Книга Революция и флот. Балтийский флот в 1917–1918 гг., страница 41. Автор книги Гаральд Граф

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Революция и флот. Балтийский флот в 1917–1918 гг.»

Cтраница 41

Анализируя суть матросской среды, в качестве примеров мы привели здесь случаи, в которых действующими лицами были отдельные матросы. Синтез матросской среды тоже очень интересен и колоритен, так как рисует её психологию и отличительные свойства.

В последние дни защиты Моонзунда, когда сухопутные части, предпочитая бою — плен, отказывались драться, небольшая, сборная с нескольких кораблей, горсточка матросов продолжала защищать перешеек между островами Эзель и Моон. Несмотря на то что там все они были совершенно добровольно, они не только не сдались, но и отказались отойти. Весь отряд лёг до одного человека.

Началась Гражданская война. Юг России превратился в сплошной район междоусобной борьбы. Весна 1918 года. Армавир. Тяжёлое время Добровольческой армии. Сжатая в кольцо большевиков, она судорожно отбивает их непрерывные атаки. Большевистские цепи следовали одна за другой, причём впереди — во весь рост, с винтовками на руку, одетые в летнюю белую форму, шли матросы. Как подкошенные падали они под огнём пулемётов, но оставшиеся продолжали идти вперёд. Из них никто не уцелел, но сами добровольцы признавали, что дойди матросы — им пришлось бы очень плохо. Меня просили дать объяснение такой безумной храбрости, такого мужества пред лицом смерти. Я мог только ответить: «Это коренится уже в самой природе матросов. Опасность на суше, в сравнении с опасностями на море, казалась им ничтожной».

Независимо от того, где, кем и во имя чего проявляется храбрость, — она должна цениться всеми. Отдавали должное матросам и в Добровольческой армии, хотя их смертельно там ненавидели и беспощадно уничтожали. Тут кстати будет привести мнение одного из главных вождей Добровольческой армии, генерала Драгомирова, который сказал, что наибольшая опасность в большевистской армии для добровольцев заключается именно в матросах, что ими там всё только и держится.

Правильно учитывая значение матросов, высшее командование Добровольческих армий, однако, никак не могло отрешиться от предубеждения против них даже в тех случаях, где было бы выгодно с военной точки зрения думать и действовать иначе. Морские офицеры, находившиеся тогда в армии, предложили испытать матросов, как боевой элемент, но получили ответ, что это — немыслимо, так как слишком велика общая ненависть к «синим воротникам». Эту ненависть можно объяснить только тем, что многие отождествляют всех матросов, отказываются верить, что среди них есть хорошие люди. Казалось бы, уж кому ненавидеть матросов, так это — морским офицерам; но они отнюдь не ослеплены чувством мести и строго разбираются в каждом отдельном случае.

Руденок, Дючков, Измайлов, Дыбенко и другие, если только они ещё живы, должны примерно расплатиться за свои злодеяния. Это все — старые матросы, но таких было немного.

Убийцы же в Гельсингфорсе и Кронштадте, а также герои Петрограда были большей частью или «ряженые», или молодые матросы, ещё не имевшие никакого представления о флоте.

К этой же формации принадлежала и команда «Хивинца», укомплектованная по выбору Смольного. Большевистский переворот и демобилизация застали «Хивинца» в Неве, и матросы с него играли видную роль при первых шагах новой власти. Вот из кого состояли те «матросские» патрули, которые посылались большевиками для производства обысков и арестов, неизменно сопровождавшихся грабежами и насилиями. «Хивинец» был даже непосредственно соединён с Гороховой, 2 полевым телефоном, по которому и получал распоряжения. Команда его ни в чем не нуждалась: она получала от Смольного особое денежное довольствие, неограниченный паёк и белый хлеб. Но среди них не было ни одного настоящего старого матроса.

Именно такого рода были и те матросы с «Рюрика», которые служили палачами в кронштадтской чрезвычайке, за плату в 125 рублей с головы расстрелянного.

Но какое отношение к флоту имеют все они, не видевшие не только войны, но даже моря? Их срок службы был не старше — 1917 и 1918 годов.

Была и совершенно особая категория «красных матросов». Так, когда часть Минной дивизии из‑за своей большевистской «неблагонадёжности» была уже переведена поближе к Обуховскому и Невскому заводам, под угрозу орудий «Хивинца», на неё был назначен комиссаром некий Буш. Матросом он никогда не был и надел матросскую фланелевку и фуражку только в феврале 1918 года. Прошлое его терялось во мраке неизвестности, а относительно настоящего не могло быть сомнения, что это — платный агент Смольного. Всегда расфранчённый, донельзя вежливый и аккуратный, он скорее напоминал не простого матроса, а бывшего студента. Неужели и его следует причислить к среде матросов и на этом основании делать какие‑нибудь выводы?..

Отвращение, питаемое обществом к матросам, вытекает именно отсюда, из таких примеров. Обобщать — легко, хотя следовало бы и разобраться.

Являются ли матросы печальным исключением из русского народа? Большая часть их, несомненно, — глубоко преступна, но разве меньшее количество таких же злодеев можно найти среди солдат, рабочих или крестьян? Революция развратила весь народ. Матросы же

— плоть от плоти и кровь от крови этого народа, со всеми его плюсами и минусами, — не избежали той же участи. Почему же обобщают только матросов, но не обобщают весь русский народ?

Когда был здоров народный организм — были хороши и все его составные части, когда же яд разложения коснулся Русского Колосса, то в нем оказался отравлен каждый атом. Вот такими‑то атомами и являются матросы. Действие яда не осуждают, но с ним борются, стараются локализовать дальнейший процесс разрушения. Матросы будут опять хороши, когда выздоровеет Россия.

V

Международное политическое положение после войны. История союза России с державами Согласия. Роль русской «общественности» в подготовке войны. Война, Россия и союзники. Требования союзников и резолюция государя императора. Участие представителей союзных держав в февральском заговоре. Сэр Джордж Бьюкэнен. Отказ представителей Англии в содействии спасению царской семьи. Деятельность союзников на юге России. Обзор состояния Черноморского флота до 18 июня 1918 г. Совещания относительно его судьбы. Виновники Новороссийской трагедии. Союзники в Севастополе. Вторичный уход флота в Новороссийск. Ликвидация Севастопольской крепости и оставшихся кораблей. Остатки Черноморского флота в Бизерте. Английская политика на Балтийском море. Англичане в Северной области. Смерть адмирала А. В.Колчака. Россия и державы Согласия. Результаты и выводы мировой войны на море. Памяти Русского флота

Кончилась мировая война.

Молчат орудия, не работают пулемёты, опустели окопы. Не бороздят морей грозные эскадры дредноутов; не рассекают волны лёгкие, грациозные корпуса крейсеров, и быстроходные миноносцы не снуют по необъятной шири водных пространств; не видно больше и коварного перископа, незаметно подбирающегося к своей жертве. Моря опустели, но вот понемногу, по всем направлениям, поползли неуклюжие «купцы», уже спокойно везущие свои грузы. В воздухе — тишина, и не носятся в нем легкокрылые стальные птицы, венец творения человеческого гения; не плывут воздушные корабли, бесшумно направляясь к чужим городам, чтобы под покровом темноты сбросить там свои бомбы.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация