конечно, товарищи, а если из резиденции вице-губернатора, то наверняка господа. Так как мне вас называть?

– Судари, – пояснил Вейдеманис, – так будет лучше всего.

– Как хотите. Я вам рассказал все, что было. Больше я ничего не знаю. А насчет земельного отчуждения…

– Заткнись, – попросил Дронго и посмотрел на Вейдеманиса.

Целую минуту они молчали, словно разговаривая друг с другом. Нотариус не выдержал:

– Почему вы все время молчите? Я могу узнать, в чем, собственно, дело?

– Что ты обещал Арвиду Желтовичу? – спросил Дронго.

– Ничего особенного. Он попросил меня больше не заниматься этим непонятным делом, и я согласился. Признаюсь, что от поездки туда у меня мурашки бегали по коже. Хотя там все было вполне прилично. Она приняла меня в саду, где мы сидели и разговаривали. Но я все равно решил больше туда не ездить.

– Он тебе посоветовал не ездить туда?

– Я вам уже сказал, что он советовал мне вообще не заниматься этим делом, так как его родственница находится в неадекватном состоянии. Я ему поверил и решил больше не отвечать на их телефонные звонки.

– И он заплатил тебе деньги?

– Как вам не стыдно, – почти искренне разыграл возмущение Изверов, – разве можно даже подумать об этом? Я просто хотел помочь нашему вице-губернатору, которому прошу передать мой большой привет. Я его поклонник и не сомневаюсь, что на новых выборах, когда нынешний губернатор уйдет в отставку, именно он…

Не дослушав его высокопарного спича, сыщики поднялись и вышли из кабинета не попрощавшись. Изверов пожал плечами. Какие-то непонятные типы. Может, еще какую-нибудь новую спецслужбу придумали для специального контроля за нотариусами? Он приподнялся, чтобы посмотреть в окно, в какую машину сядут эти незнакомцы. Но они скрылись за углом, и было непонятно, какая именно машина ждет их.

Дверь открылась, и в кабинет заглянул его южный посетитель.

– Мы еще деньги не пересчитали, – жалобно напомнил он.

– Подожди, – испуганно закричал Изверов, – сейчас тебя арестовывать придут. Закрой дверь и умолкни. Успеем мы твои деньги пересчитать.

Назойливый посетитель сразу исчез за дверью. Изверов опустился в свое кресло, вытирая пот. Почему он ввязался в эту непонятную историю с хосписом? Ведь он поехал туда в твердом намерении оказать помощь. Ему даже льстило, что придется помогать людям, находящимся в таком тяжелом положении. По своей природе он не был злым человеком, как не бывают злыми жулики и взяточники. Они всегда настроены благодушно к людям, так как ждут очередного подношения от каждого приходящего клиента. И если даже не получают этого подношения, то все равно сохраняют хороший аппетит и превосходное настроение – ведь девяносто девять человек из ста, которые являются к ним на прием, знают правила игры и заплатят те самые деньги, которые должны заплатить. Поэтому Изверов поехал в хоспис в твердом намерении сделать доброе дело, особенно если дело это касалось таких известных людей, как бывший зампред Ленгорсовета и бабушка жены самого вице-губернатора. Но когда у него почти тут же появился этот молодой Арвид Желтович, он несколько насторожился. Правда, и на этот раз настороженность прошла довольно быстро. Арвид оказался не только родственником известной семьи, но и вполне деловым человеком. Он сразу предложил заплатить пять тысяч долларов, чтобы Аркадий Изверов навсегда забыл дорогу в этот хоспис. За пять тысяч Изверов мог бы забыть дорогу даже к себе домой. Правда, на некоторое время, так как дома его ждали супруга и трое детей. Но сумма была весьма внушительная, и он согласился. Про деньги он, разумеется, ничего не сказал обоим своим визитерам. Им не следовало знать, что любовь к вице-губернатору и его семье нотариус оценивает в такую незначительную сумму. Поэтому, подождав немного и убедившись, что никто больше не приходит, он снова пришел в благодушное настроение и, позвонив секретарю, строго приказал, чтобы она никого не пускала к нему без доклада. И только затем вызвал южного гостя, чтобы пересчитать полагающиеся ему деньги.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация