Книга Если однажды жизнь отнимет тебя у меня..., страница 11. Автор книги Тьерри Коэн

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Если однажды жизнь отнимет тебя у меня...»

Cтраница 11

— Ты преувеличиваешь! — засмеялся он, стараясь не показать, до чего растроган.

— Да нет, я говорю правду. У меня наступает свобода, когда цепочка движений тысячу раз отрепетирована. Мои движения создают иллюзию естественности, но они результат неустанных усилий. А ты… ты в ладу со своим телом. С таким изяществом двигаются по своей территории кошачьи, зная все неровности почвы, все опасности.

— Значит, я зверь кошачьей породы?

— Великолепный гепард городских джунглей и запутанных дел.

— Гепард поплещется в ближайшем водоеме, а когда вернется, наверняка захочет испробовать свою силу, — пошутил он.

— А поесть?

— И поесть тоже. Мы посмотрим, что раньше, а что потом.


Они лежали рядом, держась за руки, еще блуждая в только что пережитых мгновениях.

— Как ты считаешь, в каком платье нужно идти на свадьбу Артура?

Габриэль поднес руку Клары к губам и поцеловал.

— Ты не ответил, — тихонько шепнула она.

— А ты не спросила, — так же тихонько отозвался он. — Ты же не ждешь от меня совета, ты сказала, что беспокоишься, как будешь там выглядеть.

— Ты так хорошо знаешь женщин?

— Отвечу, ты будешь прекрасна в любом платье.

— Ты отвечаешь по-мужски. А мне не важно, прекрасна я буду или не прекрасна. Я хочу выглядеть достойно. Хочу придавать тебе веса. Там будут твои друзья. Твои родители…

При одной мысли о родителях Габриэль поежился. Да, там будут его родители. После той, прямо скажем, малоприятной встречи в ресторане он с ними больше не виделся. И вот они встретятся…

— Мое появление на свадьбе тебя смущает? — спросила Клара, надеясь, что говорит спокойно.

Но Габриэлю ее вопрос показался пощечиной.

— Что ты такое говоришь?!

— Не будем себя обманывать. Я знаю, ты не отваживаешься вводить меня в свой круг, знакомить с родителями. Если бы Артур не пригласил меня, ты сам не предложил бы пойти с тобой. Как, впрочем, на все другие празднества, куда ты ходишь без меня.

— Не выдумывай! — оборвал он Клару. Но, вглядевшись в ее лицо, белевшее в полутьме, поразился ее беззащитности и добавил: — Я люблю тебя, не надо во мне сомневаться.

— Я говорю о другом, Габриэль. Я знаю, что ты меня любишь. Но я совсем не та девушка, которую хотели бы видеть рядом с тобой твои родители и друзья. Быть рядом с тобой на этой свадьбе — значит, как бы узаконить наши отношения. Я не права?

— Я не стесняюсь тебя, Клара. Все наоборот, поверь мне! — горячо возразил Габриэль.

— И все же?

— Мои родители… Они такие, какие есть. Я никогда не мог обсудить с ними по-простому ни одной своей проблемы. С самого детства каждый разговор с ними был экзаменом на звание безупречного сына. — Габриэль погладил шелковистые волосы Клары. — Дело не в тебе. Их жизненная позиция — вот главная моя проблема. Но ничего не поделаешь, они мои родители, и я отношусь к ним с уважением.

Клара поднялась и села на постели. Лицо у нее застыло, сделалось отчужденным. Она становилась такой всегда, когда ее всерьез что-то задевало. За отчуждением прятала свои чувства. Хотела выглядеть неуязвимой, когда на самом деле была глубоко задета.

— Значит, все дело в разнице поколений? В разной степени условностей?

— Да, можно сказать и так, — не без осторожности согласился Габриэль.

— Значит, я для тебя не временная подружка, не мимолетная любовь? — спросила она с вызывающим видом. — Значит, ты сам можешь вообразить, что… Что мы с тобой на всю жизнь?

Удивленный ее напором, Габриэль пробормотал:

— Ну да… В общем, я хочу сказать…

— Подумай хорошенько, что именно ты хочешь сказать!

— А почему ты вдруг об этом заговорила?

— А потому, что я хочу знать, что я для тебя!

Оказавшись в затруднении, не понимая причины внезапной настойчивости и горячности Клары, Габриэль любовался ее красотой, красотой, пламенеющей бунтом.

— Ты же знаешь, как я люблю тебя! Ничего лучше нашей любви у меня в жизни не было. И я горжусь тем, что я рядом с тобой.

— Я жду от тебя вовсе не признания, достойного романтической комедии, Габриэль.

Обиженный замечанием, Габриэль вспылил:

— А чего ты от меня ждешь? Клятвы, что я тебя никогда не покину? Предложения руки и сердца? Пока, Клара, я не могу тебе дать больше, чем у нас сейчас есть. Я ничего не знаю. Не могу принять такого ответственного решения. Вот уже год, как мы вместе. Счастливый год, ничего не скажу. Но иначе и быть не могло, когда влюбленные начинают жить вместе…

Габриэль увидел, как у Клары задрожали губы, глаза наполнились слезами.

— Спасибо, я получила ответ на свой вопрос.

— Да нет же, ты не получила никакого ответа! Я люблю тебя, я с тобой счастлив! И не понимаю, с чего ты вдруг хочешь омрачить наше счастье, так жестко требуя ответа на такой серьезный вопрос? Я вырос в среде, которая приучила меня взвешивать каждое слово, каждый поступок — как он отзовется в будущем. Настоящее было только плацдармом будущего. С тобой я открыл для себя совсем другое: наслаждение настоящим, каждым мгновением, каждой минутой. Ты научила меня жить простыми радостями бытия. Я открыл их для себя, а теперь ты, совсем как мои родители, хочешь, чтобы я снова смотрел в завтрашний день?

Клара поднялась с постели и принялась одеваться.

— Черт! Что ты делаешь?

Она не отвечала, продолжая торопливо натягивать юбку, потом блузку.

— Погоди, Клара! Что такого невероятного я сказал?

— Ничего. Ты не сказал совершенно ничего невероятного.

— Куда ты? — Габриэль тоже встал.

— Пойду подышу воздухом.

— Сейчас ночь! Прошу тебя, никуда не ходи. Завтра мы все с тобой обсудим!

Клара чуть ли не бегом направилась к двери, подхватив на ходу сумочку. Дверь хлопнула. Ушла.


Что такое случилось с Кларой? Почему ее так задели его слова? Он никогда не видел ее в таком состоянии. Бывало, что они не сходились во мнениях. Им случалось повышать голос при гораздо более серьезных расхождениях, но всегда все кончалось смехом. Они не ссорились, не злились. Это была их первая ссора, и она потрясла Габриэля.

Неужели у Клары есть неведомые ему черты, которые до сих пор ни разу еще не проявлялись? Теневые стороны характера, которые теперь станут очевидны, вызовут у него отторжение и погубят их любовь? По сути, он ничего не знал о Кларе. Она отказывалась наотрез говорить о своем прошлом, застывала в тревожной немоте, стоило ему задать вопрос о жизни дома с родителями. Как-то очень коротко, в нескольких словах, она сказала, что отец погиб в автокатастрофе, и ей пришлось нелегко, воспитывая маленького брата, борясь с материнской депрессией и вечной нехваткой денег. И все-таки что осталось за стеной, которую Клара воздвигла между своей теперешней жизнью и юностью? Детством?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация