Книга Ночной дозор, страница 74. Автор книги Андрей Воронин, Марина Воронина

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Ночной дозор»

Cтраница 74

О том, что на месте преступления оказалась фотожурналистка, первым из двух заказчиков убийства узнал Короедов. Естественно, не из теленовостей, не из газетных публикаций, а из личной беседы с помощником полковника Барышева капитаном Прохоровым, молодым амбициозным офицером.

Прохоров всегда гордился тем, что имел неофициальные контакты со многими влиятельными людьми в городе.

Он считал, что таким образом, в неформальной обстановке добывает информацию, которую другим путем добыть невозможно. Собеседники же переубеждать капитана не спешили, наоборот, всячески поддерживали в нем этот миф, а тем временем преспокойно выуживали из него служебные тайны в обмен на позавчерашние новости.

Встретились теневой бизнесмен Короедов и капитан милиции в небольшом зальчике ресторана «Консул». О существовании этого зальчика знали немногие, о нем не говорилось даже в рекламном проспекте ресторана. Заказывали его обычно депутаты, прокуроры, директора крупных заводов, преступные авторитеты для ведения важных переговоров. Дверь в зальчик прикрывала тяжелая портьера, возле которой обычно дежурили двое охранников.

Отсюда имелись два выхода — один к посетителям ресторанчика, другой прямо в подъезд, имевший черную и парадную двери.

Обычно надменный и несколько грубоватый Короедов в обращении с Прохоровым внезапно стал воплощением самой любезности. Поинтересовался здоровьем жены, детей, назвав всех поименно. Эти сведения ему за час до встречи предоставил секретарь. Короедов, как старательный ученик, выучил имена всех членов семьи капитана милиции.

— Я слышал, в управлении кое-какие проблемы, — расплывшись в улыбке. Короедов собственноручно разлил в бокалы шампанское.

— Всякого хватает, — проговорил Прохоров, не спеша пододвигая к себе фужер.

— Говорят, Барышев женщину какую-то ищет, фотографа, и никак найти не может?

Прохоров не стал отрицать этого факта, но и не подтвердил, давая понять, что знает многое, но информация служебная.

— Что вы, капитан, меня совсем не интересует закрытая информация, но в городе ходят слухи, будто к убийству Малютина причастны не азербайджанцы, а… — Короедов сделал паузу, словно ему было трудно произнести последние слова.

— ..вы с Петровым, — сделал это за него капитан Прохоров.

Короедов рассмеялся:

— Если бы я или, не дай бог, мой друг Петров, имели к этому отношение, то нас на момент убийства наверняка в городе не оказалось бы.

— Согласен, — Прохоров отпил скупой глоток шампанского.

— Думаю, и Барышев понимает, что мы с Петровым имеем отношение ко многим вещам в городе, просто не всегда удобно афишировать свою причастность. Я не сомневаюсь, что это кровавое преступление совершили азербайджанцы. Славяне не такие кровожадные, как кавказцы.

Прохоров в упор посмотрел на Короедова. Тот преспокойно выдержал его испытующий взгляд и развел руками:

— Лучшее подтверждение этому то, что мы с вами, капитан, сидим и мирно беседуем. Как говорится, одна голова хорошо, две лучше. У меня большие связи в кругах журналистов, и если они что-то побоялись сказать милиции, то могут сказать мне.

— А вы разве не знаете, кого именно ищут? — усмехнулся Прохоров, допивая шампанское и пододвигая к себе тарелку с легкой закуской.

— Откуда, помилуйте? Я бы вообще не интересовался этим неприятным делом, если бы до меня не дошли мерзкие слухи, будто я заказал Малютина. И теперь, как последний идиот, расспрашиваю всех. Знаете ли, неприятно будет узнать, что ваш начальник запросил ордер на мой арест.

— Да, к сожалению, у нас не такое государство, чтобы законопослушный человек мог спать спокойно.

— Я не законопослушный, — покачал головой Короедов и состроил горестную гримасу. — Я часто вынужден нарушать закон, но делаю это аккуратно.

— Я в курсе.

— Правда, одно дело, если тебя обвиняют в финансовых махинациях, и совсем другое, если обвиняют в заказном убийстве.

— Вас никто не обвиняет.

— Пока не обвиняют, — Короедов поднял палец, длинный, немного узловатый. От этого холеный ноготь казался приклеенным. — Конечно, если хотите, можете не говорить мне, кого именно ищут…

— Это не такой уж большой секрет, и при желании вы бы могли узнать это сами.

— Зачем? Я начну расспрашивать…

— Вам об этом расскажут.

— Вот так и рождаются нездоровые сенсации. Я же привык по возможности действовать в рамках закона. Да, я не отпираюсь, у меня к Малютину имелись свои счеты, и у Петрова тоже. Но чтобы убивать человека… У меня такого и в мыслях не могло быть. Я, конечно, не прокурор, не судья, но, по-моему, во всем виноваты кавказцы. Не было бы их в городе, мы бы с вами существовали мирно. Славяне со славянами всегда договорятся.

Капитан Прохоров хотел было заметить, что славянское происхождение Короедова вызывает у него некоторые сомнения.

— И евреи со славянами договорятся, — тут же вставил Короедов, словно прочел мысль своего собеседника, — потому что мы люди одной цивилизации. Нам не нужно убивать друг друга, а у них, мусульман, как мне рассказывал один знающий человек, за честь почитается убить неверного. Я сам заинтересован в скорейшем расследовании. Пока идет следствие, работа порта почти парализована, и не только мы с Петровым несем убытки, несут убытки область, город.

— Я не вижу в этом проблемы.

— В убытках? — ухмыльнулся Короедов.

— Нет, в том, чтобы вы помогли следствию. Мы тоже заинтересованы как можно скорее найти женщину-фотографа.

— Вы уже знаете ее имя?

— Мы знаем больше, — Прохоров полез в карман и вытащил вчетверо сложенный лист бумаги, развернул его и положил на стол.

Это была цветная ксерокопия, снятая с разворота журнала. Короедов, склонив голову набок, развернул лист пальцем, сделал это немного небрежно, будто его не очень-то интересовала бумага с фотографиями и текстом.

— Катерина Ершова, если я правильно прочел.

— Правильно.

— Фотограф из Москвы, лучший фотограф года в Восточной Европе, — Короедов переводил текст. — Я с подозрением отношусь к женщинам не только в бизнесе, в политике, но и в искусстве, — продолжал Короедов. — но Катерина Ершова, по-моему, достойный кандидат на звание человека года. Мне ее работы нравятся. Я постараюсь вам помочь.

Короедов еще подлил шампанского.

— Ни вам, ни мне не интересно, если азербайджанцы доберутся до нее раньше нас. У них разговор короткий: мужчина ли, женщина ли, ребенок ли. Труп не нужен ни вам, ни нам. А сейчас, извините, — Короедов поднялся, — мне нужно срочно ехать по делам. Если желаете пригласить кого-нибудь в ресторан, пожалуйста, зал оплачен до самого утра. Еда, выпивка…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация