Книга Фаранг, страница 10. Автор книги Евгений Шепельский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Фаранг»

Cтраница 10

Кто-то изголодался по общению. А может, просто хотел жрать.

Я распрямился, тихо вздохнул, отбросил дурацкий хвост волос за спину.

Что за манера — растить волосы ниже поясницы? Гномы растят бороды до пупка, а северные дикари, стало быть, не стригутся, чтобы волосы свисали до зада. Стесняются своих ягодиц, очевидно. Нет, нафиг этот хвост — срежу при первой возможности! Я не Джорек, я — Тиха, приятно познакомиться.

Взгляд прикипел ко мне намертво. Я сделал шаг в сторону — маленький такой шаг. Начал пятиться вбок. Взгляд вел меня, не отрываясь. Странный взгляд. Не живой и не мертвый. Холодный. И явно — нечеловеческий.

Мой нос попытался уловить запах таинственного наблюдателя, но ветер дул в другую сторону. Тут я понял еще одну штуку: птицы в округе притихли. Где-то там, вдали, они чирикали себе, но вот здесь — рядом со мной и взглядом — нишкнули, сидели тихонько, зажав клювы лапками.

Наблюдатель немного сместился. Стал ближе. Я зарычал — предостерегающе, злобно.

На том берегу, метрах в двадцати от меня, колыхнулись кусты, и что-то большое с шумом приземлилось в воду.

Сквозь мельтешение листьев обрисовались острые плечи и коричневый ком головы…

Нелюдь!

Я рванул к своим вещам, к мечу, бросив злосчастные волосы за плечи, босиком по корням и сухим веткам. Инстинкты Джорека не протестовали. Лучше встретить врага мечом, чем голыми руками.

Шлепки по воде добавили мне прыти. Я ломился сквозь подлесок на первой скорости, как призовой кабан, а молчаливый охотник мчался за мной, кажется, иногда припадая на все четыре лапы. Я чуял, как земля подрагивает от его скачков.

Вот и валуны. Я подхватил меч с кучи барахла, сдернул ножны, обернулся. Руки сами выставили блеснувшее оружие. Клинок на уровне груди, обмотанная кожей рукоять сжата обеими руками.

— Ичих-ха-а-а!

Похоже, это был боевой вопль Джорека.

Преследователь не выскочил с ревом следом за мной, не вышел чинным шагом, не выбрел, ковыляя, на четырех лапах. Он… остановился. Метрах в десяти от дороги в густом кустарнике маячил силуэт — с оплывшими плечами и головой, от взгляда на которую меня пробрала оторопь: это был настоящий ком. Бугристый, голый, лишенный растительности ком. Пока даже мои новые глаза не могли различить подробностей сквозь мельтешение листьев. Морда — или лицо? Не понять… не вижу… Толком не могу разглядеть ничего… Лица словно нет, на его месте как будто бугристая поверхность без глаз, носа, рта.

Существо словно наткнулось на стену. Оно ощупывало ее передними… руками? Лапами?.. Тыкалось башкой, но не могло ступить вперед и шага.

— Ну, давай! — крикнул я, внезапно осмелев. — Подходи, бери посылку, zlyden pisukaviy!

Меч подрагивал в руке, отблескивал зловещей синевой.

Существо не издавало звуков. Просто тупо рвалось ко мне сквозь невидимую преграду. Я, говоря откровенно, чувствовал бы себя куда более уверенно, если бы услышал рев, лай, даже безумный хохот, если бы оно хотя бы щелкнуло зубами!

Чувства Джорека внезапно подсказали: здесь, на тропе, никакой опасности для меня нет. Вот просто — нет, хоть ложись да засыпай, или… занимайся тем самым, за чем Джорек вчера сюда и явился.

Тварь начала движение вбок, с хрустом проламываясь сквозь заросли и пытаясь пробиться сквозь стену то на четвереньках, то — становясь на задние конечности. Угу, хоть тушкой, хоть чучелком, лишь бы за границу… Я поворачивался следом, острием меча как стрелкой отмечая путь твари.

Она отходила все дальше: невидимый барьер, сквозь который ей не было хода, тянулся вдоль лесной тропы. Вопрос: есть ли в барьере брешь, и почему я запросто прошел сквозь него? Загадка. А выпустит ли меня стена обратно к ручью, а?

Когда треск сучьев под ногами-лапами твари слегка утих, я начал медленно красться, повторяя в обратную сторону путь своего бегства.

Раздвинул кустарник мечом, ступил туда, где недавно находилась тварь. Прошел чуть вперед. Вэлкам, так сказать, ту зэ хэлл. Значит, меня — пропускает. И то хорошо. Даже — замечательно.

Я потянул носом, пытаясь своим новым обостренным чутьем уловить запах неведомой зверушки. А вот фиг. Я слышал терпкий запах леса, гнилых листьев, коры, а вот твари — нет. Она просто не пахла ничем. Странные такие чудеса.

Вдали раздался частый топот. Я спешно отбежал к валунам. Когда оглянулся, силуэт твари снова оказался напротив меня. Она начала двигаться в другую сторону, все так же пытаясь нащупать брешь. Я слышал треск, хруст, и — никаких иных звуков. Ладно бы рев, так хотя бы посопела для порядка!

Я рассмеялся и молодцевато выпятил грудь. Показал твари средний палец.

— Вот тебе загранка! Вот тебе Courchevel с бабами!

Как интересно я мешаю местную лингву с родным языком, заметили?

Треск и хруст постепенно затихли. Тогда я положил меч в траву и занялся своей экипировкой.

Одежда была аккуратно свернута и лежала рядом с вещевым мешком из плотной серой ткани. Сбоку притулилась шляпа — тяжелая, с обширными вислыми полями. Ну, ясно, это от солнца. Я ведь рыжий. Плащ светло-каштанового цвета скручен в скатку. Именно на нем Джорек собирался предаваться любовным утехам…

Вместо труселей мне полагались подштанники на завязках. Слава богу, не красные. Натянул, завязал. Потом влез в штаны цвета хаки. Были они из мягкой ткани, я бы сказал, классического кроя — обычные штаны-дудочки, без клеша, бахромы и прочих излишеств. Пояс — из потрескавшейся старой кожи, вот-вот порвется, с тяжелой бронзовой пряжкой, изображающей оскаленную рожу какого-то неадекевата. Ничего так, сойдет. В родном краю у придурочных байкеров и неформалов встречаются пряжки и похуже. Застиранная рубаха надевалась через голову, ворот на шнуровке. Сапоги — из мягкой кожи, с коротким голенищем, тоже на шнуровке, подметка левого обвязана веревкой. Небогато что-то для героя… Я заправил штанины в сапоги, встал и пошевелил плечами. Нигде не жмет, надо же, какое удивление! И все натуральное, никакой синтетики.

Под всем барахлом лежали, крест-накрест, черные кожаные перчатки.

Интересно, на кой они мне сейчас, летом? Может, чтобы рукоятка меча не скользила? Да она вроде и так не скользит…

Ладно. Я заткнул перчатки за пояс и принялся обследовать торбу Джорека в тайной надежде найти там записку, мол, вот тебе, молодец, инструкции по прибытию на место. Пойди туда-то и туда-то. А вот сюда — не ходи, зарежут.

Худ был мешок, вообще-то. Для долгого пути Джорек мог бы экипироваться и поприличней. Ни тебе смены белья, ни жратвы, ни даже потрепанного томика Марининой. В мешке нашлись: точильный камень, кресало с огнивом (память Лиса подсказала, что это и как обращаться с этими вещами), маленький топорик в чехле, явно — чтобы рубить ветки для любовного ложа и костра, моток бечевы, хлебные крошки и кошелек — такой, как рисуют на старинных картинах: малинового бархата потертый мешочек с горловиной на шнурке.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация