Книга Крах Великой империи. Загадочная история самой крупной геополитической катастрофы, страница 4. Автор книги Армен Гаспарян

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Крах Великой империи. Загадочная история самой крупной геополитической катастрофы»

Cтраница 4

И так продолжается несколько месяцев. Для тех, кто запамятовал: идет война. А в столице Милюков сотоварищи раздают интервью, вещают в Государственной думе и петроградских салонах, некоторые из них совершают рабочие поездки по губерниям и фронтам, привлекают новых участников грядущего дворцового переворота. Николай II не делает ничего. Удивительно спокойным в этом плане был государь.

Обратите внимание на разнородность заговорщиков – это важный нюанс. Русскую монархию снесла не какая-то одна партия, не собратья по масонской ложе, а широкая парламентская коалиция. И при этом истинных патриотов страны. Я пишу это без малейшего ехидства. Все эти люди действительно очень любили Россию. Они действительно желали стране блага и процветания. Но хотели как лучше, а получилось даже не как всегда, а как никогда неудачно. Многие из них потом осознают собственные ошибки. Но будет уже поздно.

Сегодня об этом не очень любят вспоминать. Проще же верить, что Милюков был английским шпионом, Гучков – американским, а генерал Рузский – французским. И вот они, ведомые могущественными спецслужбами, и снесли династию Романовых.

И вроде бы не так обидно, но это абсолютная ерунда. Государственная дума сработала тогда на зависть любой иностранной разведке. И сделала это самостоятельно, испытывая гордость за свой исполинский ум и богатырскую волю.

А в Петрограде между тем становилось неспокойно. Отпраздновали Новый год, пожелав друг другу скорой победы русского оружия. Предпосылки для этого действительно существовали. Не так давно армия проявила подлинное чудо, совершив Луцкий прорыв. Его потом, уже при большевиках, переименуют в Брусиловский. Накостыляли тогда австро-венгерским войскам со всей широтой рассерженной русской души и вошли в восточную Галицию. Казалось бы, триумф неизбежен. Люди, трезво смотревшие на положение дел, пытались объяснить, что далеко не все так просто, но от них отмахивались. Так у нас регулярно случалось в многовековой истории. Традиция, ничего не поделаешь.

И тут подоспели голодные бунты в столице. Можно спорить, кто в этом был виноват: проклятые снега, помешавшие снабжению большого города, или череда козней заговорщиков. Но это не столь важно. Не будь очередей за хлебом, дворцовый переворот все равно бы состоялся. Пусть не в феврале, а в апреле. Необходимо четко понимать: власть тогда собирались сбросить отнюдь не на словах. А поводов для этого политика последнего русского царя давала более чем достаточно.

Я знаю, что сейчас раздадутся презрительные реплики: да что же, Гаспарян не читал генералов Тихменева и Позднышева? Он слыхом не слыхал о работах Якобия и Кобылина? Царь был свят и нравственно безупречен. По поводу святости спорить не буду – это вопрос церковный, коли стал Николай Александрович Романов великомучеником. Обойдемся без богословских диспутов. А вот по поводу безупречности вопросы имеются, причем много. Дело в том, что государь император вел дневник. Этот дневник многократно издавался и вполне доступен сегодня всем заинтересовавшимся. Почитайте, что он, например, пишет во время катастрофы армии в Восточной Пруссии. И сравните это с журналом посещений кабинета товарища Сталина в первый год войны. Почувствуйте разницу.


Крах Великой империи. Загадочная история самой крупной геополитической катастрофы

Генерал Тихменев Н. М. В эмиграции возглавлял общество ревнителей памяти Николая Второго


Ах да, товарищ Иосиф Виссарионович был изувер, каких свет не видывал, а Николай II – образец чистоты. Только вот ведь штука какая: и тот и другой были руководителями государства в тяжелейших войнах. И несли за судьбу страны персональную ответственность. Отойдите на десять минут от своих политических предпочтений. Они никуда не денутся. Спокойно посмотрите, как каждый из правителей действовал в сложной обстановке. Какие вопросы их тяготили, о чем проводили совещания с подчиненными. Поверьте, это сильно отрезвляет.

Я знаю, о чем говорю. Как и многие из моего поколения, я был убежден лет двадцать назад, что всем нам подло лгали, всю историю переписали, факты скрывали… Потом стали доступны документы и воспоминания современников. Они все были разными по политическим взглядам, но те события описали удивительно похоже. Подумайте сами, почему так, мешать не стану.

Но вернемся к хлебным бунтам. Забастовало тогда 200 тысяч рабочих в Петрограде. Много это или мало? Скажу так: вполне достаточно, чтобы обратить на это пристальное внимание. Разобраться, почему опять, спустя двенадцать лет после прошлой революции, начинаются бунты. Поручить жандармскому управлению выявить и обезвредить зачинщиков, контрразведке – инфильтровать бастующих. Петроградскому гарнизону приготовиться к подавлению демонстраций. Какие могут быть сантименты в воюющей стране? Но опять ничего этого не происходит.

Начальник Петроградского охранного отделения генерал Головачев потом долго сокрушался в своих воспоминаниях: не сказать, чтобы хлеба было много, но он был. Всему виной слухи и паника. Любезнейший, ну а кто в этом виноват-то? Тебя для чего поставили руководить охранным отделением? Чтобы ты долг свой перед империей выполнял или скулил потом на страницах воспоминаний? Почему ничего не было сделано?

Вопросы тут будут множиться бесконечно. Там же не один Головачев такой был. Остальные были ему под стать. Перефразируя Ивана Солоневича, это было руководство импотентов. Потому и результат такой вышел. Да и не могли эти люди достичь ничего иного, потому что жили в блаженной уверенности, что все как-нибудь само собой наладится. В Государственной думе измена, народ в столице бастует, а у этих – все хорошо, незначительные временные сложности.

В Петрограде начинается бунт, который сопровождается характерными требованиями «Долой самодержавие!» и «Долой войну!». Царь уезжает в Ставку. Его почему-то совсем не тяготит обстановка в столице. Он почему-то не хочет верить, что в Государственной думе его не очень любят. А есть еще и революционные партии, которые его очень сильно не любят. И подобная обстановка может быть ими сполна использована для своих целей. Тем более что начинаются стычки демонстрантов с казаками и полицией. Это уже революционная ситуация в классической форме. Уже и всеобщая забастовка началась. Его величество никак не реагирует.

Те, кому по должности надлежало принимать меры по локализации напряженности в городе, продемонстрировали полную немощь. Градоначальник Балк скорбно сообщил командующему Петроградским округом генералу Хабалову, что он не в силах остановить беспорядки. Не будем мелочными и обойдемся без вопроса, что вообще был в силах сделать этот самый Балк, кроме бесконечного надувания щек. Это теперь уже не принципиально. Давайте представим себе такую же ситуацию в октябре 1941 года. Возглавляющий Москву товарищ Щербаков докладывает генеральному секретарю партии товарищу Сталину, что в столице неспокойно, бунты, забастовки, но он ничего с этим сделать не может, и беспорядки будут продолжаться. Что последовало бы в таком случае? Правильно. Через десять минут после выхода из кабинета лучший друг советских детей товарищ Щербаков был бы подло сражен пулей коварно прокравшегося в Кремль бразильского-алжирского шпиона. А потом бы шеренгами вставали к стенке соратники Щербакова, что не уберегли его бесценную для партии и народа жизнь.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация