Книга Бульдог. Хватка, страница 39. Автор книги Константин Калбазов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Бульдог. Хватка»

Cтраница 39

– Младший сержант Репейников, – представился Антип.

– Капитан Лавров. Я так понимаю, ваши люди сейчас блокировали караулку?

– Так точно. Но пока, слава богу, все тихо. Даже эти не шумят, – кивнув в сторону артиллеристов и пехоты, подтвердил егерь.

– Посмотрел бы я на тебя после полусотни штурмов, сержант, – сверкнул белозубой улыбкой капитан. – Значит, так: сейчас возьмешь одно отделение и к караулке. Сами не суйтесь, парни все сделают в лучшем виде. Ну а мы пока займемся офицерскими квартирами. Вопросы?

– Часовых снимать?

– Глупо было бы отличных бойцов держать на никому не нужных постах. Снимай и собирай у той же караулки.

– Ясно. Родион.

– Понял, старшой! – Энергично кивнув, Родион сорвался с места, сбрасывая с себя английский мундир.

Лавров на поведение егерей не обратил ровным счетом никакого внимания. В особых ротах и взаимоотношения особые, и спрос непростой. Бог с ним, если солдат недостаточно четко отдал воинское приветствие, имеет не совсем опрятный вид или еще каким образом не соответствует высокому званию солдата Российской империи. Все это ему с лихвой простится, если он знает свое дело и готов использовать свои способности не раздумывая.

Первое, что удивило Антипа в осназовцах, направившихся следом за ним, это их вооружение. Короткоствольные духовые карабины, ствол которых вряд ли был длиннее, чем у солдатского пистоля. Зато приклад в виде баллона конической формы. Пока направлялись к караулке, отделенный успел пояснить, что это за духовушки.

Они не шли ни в какое сравнение с теми, с которыми в свое время знакомился Репейников. Были куда как более скорострельны и попросту не требовали перезарядки. Жми себе на спусковой крючок и выпускай одну пулю за другой. Правда, убойная и прицельная дальность у них была куда хуже. Но для работы в помещениях, а именно для этого они и предназначались, духовушки подходили лучше всего. Магазин на два десятка пуль, баллона хватает на сорок гарантированных убойных выстрелов.

В эффективности оружия Антип убедился уже через минуту, когда бойцы отделения один за другим ворвались в караулку. Для подстраховки он остался возле входной двери. Мало ли. Караул обычно включал в себя не меньше полуроты. И это неудивительно, учитывая, сколько постов им пришлось обеспечивать. Так вот, вскоре после того, как последний боец оказался внутри, послышались резкие и глухие хлопки, так знакомые ему по учениям и Кавказу. Вот только звучали они очень уж часто.

С караулом справились практически единым махом. Разве только раздалось несколько достаточно громких выкриков. Но никто и не подумал поднимать по этому поводу тревогу. К этому моменту все часовые были уже убиты. Офицеры сладко спали в своих койках. Оставались только дежурные в казармах. Но они скорее всего сочли, что разбираться с безобразиями на территории форта должен караул. Их дело казарма, и, пока не раздастся сигнал тревоги, они и пальцем не пошевелят.


Полк Заволуйко высадился у форта без проблем и шума. Эскадра только поравнялась с фортом, когда к ней начали возвращаться баркасы и шлюпки. Матросы безошибочно находили свои корабли и брались на буксир, параллельно вбирая в себя следующую партию. На этот раз десант состоял из абордажных команд, потому как им предстояло в первую очередь захватить суда, находящиеся в гавани. Причем задача это первоочередная, поскольку это единственная сила, способная противостоять захватчикам.

Как и следовало ожидать, операция не обошлась без шероховатостей. Уже на первом корабле поднялся шум и послышались отдельные выстрелы. Постепенно их становилось все больше. На кораблях загорались фонари, на палубах начали появляться члены команды, ночующие на борту. Вскоре рейд Кингстона наполнился звуками разрозненных схваток, в которые вплелась пара выстрелов из фальконетов.

Вице-адмирал Стукалов, находившийся на борту флагмана, наблюдал за происходящим с нескрываемым раздражением. Что и говорить, на фоне абсолютно тихого занятия форта полковником Заволуйко флот изрядно нашумел. Хорошо хоть на рейде нет военных кораблей, не то было бы куда как веселее. Пришлось бы затевать форменную баталию.

Зато высадка сухопутного десанта шла полным ходом. Предварительно оставленные свободными причалы, о чем позаботилась агентурная сеть, и коноводный буксир сделали свое дело. Дружный стук солдатских сапог по деревянному настилу причалов переходил в приглушенный топот на песчаном берегу. Проводники встречали десантные команды и сопровождали до нужной точки.

Впрочем, успешное проведение десантирования опять вызвало недовольство моряка. Ведь его корабли только доставили пехоту, а саму высадку по факту обеспечивала Канцелярия. Ну и дальше действовали опять же пехотные части. У всех дела шли как по маслу, и только его морячки вели себя как слон в посудной лавке.

Когда началась пушечная стрельба в форте и раздались выстрелы в городе, Михаил Сергеевич даже испытал некое облегчение. Нет, ему было вовсе не наплевать на пролитую солдатскую и матросскую кровь. Подобные вояки при Петре Алексеевиче рассчитывать на успешную военную карьеру не могли. Воевать не числом, то есть пушечным мясом, а умением – вот его принцип, оттого и такое внимание обучению офицерского состава. Просто это была его первая по-настоящему серьезная операция, и адмирал очень не хотел ударить лицом в грязь.

Впрочем, не сказать, что облегчение было столь уж ощутимым. Дурное настроение не оставляло адмирала вплоть до утра. Пока он не прибыл в Кингстон по приглашению генерал-лейтенанта Меншикова, командовавшего экспедиционным корпусом. Правда, ему хватало благоразумия не лезть в дела морские, согласовывая таковые со Стукаловым, и не отдавать распоряжения ему в пику.

Сын наперсника Петра Великого сделал успешную карьеру, доказав свою преданность России и императорскому престолу. А уж не копал под него и не слал на него доносы только ленивый. Однако государь счел его достойным успешной военной карьеры. Иным могло показаться, что сделано это было по внутриполитическим причинам. Благодаря батюшке генералиссимусу, а скорее все же тому, что того в армии помнили и любили, толика этой любви перепала и молодому Александру. Впоследствии же он и сам снискал себе уважение как среди сослуживцев, так и в армии вообще.

В соответствии с указом императора Александр Александрович имел право продолжать служить, не оканчивая кадетский корпус, поскольку на момент его создания уже был в офицерском чине. Но он всех удивил, испросив себе длительный отпуск и усевшись за ученическую парту. Причем не в пример покойному Александру Даниловичу, предпочитавшему различным учениям свое природное чутье и изворотливость, младший Меншиков учился с завидным упорством.

Окончив полный курс, он отслужил несколько лет в гвардии, где дослужился до капитана. Его рота неизменно была в числе первых, а сам капитан на примете у императора.

Когда при военной коллегии была создана академия для старшего офицерского состава, Меншиков оказался в числе первых ее слушателей. Академия им была окончена с успехом, и мало того, деятельного и многообещающего офицера пытались оставить при ней, но он отказался от подобной чести, предпочтя службу в войсках.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация