Книга Разбой, страница 21. Автор книги Петр Воробьев

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Разбой»

Cтраница 21

Эрскин мог бы напомнить, что Рёгнвальд в братстве никогда и не состоял, о чём епарха неоднократно предупреждали, но просто кивнул.

– Нахуахль, пошли!

Спило и Нахуахль удалились в сопровождении тагматарха, охраны, чиновника, и его прихвостня. За ними потянулись и вожди.

– Прежде чем напиваться по альбингскому обычаю, – на прощание сказал Кайанкару. – выйдите на западную сторону общинного дома, как светило сядет. Чимар попьём, поговорим.

У приборной доски остались два знатока мистерий и Рёгнвальд Лживый.

– Ну кто ж тебя за язык тянул, – сказал Эрскин Самбору. – Меня как раз братство прислало посмотреть на эти испытания, поспрашивать. Сомнения были. Потом отчёт бы написал, с братьями обсудил, дальше епарху передал, а пока суд да дело, и на твой опыт бы что-то перепало, а получись он – заодно и всю науку бы спас. А теперь одно разорение… С двенадцатью годами, может, Спило мы и переубедим, но года на три точно вся казна на летающие бронепаровозы пойдёт. На что ж твою теорию теперь проверить?

– Что ты лучше его не спросишь, – молодой схоласт гневно ткнул пальцем в грудь пошатнувшемуся Рёгнвальду. – Почему опозорил всех учёных! Чего ради? Золота?

– Того, что мне досталось, еле на треть обмоток с гелием хватило, в остальных азот! – попытался оправдаться лысый. – У поля сила не та – сверхпроводимости нет! А поверь епарх, что всё работает, ещё золота отсыпал бы, тогда б и вправду заработало!

У Эрскина в голове начало формироваться объяснение, почему даже очень мощное переменное магнитное поле никак не могло понизить термокрасию, нужную для синтеза, а также ответ на вопрос, кто ещё мог бы подтвердить опытом Самборову теорию – как раз Фейнодоксо в Айкатте – надо бы ему написать, и поскорее заморского схоласта туда отправить, от беды.

– А что ж Спило городил про стратонаос и плотину? На такую кучу золота можно было не только что наладить криогенику, а свить твои обмотки… вот… из золота! – продолжал возмущаться Самбор.

– То золото Пагоно с присными разворовал! – всё оправдывался лысый.

– Так что ж ты нам на это жалуешься, а не Спило? Смелости не хватило вовремя сказать правду? Мне б тебя вызвать на поединок, как труса и нитинга [99] … – Самбор начал довольно свирепо, но закончил мысль неуверенно, глядя на Рёгнвальда сверху вниз.

– Я бы не стал с тобой биться, – Рёгнвальд грустно посмотрел себе на руки.

– Это почему?

– Потому что я трус и нитинг…

Глава пятая. Айкатта

– Эрскин говорил, что до того, как Шемус из клана Мак ан Део́йр не придумал прогонять уисгебу́ [100] через торфяной уголь, не альбинги её вообще пить не могли. «Не пей, козлёночек, уисгебу, альбингом станешь»! – так он сказал, тряся пустым мехом.

– Пять дюжин два, – донеслось из-под стоявшего в отдалении, чтоб не мешал свет, телескопа.

Ва́мба сын Гундема́ра упрямо продолжал считать метеоры. Более того, он был в этом не одинок, судя по доносившимся из темноты возне и хихиканью.

– Про козлёнка это уже ты придумал, – предположил Фейнодоксо, также прозванный Горислав.

– А вот и нет, у альбингов полно присловий про коз. Если надоест кто кому, они, к примеру, говорят: «Задрал ты мою козу», – возразил Самбор и приложился к кубку.

– Я думал, они больше по овцам, козы – это этлавагрское, – заметил Санн из Поппелунда. – Хотя нет, вот что я вспомнил. Куда идёт альбинг и ведёт за собой овцу и козу?

– На рынок? – предположила откуда-то появившаяся Гарсе́ндис.

Её хихиканье, скорее всего, и было недавно слышно из темноты.

– На оргию! – попытался просветить несмышлёную деву поппелундский вычислитель.

Фейнодоксо подумал, не посоветовать ли Санну примкнуть к веселью у телескопа.

– У нас тут не Альба, мы на оргиях и без коз справляемся, – Гарсендис взяла со стола кувшин с бо́труо [101] , поставила себе на голову, многозначительно качнула бёдрами, и скрылась вместе с напитком во тьму.

Мистагог решил, что если у Санна и теперь не хватит соображения, так ему и надо.

– Чем-то ты, Санн, мне только что напомнил – про альбинга и овцу Эрскин тоже рассказывал, – сказал Самбор. – Короче, альбинг пытается отыметь овцу, она удирает, скачет по скалам у берега, в волнах тонет лодка, альбинг бросается на помощь, прыгает в море, спасает прекрасную деву, она отогревается у него в хижине, говорит: «Ты спас мою жизнь, проси у меня чего хочешь». Альбинг выводит деву из хижины к скалам и говорит: «Лови овцу и держи её»!

– А я здесь причём? – рассердился Санн вычислитель. – Ну вас совсем, пойду метеоры считать.

«Ну наконец-то», – про себя обрадовался Фейнодоксо, а вслух напомнил:

– Самбор, полно тебе нести несусветицу про коз да про овец, да над моими учениками трунить. Ты вроде обещал рассказать, как ты оказался с Эрскиновым клеймором.

– Что, начал больно издалека? Время есть, пока?.. – электротехник бросил взгляд в сторону вращавшегося над углями вертела с тушей, затем потянул носом.

– Равнинный турёнок, – подсказал Фейнодоксо.

Туша пахла и впрямь хорошо. Количество полициклических углеводородов свидетельствовало о близости мяса к готовности.

– Пока жарится равнинный турёнок. Скажу сразу, всё не помню. Пили мы не вино с соком. Начали с чимара, за ним кукурузное пиво, а потом как раз уисгебу. Я вообще решил напиться до беспамятства, только не получилось.

– С горя напиваться – ни себя не уважать, ни напиток, – сказала Рен, сев на скамью рядом с Фейнодоксо.

Мистагог положил руку жене на плечо.

– Пять с половиной дюжин, – возгласил Вамба.

Из тьмы был слышен смех уже трёх дев – Гарсендис, Ка́и, и кого-то ещё.

– Где Рен-младшая? – на всякий случай спросил у Рен-старшей Фейнодоксо.

– За два часа до полуночи я её отвезла к Квато́ко и Атанаги́льде, она жаловалась, что вопли твоих учеников мешают ей учиться.

– Умница.

– Кто – я или она?

– Да, – с улыбкой ответил Фейнодоксо.

– После первого меха уисгебы, мы с Нангониелом решили побрататься, по обычаю Янтарного моря, – Самбор поднял руку, так что в свете углей, на которых дожаривался равнинный турёнок, на его предплечье стал виден свежий шрам.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация