Книга Ордынская броня Александра Невского, страница 162. Автор книги Дмитрий Абрамов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Ордынская броня Александра Невского»

Cтраница 162

— Не умедли, княже! — перевел толмач последние слова Батыя. С этим царь вздохнул, потер виски перстами десницы и прикрыл глаза. Дал понять этим, что отпускает русских послов.

Уходя, князь и боярин кланялись и благодарили царя за угощение. Затем уже было пошли к выходу. Но тут Александра нагнал Сартак, с уважением тронул его дланями за плечи, затем хлопнул в ладоши. В юрту вошел нукер. Царев сын что-то молвил тому на татарском. Нукер поклонился и стремглав растаял. Через минуту он явился с каким-то большим свертком из парчи и вновь склонился, подавая его господину. Сартак принял на руки сверток, раскинул ткань. Князь увидел изящные ножны с рукоятью клинка. Сартак с благодарностью протянул оружие Александру и просил принять его. Толмач перевел, что клинок очень редкой работы, что изготовлен сарацинскими мастерами в городе Дамаске. Ярославич склонился в поклоне, благодарил царевича, целуя оружие. С этим распрощались.

Уже будучи у себя в шатре, Александр обнажил клинок. При свете факелов и светильников его серо-голубая сталь брызнула и заиграла светом серебра и золота. Изящные формы и голомени [160] с бороздами кровостоков, травами (узорами), и какими-то надписями то ли на греческом, то ли на сарацинском языке вызывали немое восхищение. У самой рукояти мастером был искусно насечен Крест с четырьмя равнозначными ветвями, раскрытыми в Бесконечность. Ярославич охватил рукоять десницей, вытянул руку, рассматривая оружие в льющемся, играющем свете. И тут из глубин памяти, словно во сне, явилось перед ним то, как он мальчишкой принимает от златокудрого воина этот самый голубовато-золотистый, искусно извитой клинок в свою десницу…

Глава XVII. «И не бе видети леду, покрыло бо се все кровью»

Шел февраль. Русское посольство уже давно миновало карпатские перевалы. Вновь пересело на сани в заснеженном, наполовину опустевшем Галиче и теперь неслось во весь опор мимо разоренных Киева и Чернигова к Дебрянску. Далее на пути возвращавшихся посылов лежали: Козельск, Москва, Владимир.

В конце февраля конные отряды из Городца, Юрьевца, Нижнего Новгорода под рукой Андрея Ярославича — брата князя Александра, двинулись в сторону Переславля-Залесского. Среди них было несколько сотен воинов-булгар, бежавших, в свое время от татар на Русь. В Переславле войска остановились на день. Здесь численность конного полка князя Андрея была доведена до тысячи воев. Следом войска двинулись к Твери, а затем к Торжку. Уже в начале марта в Торжке князей Александра и Андрея встречали полки Низовской земли, что еще осенью брали Копорье.

Ближе к середине марта войска владимиро-суздальской земли вошли в Новгород Великий. Здесь их ожидали уже готовые к походу новгородцы. Теперь под рукой Александра Ярославича было около трех тысяч конницы и четырех тысяч пешего ополчения. Тем временем из Пскова пришли известия, что немалое войско ливонских немцев двинулось на запад в помощь ляхам и братьям-тевтонам. Те уже дрались против татар. Дав отдых войскам на два дня, князь Александр выступил на Псков. Так начинался 6750 год от Сотворения мира (1242 г. от P. X.).

* * *

Разные ходили слухи в Новгороде о том, куда и зачем неожиданно уехал князь Александр осеннею порою. Казалось, надо было боронить рубежи от немцев и псковичей Твердилы, но князь вдруг оставил Новгородскую волость после тайного совета с владыкой и вятшими мужами. Следом за ним по дороге на Торжок ушла большая часть низовских полков. Разное глаголали люди. Одни говорили, что Александр Ярославич пошел к батюшке — великому князю за помощью, другие, что собирает воев по Новгородской и Ростовской землям, третьи, что ушел от новгородцев по обиде. Но народ успокаивали владыка и посадник, обещая, что князь возвратится вскоре. С этими слухами прожили зиму и дождались весны. И новый год принес радостную весть: князь Александр спешно шел с низовскими полками в Новгород.

Неле истомилась от слухов и ожидания. Когда же мартовским днем по дороге на Городище со стороны Новгорода показались многочисленные верховые вои, она, как и все городищенские женки, бросилась стремглав к раскрытым воротам града и стала всматриваться вдаль. Она сразу определила Горислава среди двух десятков передних воев, окружавших князя. Рядом был его друг и земляк Путята. Через десять минут верховые во главе с князем, почти не останавливаясь, на рысях стали въезжать в ворота града. Прислуга ключницы, к ее удивлению, махнула рукой и прокричала что-то малознакомому молодому конному воину. А Неле успела заметить, что Александр Ярославич был озабочен и суров ликом. Заметила она и то, что тот, кого она так ждала все эти месяцы, несмотря на ссору, случившеюся меж ними при расставании, тоже увидел и легким наклоном головы приветствовал ее.

Жеребец пронес его мимо. Но она не обиделась, понимая, что он не мог придержать коня, ибо должен был следовать за князем. Да и задние ряды всадников шли плотным потоком, все въезжали в ворота и потому задерживаться на проезде у ворот было нельзя. Когда последний из трех с половиной сот вершников, гремя подковами копыт о бревенчатый настил, оставил позади воротный проем, весь дворовый люд, встречавший князя, побежал вслед.

Княжеская ключница одной из первых прибежала на площадь перед городищенским храмом Благовещения и стала высматривать знакомых верховых воев. Все уже почти сошли с коней и снимали шапки и шеломы. Князь, стоявший близ паперти принимал благословение священника. И тут Неле увидела недалеко от князя светловолосого юношу в кольчуге, видимо нового отрока, державшего за повод княжеского жеребца. Чем-то он показался ей до боли знаком. Она не поняла сразу, что произошло с ней. Не отдавая себе отчета, подошла как можно ближе ко княжескому окружению и стала всматриваться. Уже увидев близко его лицо, она минуты три глядела на отрока во все глаза. Звучала молитва, читаемая священником.

Вдруг за рекой в Юрьевом монастыре ударил колокол. Звон словно пронзил все ее существо и прошел в сердце дивной, неземной вибрацией, рождая в нем восхищение и трепет. Ей уже ничего не нужно было объяснять. Не веря себе самой, она смотрела во все глаза на свою юность, а слезы текли у нее по ланитам…

Минут через пять она узрела Горислава и Путяту, которые, уже какой раз махали ей рукой, но видели, что Неле плачет и не замечает их. Наконец женщина стала вытирать слезы краем плата, улыбнулась воям и поклонилась им.

Спустя час люди княжеского двора и вои разошлись кто на поварню, кто на конюшню, кто в баню, кто в гридницу, кто в оружную палату. Княжеская ключница пришла в себя, отослала свою прислугу к Гориславу и велела передать, что ждет его, как стемнеет, в избе на мельнице у речки Левошни.

Неле остановила сани у мельницы и сошла с них. Горислав опередил и уже ждал ее. Она поняла это, ибо увидела у коновязи его уже остывшего и покрытого легким инеем коня. Мельника и его сына уже не было дома. Ее милый вышел ей навстречу, подхватил на руки и стал целовать. Она отвечала ему нежно и трепетно. Они почти ничего не сказали друг другу, хотя не виделись более четырех месяцев. Затем он опустил ее на снег и отправил в избу. Сам же выпряг и отвел обоих коней на конюшню.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация