Книга Вредители по найму, страница 17. Автор книги Иван Магазинников

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Вредители по найму»

Cтраница 17

Домовой был уже настороже и, едва ворота закрылись, вступил в игру. Где-то в доме раздался истошный женский вопль. А потом еще один и вторящий ему мужской крик, полный ужаса. Входная дверь дома любезно приоткрылась, словно приглашая меня в гости. Впрочем, именно так оно и было.

Я быстро нашептал себе «ведьмин глаз», выскочил из-за кустов и, быстро перебежав через улицу, буквально влетел в распахнутую дверь. Внутри дома я был впервые, но прекрасно знал, где что находится, благодаря подробному описанию Нурфа. Итак, сначала вторая дверь налево, а потом в конец коридора и направо.

Пробегая мимо кухни, я не удержался от соблазна заглянуть в приоткрытую дверь. Судя по звукам, там было довольно весело. И это еще мягко сказано! Прямо на столе, забравшись на него с ногами, стояла и истошно орала молодая полноватая женщина. Формы ее и впрямь были довольно округлыми, но совсем не в тех пропорциях и далеко не всегда в тех местах, чтобы пускать слюну. Вокруг стола неуклюже ковылял сгорбленный зомби в наряде лакея, довольно бодро – для ожившего мертвеца, конечно, – размахивающий веником, которым он пытался ударить огромную черную крысу, улепетывавшую от него со всех лап.

Следом за лакеем – А это был именно он – бегал и улюлюкал домовой с кухонными ножами в каждой руке, обеспечивая себе алиби. В общем, увлекательное занятие на ближайшие десять минут было этим троим обеспечено. Надеюсь, что Йорхш отвлекал конюшего не менее эффективно.

Проскользнув дальше по коридору, я принесенным домовым ключом открыл дверь в комнату, которая мне и была нужна. Внутри было светло – даже очень светло! Светился буквально весь потолок, равномерно заливая светом всю комнату. Очень необычную, надо заметить. Вряд ли можно считать нормальной комнату, в которой три четверти пола покрыто аккуратно подстриженной травой серебристого цвета. Хотел бы я взглянуть на кроликов, которые ею питаются! Однако это было бы слишком рискованно: соблюдающий какую-то строгую диету Эмилио держал зверьков в комнате, опечатанной охранными заклятиями, и я вовсе не был уверен, что смог бы с ними разобраться. Даже домовой не мог проникнуть в эту комнату, когда заклинания были активны.

Пока банник отвлекал лекаря и конюшего, а домовой увлеченно гонялся за крысой вместе с остальными слугами, я работал. Накладывал хитрое магическое плетение на землю, из которой тянула соки трава. Это было обычное проклятие на немочь в руках. Слово за словом нашептывал я его на горсть земли, вливая в нее свою раздражительность, недовольство и нетерпение – чувства неяркие, слабые, но зато и обнаружить такое воздействие не в пример сложнее, ведь чем ярче использованные эмоции, тем сильнее остается отпечаток, а мне наследить ну никак нельзя. Для закрепления наговора я окропил землю парой капель крови – разумеется, не своей, а кровью Эмилио, которую мне каким-то образом раздобыл домовой.

Условия для работы были наисложнейшие. Стараясь не отвлекаться на шум за стеной, я бережно раздвигал серебристые стебли, чтобы не примять ни травинки, а с землей обращался как с горстью пуха. Да еще и силы на наговор немочи требовалось в разы больше, чем я осмелился использовать. Поэтому мне дополнительно пришлось ритуалом укреплять наговор, удерживающий проклятие в земле, совершив его буквально на коленке.

Задрав штанину, я прямо на колене начертил грязным пальцем круг земли. Разложил на ноге в нужном порядке куриные косточки, шарики черного перца, вычертил символы прахом усопшего, замешанным на слюне бесхвостого василиска. Часть нужных компонентов мне притащил Нурф с хозяйской кухни, остальное пришлось покупать у госпожи Кобритты. Почти физически я почувствовал, как зловещая сила струится внутри круга, и направил ее на горсть проклятой земли. Земля к земле, прах к праху, сила к силе. Этого было достаточно, чтобы проклятие распространилось по всей земле. Конечно, следы такого ритуала обнаружить не так уж и сложно, но, во-первых, рисовал я на самом себе, а значит, ничего лишнего в комнате не оставил. И, во-вторых, это была чистая сила, не несущая отпечатка моей личности.

Аккуратно вернув на место и утрамбовав проклятую землю, я отряхнул ладони, сгреб в заранее приготовленный мешок мусор, оставшийся после ритуала, и выскочил за дверь. Шум в комнате, где домовой вместе с зомби гонялись за крысой, уже утих. Быстро пробежав мимо закрытой двери, я буквально вылетел из дома и укрылся в его тени от взглядов возможных наблюдателей. Вдоль стены пробрался к зеленой изгороди соседнего участка и, опустившись на четвереньки, вполз в заранее проделанный домовым лаз, ведущий к сараю с дровами. Там я и спрятался, дожидаясь своих сообщников.

Первым появился запыхавшийся, но счастливо улыбающийся домовой.

– Эх, человек, давно я так не веселился! Держи, – что-то темное мягко шлепнулось на землю передо мной. Дохлая крыса.

– Вы что ее – до смерти загоняли?

– Не, – мотнул головой Нурф, – под Мартой крышка стола надломилась, и кухарка шлепнулась прямо на крысу. Ух, как ее сплющило!

– Кухарку?

– Крысу!

– Можешь оставить ее себе на память. А что насчет моей второй просьбы? Сделал?

– Все исполнил в лучшем виде, можешь не сомневаться! Напихал ему и в сапоги, и в карманы и лопату измазал.

Я молча кивнул и прислушался: отчаянно ругаясь, через кусты в нашу сторону продирался банник. Проскользнув через щель в сарай, он предстал перед нами во всей своей красе. Или, точнее, во всем ужасе. Создавалось ощущение, что его драла стая дворовых собак, а потом еще и рассерженных нетопырей. Весь в ссадинах и кровоподтеках, он заметно прихрамывал, а правый глаз совершенно заплыл и превратился в узкую щелочку.

– Ого! – присвистнул домовой. – Знатно они тебя отделали!

Пока Нурф с крысой отвлекали внимание домашней челяди, а я делал свое черное дело, Йорхш взял на себя конюшего. Уж не знаю, что он там с ними делал, и еще меньше мне хотелось знать, что с ним делал конюший.

Молча проковыляв мимо нас, банник подошел к невысокой поленнице и, кряхтя, взобрался на нее.

– А я думал, что нанести физический вред духу места очень тяжело, почти невозможно.

– Это для человеков, – назидательно заявил домовой. – А малый народец промеж друг дружкой кулаки об темечко почесать да зубы проредить всегда горазд…

– Ну что ж, господа духи-проказники, самую важную часть работы мы проделали, за что я вам крайне признателен. Теперь осталось только отыскать этого Эмилио и завершить начатое. И это уже я сделаю без вашей помощи. Так что отдыхайте-лечитесь, а я пошел.

Попрощавшись со своими помощниками, я выскользнул из сарая и вскоре уже сидел в засаде на дереве, в начале улицы Вольной, поджидая свою жертву. Подо мной сновали – если, конечно, это слово можно было употреблять в отношении медлительных зомби – уборщики, старательно сметавшие мусор с дороги в канаву. Изредка чеканили тяжелыми башмаками мостовую стражники, негромко перекликаясь друг с другом.

Сидеть пришлось долго, спина уже начала болеть, и пришлось ее заговаривать, потратив драгоценные крупицы силы, которой и так было слишком мало, – целительским чарам злоба и досада только вредят, тут другие эмоции нужны, а мне в такой ситуации ничего приятного в голову не шло. Наоборот, чем дальше, тем большее нетерпение и раздражение я испытывал. И как раз когда я уже начал закипать, в свете уличных фонарей показалась фигура человека, который мне был нужен. Со слов моего нанимателя и домового я примерно знал, чего ожидать, но все же удивился. Эмилио оказался невысоким и щуплым мужчиной, почти на голову ниже меня ростом. И это заправский драчун, гроза всех дворянчиков-дуэлянтов? Да ему отвесь хорошего пинка под зад – и улетит в ближайший куст, а то и дальше, если ветер попутный будет! Тем не менее это был именно он, и ошибки быть не могло.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация