Книга Великие тайны океанов. Атлантический океан. Тихий океан. Индийский океан (сборник), страница 31. Автор книги Жорж Блон

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Великие тайны океанов. Атлантический океан. Тихий океан. Индийский океан (сборник)»

Cтраница 31

Ничто не запрещает главному на корабле после Бога собрать свой штаб и провести совет. И даже обсудить все с командой, прежде чем принимать крайне важное решение. Лаланд собрал офицеров:

– Нам не хватит времени добраться до крупного промежуточного порта, к примеру Монтевидео. Я собираюсь направиться к Мальвинским островам и выбросить судно на берег. Возражений нет?

Офицеры и боцман согласились с решением капитана.

– Мне остается только найти подходящее место для этой операции.

Капитан Лаланд заперся в своей каюте, зажег лампу и открыл том «Навигационных инструкций» на странице «Мальвинские, или Фолклендские, острова». Он прочел несколько страниц, затем стал наносить на карту возможный курс. Через час он вышел и отдал приказ первому помощнику собрать команду перед капитанской рубкой. В свете трех ламп-вспышек, используемых во время бури, виднелись штормовые накидки и лица людей, их заливали потоки воды.

– У нас под ногами судно, которое набирает воду. Помпы не справляются. Единственное спасение – выброситься на песчаный берег. Я нашел на карте небольшую бухту с подходящим пляжем. Маяка там нет, а потому придется выполнять маневр днем, вернее, завтра утром. Вы согласны пойти на риск?

Ответ был единогласным:

– Да, капитан.

Несколько человек добавили:

– Делайте все, что считаете нужным.

Маневр при мореплавательских навыках капитана Лаланда, когда он шел к бухте Рой-Коу на западном берегу Мальвин, может считаться маленьким навигационным шедевром, с учетом состояния судна, бурного моря и затянутого тучами неба. В десять часов утра офицеры уточнили курс с помощью биноклей, хотя метель сводила видимость почти на нет. Берег выглядел изрезанным и диким, виднелись только скалы.

– Если я не ошибаюсь, наша бухта должна быть третьей после левого мыса. Туда ведет короткий проход. Брасопить правый борт.

Боцман отдал приказ, матросы пробежали по палубе, крепя брасы правого борта. Судно начало разворот. Подгоняемое с кормы ветром, оно вошло в длинную бухту со скоростью более 13 узлов. Лаланд выругался, потому что именно в этот момент налетел новый порыв ветра: белая снежная пыль закрыла все. Матросы глядели на силуэт капитана, застывшего перед рулевым. Капитан знал, что на берег выходила узкая горловина, справа и слева окаймленная опасными рифами. Он пытался рассчитать расстояние, которое проходило судно в снежных вихрях. Наконец зловещая белая пелена рассеялась, появился берег за полосой больших серо-зеленых волн.

– К брасам правого борта. Брасопить прямой парус.

Судно рванулось на пляж совершенно перпендикулярно, пропахало борозду в песке и застыло вертикально. Матросы молчали, пораженные спокойствием и безмолвием суши. Двадцатишестилетний капитан принял верное решение, спас свою команду и судно с грузом. «Герцог Омаль» был чуть позже снят с мели. В январе 1917 года его потопила немецкая подводная лодка Ю-43.


Трехмачтовик «Леон-Бюро» был назван так в честь капитана-судовладельца, президента Синдиката нантских судовладельцев. В конце июня 1906 года он отплыл из Суонси, в Сан-Франциско, с грузом угля. Этот груз представлял опасность в штормовую погоду: не удавалось его тщательно проветривать, а от тряски уголь нагревался.

10 октября трехмачтовик обогнул остров Эстадос. Из трюма вырвался газ, уголь вспыхнул. Судно находилось в 200 милях точно к югу от мыса Горн. Дул сильный юго-западный ветер. Капитан, посоветовавшись с офицерами, решил сделать остановку в Порт-Стэнли, на Фолклендских островах, которые французские моряки по привычке называли Мальвинскими. Вот его отчет:

«Бурный ветер, никакой надежды потушить пожар. Некоторые матросы, поднятые из трюма, отравились угарным газом и не могут работать. Каюты заполнены дымом, в них нельзя оставаться. Весь корпус судна разогрелся. Швы палубы расходятся, иллюминаторы лопаются, деревянные части тлеют.

При низкой температуре вымокшие под штормовыми накидками люди работают, ощущая огненный ад, палуба может провалиться под ногами в любой момент. Без отдыха и почти без пищи им приходится одновременно бороться с огнем и ставить паруса, чтобы добраться до места стоянки. Под сильнейшими порывами ветра паруса рвутся в клочья. Такелаж поврежден.

И вот 13 октября показался остров Бошей. Наконец-то! Уголь в трюме пылает. Вода в цистернах кипит. Море швыряет на палубу огромные волны. В любое мгновение может прозвучать взрыв. Наконец в полночь мы добираемся до маяка в Пемброке и бросаем якорь на 30-метровой глубине. Утром следующего дня сажаем судно на мель, чтобы сделать пробоину. 18 октября, через пять суток непрерывной борьбы, пожар потушен».

После долгой и тяжелой службы в 1936 году «Леон-Бюро» отправлен на слом. К этому времени эпопея мыса Горн завершилась. Великобритания, уверенная, что пароходы преодолеют мыс Горн, в начале века перестала строить большие парусники. Их эксплуатация была еще рентабельной, но заказчики все чаще требовали, чтобы доставка – особенно для угля – осуществлялась быстрее. Владычица морей и торговли, чтобы сохранить свое положение, должна была идти в авангарде прогресса.

Франция и Германия продолжали спускать на воду парусники, и весьма крупные. Появились даже пятимачтовики. Транспортировка с помощью ветра пока приносила существенные доходы. Во время войны 1914–1918 годов французские и немецкие парусники, как, впрочем, и британские, вновь вставшие в строй, огибали мыс Горн, отправляясь за чилийской селитрой, которая использовалась для производства взрывчатых веществ. Союзнические суда становились добычей немецких подлодок: было обстреляно и потоплено 54 судна, ходивших под французским флагом.

После войны рост зарплат и налогов, а также новые законы сделали невыгодной дальнейшую эксплуатацию парусников. Судовладельческие компании стали отправлять свои славные суда дальнего плавания на слом. Закон выгоды, который послал их бороздить океаны, теперь с ними расправлялся.

Капитаны и команды этих судов, старавшиеся лишь честно исполнять свои обязанности, показали незаурядные примеры мужества и героизма. Вспомнить о них полезно и современному человеку.

Глава шестая
Скорость: от «Мейфлауэра» до обладателей «Голубой ленты»

Наверное, самым знаменитым судном в истории является «Мейфлауэр» – буквально «Майский цветок». Название этого судна известно всем школьникам Великобритании и Соединенных Штатов. Оно означает «боярышник». На самом деле «Мейфлауэр» был жалким трехмачтовиком – зловонным, пузатым и неприглядным на вид. И славу ему принесли не мореходные качества, а его пассажиры.

В начале XVII века англичан разделили религия и политика. Пуритане были членами пресвитерианской секты с очень строгими правилами, буквально воспринимающими Священное Писание. Из-за преследований со стороны Стюартов некоторые из них решили эмигрировать в Америку, а точнее, в Виргинию, где уже обосновались 143 колониста.

Желая обеспечить себе право на проживание, будущие эмигранты обратились к Виргинской компании с просьбой предоставить им концессию. Морские плавания между Старым и Новым Светом были нерегулярными, редкими, но они осуществлялись. Виргинская компания ответила, что готова принять иммигрантов при условии, что каждый из них отработает на фирму семь лет. Затем он получит землю в собственность и станет хозяином своей судьбы. Колонисты Виргинии занимались в основном разведением табака.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация