Книга Разговор с Вождем, страница 42. Автор книги Роман Злотников, Алексей Махров

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Разговор с Вождем»

Cтраница 42

Выглядел командир первой батареи неважно: во время боя с ворвавшимися на позицию гитлеровцами он получил два ранения. Первая пуля, прошедшая по касательной, перебила два ребра, а вторая прошла навылет через предплечье правой руки, только чудом не зацепив кости. Сами по себе ранения не особо тяжелые, однако глубоко дышать лейтенант, грудь которого стягивала тугая повязка, теперь не мог. Так что о быстрой ходьбе, еще и по лесу, не приходилось и думать. Да и кое-как перебинтованная неопытными в медицинском плане батарейцами рука, подвешенная на шею петлей из поясного ремня, сильно болела, особенно при ходьбе, и Алексей поддерживал ее здоровой рукой. Обе повязки уже обильно пропитались кровью, но сменить их оказалось нечем: как выяснилось, индивидуальных пакетов у пятерых уцелевших артиллеристов нашлось только два, и оба ушли на его перевязку. Еще двоим легкораненым, наводчику второго орудия Еременко и заряжающему третьего Иськову пришлось довольствоваться распущенными на полосы исподними рубахами. Конечно, можно было взять бинты у гитлеровцев, но в тот момент, когда они, уничтожив оставшиеся боеприпасы и транспорт, спешно покидали разгромленную батарею, никто об этом не думал, брали только трофейное оружие и боеприпасы, стараясь как можно скорее уйти от возможного преследования поглубже в лес. И вот уже второй час шли, стараясь двигаться вдоль дорог, к своим. Карты у лейтенанта с собой не имелось, но в том, что пробираются они в верном направлении, он не сомневался: где канонада, там и запад, где потише, соответственно, восток. Как тут заблудиться? Вот только скорость движения была, мягко говоря, низкой, в основном из-за него…

Сазов раскрыл горящие нездоровым блеском глаза, с трудом сфокусировав взгляд на лице старшины Головко. Облизнув пересохшие, покрытые коростой губы, хрипло спросил:

– Н… нормально, Василь. Пить есть?

– Пока есть малехо, но скоро закончится, так что хорошо б ручеек какой сыскать. – Боец снял с пояса некрашеную алюминиевую флягу, скрутил колпачок. – Держите, тарщ лейтенант, водичка чистая, только уж больно теплая.

Лейтенант обхватил фляжку пальцами, перепачканными подсохшей кровью – после рукопашной на батарее уж и не поймешь, своей ли, немецкой ли, – и поднес к губам. Сделал несколько глотков теплой, слегка отдающей затхлостью, воды. Вроде полегчало. Да даже если и нет, какая разница? Нужно идти, пока есть силы, если повезет, еще до темноты доберутся до какого-нибудь подразделения Красной Армии.

– Помоги. – Вернув флягу, Сазов протянул красноармейцу здоровую руку. – Только резко не дергай, грудь, зараза, болит. И сразу уходим.

Поднявшись при помощи старшины на подрагивающие от усталости и слабости ноги, комбатр несколько секунд стоял, привалившись спиной к древесному стволу, дожидаясь, пока отступит головокружение и подкатившая к самому горлу тошнота. Почувствовав себя немного лучше, оглядел окруживших его бойцов, все, что осталось от первой батареи. Старшина Головко, ефрейтор Еременко, рядовые Иськов и Малеев. Вымученно улыбнувшись, произнес, стараясь, чтобы голос звучал более-менее твердо – разумеется, они все прекрасно понимают, но слабость показывать нельзя ни в коем случае, иначе какой он на хрен красный командир? Даже в подобной ситуации нужно оставаться примером для подражания. Особенно в подобной!

– Отдохнули, товарищи красноармейцы? Вот и ладушки. Значит, так, идем еще час, потом будет привал для отдыха и приема пищи. По дороге соблюдать внимательность и осторожность, не шуметь, не разговаривать, оружием не звякать: в лесу могут находиться немецкие разведгруппы или диверсанты. И еще нужно найти воду, так что глядите в оба, не пропустите ручей. Оружие держать наготове, но без приказа – не стрелять. Все, двинули. Головко первым, я за ним, остальные следом. Малеев, ты замыкающим, на всякий случай назад поглядывай. Вперед.

Забросив на плечи ремни трофейных карабинов (трехлинейки пришлось оставить из-за отсутствия боеприпасов) и растянувшись недлинной цепочкой, артиллеристы покинули крошечную полянку, скрывшись в зарослях. На груди идущего в голове старшины висел немецкий автомат, захваченный в бою у убитого унтер-офицера. Вообще-то автомат должен был достаться Сазову, который и застрелил того гитлеровца, получив в ответ две пули, но вот воспользоваться им он сейчас вряд ли смог, так что оружие перешло к Головко. Который, как выяснилось, даже примерно знал, как им пользоваться. Правда, патронов был всего один неполный магазин, тот, что в автомате, не догадались в спешке захватить. С патронами к «Маузерам» было чуть лучше, штук по десять-пятнадцать на ствол. На несколько минут боя хватит. Гранат же не имелось вовсе. Как, впрочем, и многого другого…

Где-то за спиной размеренно погромыхивала в одном ей известном рваном ритме канонада, справа на самом пределе слышимости доносился гул автомобильных или танковых моторов. И только впереди, на востоке, куда и шло пятеро уставших и измотанных людей, пока было тихо…

Глава 11

23 июня 2015 года,

Москва

Вернувшись в Москву, я почти сразу столкнулся с некоторыми несообразностями, ставшими следствиями изменения реальности в отношении лично меня. Началось с того, что здесь не оказалось станции метро, возле которой я жил. Конечная остановка на этой ветке находилась гораздо ближе к центру, и мне пришлось добираться до дома на маршрутке. Насколько я помнил, «моя» станция была построена несколько лет назад, уже при втором правлении «Темнейшего».

Затем начались проблемы посерьезней – ключи не подходили к замкам входной двери. А она у меня, как у большинства москвичей, стальная и просто так, вызвав слесаря из домоуправления, ее было не взломать. Пришлось доставать планшет, искать в Рунете фирму, занимающуюся подобными работами, и вызывать мастера-«медвежатника». Впрочем, прибыл он довольно быстро, и часа не прошло. Первым делом, как и полагается, солидный, немолодой, но крепкий дядька в чистенькой и даже отглаженной рабочей спецовке с логотипом фирмы на спине, попросил меня предъявить паспорт, чтобы проверить регистрацию. Мельком глянув на штампик, мастер сверился с адресом в заказе, мазнул взглядом по номеру квартиры на двери и уже протягивал мне паспорт, как вдруг отдернул руку и уставился на обложку.

– Не пойму чего-то… – пробормотал дядька, разглядывая золотой герб Российской Федерации. – Что-то глаз кольнуло, какое-то… несоответствие, но что?

– Уважаемый, нельзя ли побыстрее? – нетерпеливо сказал я, притоптывая ногой. – Я только что с поезда, сутки ехал, устал как собака. Хочу принять душ, сто грамм и завалиться спать!

– Да, да… – рассеянно ответил мастер и вдруг достал из поясной сумки свой паспорт и приложил его к моему.

Не нужно было быть особенно глазастым, чтобы увидеть: гербы на обложках документов отличались – обе головы «моего» двуглавого орла украшали короны, а на гербе паспорта мастера ничего подобного не было. Да и крылья орлов, если внимательно приглядеться, тоже были разными – на «моем» перья торчали вверх, а у «дядькиного» опускались вниз.

– Это чего? Новый паспорт ввели? – удивленно спросил мастер.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация