Книга Школа выживания волчицы, страница 18. Автор книги Марина Крамер

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Школа выживания волчицы»

Cтраница 18

Я стянула халат, сбросила под стол туфли на высоких каблуках, которые всегда носила на кафедре, и взялась за сумку. Меня снова захватило какое-то необъяснимое чувство тревоги – словно сейчас произойдет что-то неприятное. Заглянув в сумку, я опять подумала, что в ней чего-то не хватает, чего-то такого, что обязательно должно там быть как непременная составляющая какого-то набора вещей. Но чего? Кошелек, телефон, косметичка, ключи от машины, которые я всегда таскаю с собой, даже если за рулем Никита, упаковка носовых платков, влажные салфетки – обычный женский набор. Стоп! А где ключ от учебной комнаты?! Он всегда лежал в маленьком кармашке, прицепленный к брелочку в виде розовой совы. И его нет, я могу даже не проверять больше. Ключа нет! Вот черт… Что теперь делать? Сообщать ли следователю об этом? И если сообщать, то не означает ли это автоматически попасть под подозрение? Нужен ли мне адвокат?

Мысли закрутились в голове со скоростью взбесившейся карусели. Нет, надо брать себя в руки и звонить дяде Моне, он юрист, он подскажет, как себя вести. Да, точно, надо ему позвонить.

Я лихорадочно выдернула телефон и принялась листать записную книжку, отыскивая номер папиного друга. Нажав кнопку вызова, я взяла сигарету, но закурить не успела – в трубке раздался недовольный голос Моисея Израилевича:

– Ты зачем звонишь мне в такую рань?

Учитывая, что рань у дяди Мони все, что до двенадцати, я, конечно, рисковала. До обеда старый ленивец никаких дел не вел, хоть тресни, уж не знаю, откуда у него взялась такая привычка. Но мне нужно срочно.

– Дядя Моня, прости меня, дорогой, я бы ни за что. Но понимаешь, тут такая фигня, что без тебя просто никак.

– А то ж! Разве ты когда позвонишь дяде Моне просто так, чтобы про здоровье узнать? – тяжело вздохнул он. – Выкладывай.

Я наскоро пересказала ему историю с трупом и исчезновением моих ключей.

– А дома ты не могла их оставить, бестолковая? – дядя Моня, пожалуй, был единственным, кроме папы и мужа, кто мог позволить себе такое обращение со мной без риска получить в ответ.

– Вряд ли, – с сомнением протянула я, – зачем бы мне их дома-то вынимать?

– А сумку ты не меняла? А то знаю я ваши бабские привычки иметь в гардеробе триста авосек – под каждый наряд.

– Нет. Я, кстати, не любительница – у меня их всего три и одна маленькая вечерняя. Так что это исключено.

– О-хо-хо, грехи наши, – пробормотал дядя Моня. – Но ты пока погоди к следачке этой бежать. Поищи дома, вдруг все-таки там. А я подумаю. И без меня, Сашка, никому ни слова, понятно?

Это мне было понятно.

Нужно срочно попасть домой и выяснить, не выронила ли я ключ случайно. Ведь могла уронить сумку в коридоре, например, и не заметить. Да мало ли вообще…

Черт, я же без машины – за мной Никита должен был приехать! Эта мысль здорово меня расстроила. Я бросила взгляд на часы – до окончания уроков у Сони оставалось еще почти два часа, и мне придется торчать в городе. Ладно, пойду-ка прогуляюсь до Сашкиного клуба, раз уж сегодня такой странный день. Вдруг застану его там?

Глава 8
Оперативники

Когда начинаешь чему-нибудь учиться, становится ясно, что совершенствоваться в мастерстве можно бесконечно. Понимаешь, как трудно достичь даже такого уровня, который бы удовлетворял тебя самого.

Мурасаки Сикибу. «Повесть о Гэндзи»

Илья Гаврюшкин после встречи с Ольгой Паршинцевой вернулся в отдел и расположился за своим столом, погрузившись в раздумья. Перспектива разрабатывать всех коллекционеров города, а то и области его совершенно не радовала. Кроме того, Ольга что-то сказала насчет самоубийства. Это показалось Илье полным бредом – разве возможно самому отсечь себе голову? Даже если на секунду предположить, что это возможно, то все равно – как?! Как именно?! Но может, Ольга права, и стоит посмотреть еще раз заключение судебного медика о характере нанесенной травмы? Это поможет понять механизм… Если это самоубийство – да, бред, но все же – если это так, тогда вопрос о поисках убийцы закрыт. И необходимость опроса всех этих маньяков – собирателей оружия отпадает – какая разница, сколько стоит меч, которым какой-то придурок снес собственную голову?

Однако Карепанову его умозаключения по вкусу не пришлись. Он внимательно выслушал Илью, вырисовывая что-то на листке бумаги, потом отложил карандаш и поднял глаза:

– И ты считаешь, что в случае самоубийства дело можно закрыть?

– А что? Нет же состава.

– А не приходило в голову твою кудрявую, что могли коллекционера довести до самоубийства?

– Зачем? – недоумевал Илья. – С какой целью? Тогда бы этот человек побывал в квартире и вынес все, что хотел. Если предположить, что затевалось это с целью ограбления. Хотя какой смысл так напрягаться, когда проще обнести квартиру, когда хозяина нет?

Карепанов внимательно смотрел на молодого напарника и думал о чем-то своем.

– Вот внутри мне что-то подсказывает, что дело это не такое простое, как кажется. Умом понимаю, что ты, возможно, прав, но вот чуйка какая-то… Не пропало ничего из квартиры, или мы просто не заметили? Ведь ни описи никакой у него не было, ни соседи не смогли толком сказать, что вообще в этой коллекции имелось. Понимаешь, там мог быть всего один ценный меч, и как раз его мы не нашли, потому что не знали, что искать. – Карепанов взъерошил короткие седые волосы и снова взялся за карандаш. – Вот потому мне и нужен Сайгачев. Он наверняка знает, у кого чего ценного имеется по квартирам. Специалистов такого уровня в городе и близко нет, к нему все с этими японскими хохоряшками за советом приходят, я точно знаю.

– Так пусть следователь повесткой вызовет, всего и дел, – пожал плечами Илья.

– Ты серьезно не понимаешь, да? Он не подозреваемый, не свидетель. Я привлекаю его в качестве эксперта. О какой повестке мы вообще говорим?

– Тогда не знаю. Хотите, я поеду и у клуба этого его покараулю? – опасливо взглянув на начавшуюся за окном метель, предложил Илья, в душе надеясь, что Карепанов откажется от его предложения.

Не тут-то было. У Бориса Евгеньевича эта мысль крутилась в голове с самого утра, и теперь он только обрадовался, когда Илья сам ее предложил.

– Вот это дело! Поезжай, Илюшка, покрутись там. Только не борзей, аккуратно. Сайгачев – мужик серьезный, он всякую дурь терпеть не будет.

Илья подавил вздох разочарования – сейчас даже возня с бумажками казалась ему куда более приятным занятием, чем необходимость выйти из теплого помещения и тащиться в центр города, чтобы там мерзнуть на улице, наблюдая за помещением клуба. Но ничего другого ему не предлагалось. Натянув поглубже вязаную шапочку и застегнув куртку до самого подбородка, Илья покинул здание и направился к автобусной остановке.


Мерзнуть, к счастью, не пришлось. Едва только Илья облюбовал себе закуток, в который, по его мнению, не так сильно задувало, как в парковочном кармане остановился довольно побитый темно-зеленый джип и из него вышел огромный мужик в кожаной куртке и брюках. По странной прическе – выбритой голове и тонкой длинной косе, доходившей до лопаток, – Илья узнал Сайгачева. Тот вынул с заднего сиденья какой-то кожаный футляр и щелкнул кнопкой сигнализации. Гаврюшкин сделал шаг, наступил на обледенелый камень, не удержал равновесие и опрокинулся на спину, довольно ощутимо приложившись головой к мерзлому асфальту.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация