Книга Асы. «Сталинские соколы» из будущего, страница 54. Автор книги Юрий Корчевский

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Асы. «Сталинские соколы» из будущего»

Cтраница 54

Но разговоры о трофейном «Яке» и плененном немце вскоре улеглись. Боевая работа продолжалась, вой-ну никто не отменял.

В одном из боев Тихону, как и парням его эскадрильи, пришлось в первый раз столкнуться с «Фридрихом» – одной из новых модификаций «мессера». Вроде бы и окраска, и бортовые обозначения были уже ему знакомы, но «худые» показали невиданную прыть – на вертикалях уходили резво.

То, что «мессеры» на пикировании всегда отрывались от «Яков», ни для кого новинкой не было, но такая скороподъемность наших летчиков удивила.

Большие потери наши истребители понесли через день, когда сопровождали бомбардировщики Пе-2. У «пешек», как их называли на фронте, скорость была вполне приличная, на пикировании они не уступали истребителям. И только «пешки» приступили к боевой работе, появились «худые», числом не меньше истребителей прикрытия.

Одно звено «Яков» попыталось связать «мессеров» боем, другое, где был Тихон, непосредственно прикрывало бомбардировщики. Истребители построились в круг выше «пешек».

Пара «мессеров», прикрываясь облачностью, прорвалась к «пешкам». Тихон с ведомым Лапшиным кинулись наперерез и издалека открыли огонь. Шансов попасть было мало, но им удалось спугнуть вражеские самолеты. «Худые» с переворотом на крыло спикировали, и, понимая, что их не догнать, Тихон и преследовать их не стал.

Однако «мессеры», оторвавшись от «Яков», полезли вверх, под брюхо к «бомберам».

Тихон с Федором с пикирования открыли огонь.

«Худые» отвернули, не стали под пушечный огонь подставляться и ушли в сторону, за облако. Только, как чуял своим нутром Тихон, ненадолго. Он понимал, что «мессеры» попытаются зайти со стороны солнца – это был излюбленный прием немцев.

А в эфире в это время звучала многоголосица:

– Андрей, прикрой, атакую!

– Витя, стреляй, уйдет же гад!

Иной раз в пылу боя пилоты не позывными пользовались, обращаясь друг к другу, а именами – так короче.

Тихон видел, как из кутерьмы боя вывалился горящий самолет и пошел вниз. Затем задымил и пошел на снижение на запад другой, явно немец. Поврежденные самолеты старались тянуть к своим – либо до аэродрома добраться, либо парашютироваться, но над своей территорией.

«Пешки» отработали по цели, выстроились пеленгом и понеслись на восток.

– Маленькие, «пешки» отработали, уходят, – доложил Тихон.

Для истребителей это сигнал – выходить из боя и сопровождать бомбардировщики. Только легко сказать – выходить. Немцы вцепились мертвой хваткой, у них превосходство в машинах, и они просто навязывают бой. У наших топлива осталось – только до аэродрома добраться, у немцев же база значительно ближе. И на скорости оторваться не получается, «Фридрих» быстроходнее.

Уже над передовой они сбили наш «Як». Летчик выбросился с парашютом, и ветер понес купол в нашу сторону.

Однако «мессеры» решили расстрелять летчика в воздухе. Первая атака им не удалась, человеческая фигура намного меньше самолета, да еще и в движении. А затем наши «Яки» на защиту кинулись. Три истребителя стали в круг вокруг спускающегося на парашюте товарища, прикрывая его от «худых», и, сопровождая его, снижались по спирали.

На земле наши пехотинцы, головы подняв, летчику кричали, хоть он и не слышал – высоко было пока.

– Давай, друг! Держись!

«Яки» сопровождали пилота до критической высоты в сотню метров и потом направились к себе. Немцы же не рискнули так низко спускаться и убрались раньше.

Пилот приземлился на «нейтралку». С немецкой стороны по белому пятну купола открыли огонь из минометов, и хорошо, что недалеко была воронка от крупнокалиберного снаряда – пилот спрятался туда.

Наши открыли ответный огонь из пушек и минометов, немцы ответили.

Перестрелка шла больше часа. Только немцы били по «нейтралке», а наши – по немецким позициям.

Как только стемнело, за нашим летчиком поползла группа пехотинцев, они и вытащили парня. Ему повезло – ни одной царапины. А будь ветер слабее или выпрыгни он из самолета парой секунд раньше – попал бы к немцам, приземлился бы на их траншеи. Переменчиво фронтовое счастье…

На следующем вылете у Тихона в самом начале воздушного боя пулей «худого» перебило маслопровод, и масло из-под капота брызнуло на лобовое стекло. Он кинул взгляд на приборы – давление масла катастрофически упало. Тихон уже знал: мотору осталось жить три, от силы – четыре минуты, потом заклинит. Сообщив по рации:

– Федор, с мотором что-то, давления масла нет, прикрой! – он крутым разворотом курс девяносто ушел на восток. Дал полный газ: чего мотор жалеть, он уже не жилец, так хоть до своих дотянуть.

Мотор дал «клина» за несколько километров до передовой. Резкий удар – и винт остановился, сразу стал слышен шум набегавшего воздуха. Истребитель быстро терял высоту. Немецких истребителей поблизости не было, но Тихон решил тянуть до последнего. Вот уже и линия фронта позади, но высота катастрофически падает. Жалко машину, заменить бы мотор – еще полетала бы… И подходящей площадки не видно, везде рытвины, воронки, полузасыпанные траншеи.

Вдруг рядом с рекой он увидел полоску луга. И в этот миг по рации раздался крик Федора:

– Тихон, бросай машину, а то парашют не успеет раскрыться!

Тихон выпустил шасси.

– Попробую сесть, сообщи нашим!

Оба колеса вышли и встали на замки. Теперь бы не скапотировать. Земля все ближе, все ближе… А высота минимальная, уже ничего не изменить.

Чтобы погасить скорость, Тихон плавно потянул ручку на себя. На ровной полосе аэродрома да на тормозах минимум 560 метров надо. А как тормозить на лугу, на неподготовленной площадке? Переборщишь с тормозами, а под колесо кочка попадет – и скапотируешь, на нос встанешь или перевернешься. Были такие случаи.

Чтобы выбраться побыстрее, Тихон сдвинул фонарь.

Вот шасси коснулось земли… Толчок, еще один – сильнее, часто затрясло, однако истребитель начал терять скорость. Тихон до последнего удерживал самолет на основных стойках, и только когда скорость упала, опустил хвост. Дутик на хвосте маленький, и стоит ему зацепиться за что-нибудь – оторвется. Но главное – машина цела, а двигатель механики быстро поменяют.

Истребитель остановился. Тихон отстегнул привязные ремни, и тут же по рации зазвучал голос Федора:

– Жив, все в порядке?

– Живой! Высылай механиков и грузовик.

В случае таких вынужденных посадок, когда самолет можно было восстановить, его буксировали грузовиком на аэродром. Снимали крылья, укладывали в кузов. Хвостовую часть самолета тоже грузили в кузов и так ехали. Тем более что до аэродрома двадцать километров оставалось, по авиационным меркам – тьфу! Теперь оставалось только ждать.

Надо было бы истребитель замаскировать, а нечем. Деревья далеко, с километр, много веток не наломаешь. Да и набросай он на самолет веток, это не поможет: то, что они кучей находятся посередине луга, все равно внимание привлекать будет.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация