Книга Полет сокола, страница 2. Автор книги Алексей Широков

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Полет сокола»

Cтраница 2

Но я уже держал его голову в перекрестье прицела своей винтовки. Ее предком из того мира было противотанковое ружье. Помню, как посмотрел обучающий мультфильм Диснея про это оружие. «Бойс Мк.1» – вот что послужило прототипом для моей винтовки. Калибр тринадцать и девять миллиметра, алхимическая паста вместо пороха, электроподжиг патрона и просто зверская отдача. Если бы не винтовка – моя малышка, – я бы даже и не взялся за охоту на немертвых. Придавив приклад поплотнее к плечу, я приложил палец к пластине спуска и выпустил электричество. Тяжелая, исписанная рунами пуля, насыщенная моей силой, легла точно в череп Лича и швырнула его на дорогу.

Перезарядил винтовку, оценивая обстановку, бросил быстрый взгляд на поле боя. Оставшиеся в строю Рыцарь и Гончие мгновенно среагировали на звук выстрела и уже неслись ко мне. Остановившийся на дороге Рыцарь заворочался, спешно восстанавливая поврежденные конечности. Упавший Лич снова начал подниматься. Такую мощную тварь с одного выстрела не возьмешь. Я вновь навел прицел на его череп и с радостью отметил сетку трещин в месте попадания первой пули. Значит, аурный щит удалось пробить с одного выстрела, и у меня появился шанс. Прицелившись в место первого попадания, снова выстрелил, и череп Лича взорвался грязно-белыми осколками. Расстояние до цели сто пятьдесят метров позволило всадить две пули практически в одну точку. Но это же помешало мне продолжить спокойно заниматься отстрелом нежити. Поэтому, быстро перезарядившись, я выстрелил в Рыцаря на дороге, прицелившись в голову. Тот заметно слабее Лича, и шлем ему снесло вместе с черепом.

Время шло, Гончие были уже совсем рядом. Две перли по прямой, карабкаясь по отвесному склону. Ну, с такими когтями они и по стенам лазают. Остальные охватили холм кольцом, отрезая все пути отступления. И по пологому склону, проламывая кустарник, как танк понесся уцелевший Рыцарь. Подскочив, словно подброшенный пружиной, я подхватил винтовку и с разбега прыгнул со склона практически через головы Гончих, уже почти поднявшихся на холм, а потом раздавил в кулаке другой руки амулет, который удерживал ловчий шиповник в спящем состоянии. Холм за спиной словно взорвался. Колючие ветви мгновенно оплели всех, кто попал в радиус их действия. Парочка веток свистнула у меня за спиной, но я уже несся вперед.

Наконец, остановившись метрах в пятидесяти от холма, положил винтовку на землю и достал из-за спины обрез помпового дробовика. Заряженный руническими пулями «дум-дум», он являлся основательным аргументом на короткой дистанции. Следовало добить всех недобитых, собрать побольше трофеев и валить подальше, пока на звуки взрывов не пришел патруль.

Первым делом обошел кучу костей, оставшихся от Кентавров. Внимательно вглядываясь в останки, пытался уловить малейшие признаки движения. Чтобы убить немертвого, нужно повредить сердце либо пробить голову. Даже небольшое отверстие в черепе снижает способность нежити здраво мыслить. Серьезное же повреждение гарантированно убивает.

Движения среди завала костей не было, но расслабляться не стоило. Нежить мертвая и живая ничем не отличаются по внешним признакам, только вторая смертельно опасна, а первая нет. Поэтому, не приближаясь к основной куче костяков, размотал с пояса металлическую цепь с крюком и начал по одному подцеплять тела и оттаскивать их подальше. Туши нежити не очень тяжелые, состоят в основном из костей, поэтому работал я, не выпуская обреза из левой руки. От осторожности еще никто не умер, а вот без нее – загибалось огромное количество народа. Оттаскивая туши метров на семь, вырубал сердца и паковал в трофейные мешки, пропитанные специальным составом для сохранности. Закончив с Кентаврами, по широкой окружности подошел к первому Рыцарю. Второго из куста мне все равно достать не удастся. Пока я приду с новым амулетом подавления, шиповник его уже поглотит.

Мертвец лежал, задрав перебитые минами ноги. Самое смешное, что сердце у твари находится именно в грудной клетке коня и защищено чрезвычайно мощной броней. Ковырять ее ножом или рубить топором бесполезно, поэтому, примерившись, я всадил в грудину три пули подряд. Получилась дыра примерно сантиметров двадцать пять в диаметре. Теперь предстояло самое мерзкое. Достав запасенный для этого длинный трофейный мешок из пропитанного специальным составом полотна, я надел его на руку и полез во внутренности нежити, пытаясь достать необходимый мне трофей. Засунуть руку в тушу пришлось больше чем по локоть, только тогда я нащупал здоровое, крупнее, чем два моих кулака, сердце твари. Обхватив его поплотнее, с трудом выдрал руку из внутренностей. Стянув мешок с руки, вывернул его так, чтобы сердце оказалось внутри, и, завязав добычу, закинул в сидор.

Осталось самое сладкое. Неожиданный бонус в виде мертвого Лича сулил как минимум уважение бойцов отряда. Как ингредиент сердце высшей нежити стоит очень больших денег. Это не считая возможности найти в нем Камень Души. Поэтому, добив в дробовик недостающие патроны, я двинулся на промысел.

Лич представлял собой полутораметровый скелет, обтянутый грязно-желтой кожей и облаченный в какие-то лохмотья. Череп и часть шеи обнажились, явив миру голые кости. Тварь валялась, широко раскинув руки и расплескав на дорогу гнилую начинку разбитого черепа. Вонища должна была стоять жуткая, хорошо, что надел маску, полностью перекрывающую запахи. Стрелять не стал, слишком тщедушным был Лич. Забросив дробовик за спину, вытянул один из тао, висевших у меня на груди крест-накрест рукоятями вниз. Примерившись, в два удара разрубил грудную клетку посредине и, подрубив с боков, раскрыл ее как книгу. Среди ссохшихся внутренностей лежало здоровое, куда более огромное, чем у Рыцаря, сердце. Аккуратно подрезал и, достав еще один трофейный мешок, быстро упаковал добычу. С довольной улыбкой уложил все в сидор, забросил его за спину. План выполнен и перевыполнен. От избытка чувств и ощущения, что жизнь прекрасна, я пнул передвижное кресло Лича. Оно с шумом завалилось на бок и начало скрести длинными, похожими на паучьи, лапами.

Поминая матушку ходячей табуретки, ее же батюшку и существующий между ними противоестественный способ зачатия потомства, я отпрыгнул от ожившей твари, сорвал дробовик и всадил в кресло весь магазин, никуда особо не целясь. Судорожно перезаряжая оружие, я костерил себя последними словами за потерю бдительности, не сводя при этом глаз с нежити. Но она уже не двигалась, пули повредили жизненно важные органы. Только сюрпризы не закончились. Видимо, у передвижного стула был грузовой отсек, при попадании одной из пуль его крышка отскочила, и на дорогу выпала небольшая шкатулка цвета насыщенного темного дерева.

Аккуратно подхватив находку, я бросил последний взгляд на побоище. Здесь меня уже ничего не держало, поэтому, убрав шкатулку в сидор, я повесил его и дробовик за спину и быстрым шагом отправился туда, где оставил винтовку. Мне предстоял еще трехкилометровый пеший переход до того места, где я спрятал свой квад.

Бежать с тяжеленной пушкой на плечах – то еще удовольствие. Однако мне требовалось как можно быстрее убраться из этих мест. Как только патруль найдет убитых, за мной отправят погоню. Убежать от Гончих на своих двоих – нереально. Да и на кваде нужно еще сбить их со следа, чтобы не привести жаждущую возмездия нежить к крепости отряда. Поэтому я несся по тундре со всей доступной мне скоростью, напевая песенку про то, как хорошо живет на свете Винни-Пух. Она всегда помогала мне держать дыхание. Три коротких вдоха, пауза, три коротких выдоха. Затем повторить, и снова, и снова.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация