Книга Век самопознания. Поиски бессознательного в искусстве и науке с начала XX века до наших дней, страница 60. Автор книги Эрик Кандель

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Век самопознания. Поиски бессознательного в искусстве и науке с начала XX века до наших дней»

Cтраница 60

Путь “что” занимается формой тела и окраской изображения собаки, а путь “где” – движениями собаки. Путь “что” осуществляет деконструкцию и реконструкцию образа собаки в три этапа.


Век самопознания. Поиски бессознательного в искусстве и науке с начала XX века до наших дней

Рис. 16–10. Гештальтпсихологический принцип хорошего продолжения. Наш мозг объединяет дуги таким образом, чтобы их контуры плавно продолжали друг друга. Дуга а – д объединяется с дугой д – г, а дуга в – д – с дугой д – б.


Третьим этапом служит зрительное восприятие высокого уровня, использующее путь, ведущий из первичной зрительной коры в нижнюю височную кору. На этом этапе устанавливаются категории и смысл зрительных образов. Здесь мозг связывает зрительную информацию с информацией из множества других источников, позволяя нам распознавать объекты, лица и сцены. Эти нисходящие процессы ведут к сознательному зрительному восприятию и интерпретации смысла образов (гл. 18). Однако такая интерпретация несовершенна.


Результаты нейробиологических исследований зрительного восприятия во многом объясняют, как художникам удается убедительно воспроизводить трехмерные предметы и человеческие фигуры на плоских поверхностях. Нас окружают границы, отделяющие один объект от другого либо от фона. Художники всегда понимали, что объект определяет его форма, которая, в свою очередь, определяется его очертаниями. Живописцы изображают очертания объектов с помощью градации цвета и яркости, либо с помощью подразумеваемых линий. Очертания объектов на картинах обычно соответствуют границам между разными поверхностями с довольно однородными цветом, яркостью или текстурой. Контуры используются в живописи лишь для того, чтобы резче выделять изображенные формы.

Линейная графика, в отличие от живописи, основана исключительно на использовании линий – простых (одноцветных узких пятен) и контурных (задающих границы объектов и определяющих их очертания). Техника линейного рисунка не позволяет передать изменения яркости, и художникам приходится создавать двумерные очертания, используя контурные линии. Добавляя светлую и темную штриховку, художник может усложнять контуры и порождать эффект трехмерности. Кроме того, он может подчеркивать эмоциональное содержание рисунка с помощью экспрессивных контуров – неровных линий.

Линейная графика присутствует в искусстве всех периодов, от наскальных рисунков до карикатур в наших газетах. Одна из причин ее вездесущности состоит, вероятно, в том, что людям свойственно интуитивное понимание смысла линейных рисунков. Контуры улыбающегося лица мы автоматически воспринимаем как улыбающееся лицо. Но почему так происходит? Ведь в реальном мире нет контуров. Тем не менее, нетрудно воспринимать линейное изображение руки, человека или дома как руку, человека или дом. Естественность восприятия таких условностей многое говорит о механизме нашей зрительной системы.

Причина исключительного успеха линейной графики кроется в том, что мозг, как показали Хьюбел и Визель, успешно интерпретирует линии и контуры как очертания, отделяющие фигуры от фона. Когда глаза открыты, клетки ориентации в первичной зрительной коре мозга неустанно ищут элементы линейной графики в видимом нами. А тормозные зоны рецептивных полей этих клеток постоянно заостряют контурные линии зрительных образов.

Австрийский физик и философ Эрнст Мах обратил внимание на это явление задолго до того, как Хьюбел и Визель исследовали его на клеточном уровне. Он открыл зрительную иллюзию, которую теперь называют полосами Маха. Если светлая область на рисунке плавно переходит в темную (рис. 16–11), то на их границе мы видим линии увеличенной контрастности: кажется, будто по краю светлой области проходит еще более светлая полоса, а по краю темной – еще более темная (рис. 16–12). На самом деле полос на рисунке нет. Теперь мы понимаем, что полосы Маха возникают в восприятии в связи с принципом устройства рецептивных полей клеток зрительной системы. Возбуждающая центральная зона рецептивного поля, круглая (как у клеток сетчатки и таламуса) или вытянутая (как у клеток первичной зрительной коры), окружена тормозной периферической зоной, усиливающей контраст и заостряющей наше восприятие и светлой, и темной поверхности возле их границы (рис. 16–13). Именно поэтому кажется, будто зона перехода окружена полосами.


Век самопознания. Поиски бессознательного в искусстве и науке с начала XX века до наших дней

Рис. 16–11.


Век самопознания. Поиски бессознательного в искусстве и науке с начала XX века до наших дней

Рис. 16–12.


Век самопознания. Поиски бессознательного в искусстве и науке с начала XX века до наших дней

Рис. 16–13.

Полосы Маха. Слева от средней переходной зоны мы видим более светлую полосу, а справа – более темную. На самом деле полос нет.


Наша способность воспринимать нарисованные контуры как очертания – лишь один из многих примеров существенных отличий восприятия изображений от восприятия реального мира. Контурные рисунки часто небогаты информацией – даже об очертаниях объектов, но это и не обязательно (рис. 16–14). Линий такого рисунка часто достаточно, чтобы мозг увидел на их месте границы. На самых простых контурных рисунках, без цвета и штриховки, мы вполне можем распознать объекты.


Век самопознания. Поиски бессознательного в искусстве и науке с начала XX века до наших дней

Рис. 16–14. Мы легко распознаем объекты по контурным рисункам: границы служат ключевыми признаками, по которым восприятие реконструирует объекты в поле нашего зрения.


Нейробиолог Чарльз Стивенс показывает это на примере автопортрета Рембрандта, написанного в 1699 году (рис. II–21). Стивенс сравнивает портрет с его контурной обрисовкой (рис. II–22) и показывает, что хотя у такого рисунка мало общего с исходной картиной, зритель легко узнает образ. Стивенс отмечает, что наша способность моментально узнавать картину по контурам демонстрирует одну из принципиальных особенностей представления образов в мозге. Для распознавания лица нам достаточно контурных линий, обозначающих глаза, рот и нос. Эта способность дает художникам простор для внесения в изображаемые лица искажений, не мешающих распознаванию. Крис и Гомбрих подчеркивали, что именно поэтому работы карикатуристов и экспрессионистов производят на нас сильное впечатление.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация