Книга Будь со мной, страница 49. Автор книги Джоанна Бриско

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Будь со мной»

Cтраница 49

Она отвела ногу.

— Только если сядешь, — как всегда спокойно сказала она.

Как испуганное животное, я отпрянул и сделал то, что она велела. Она встала передо мной на колени, и моя рука тут же устремилась ей под юбку. Я нащупал кружевные вставки наверху чулок, потом гладкую и теплую полосу голой кожи, а потом и то, что не было закрыто бельем. Пальцы, оказавшись там, задвигались, заскользили вперед и назад по гладким влажным складкам. Каждый изгиб, каждый теплый закуток — откровение. Я окунул в нее пальцы, стал тереть, гладить, ласкать.

— Я хочу тебя, — дрожащим голосом, запинаясь, сказал я.

— Нет, — ответила она.

Приподнялась и несколькими движениями вверх-вниз потерлась о мои пальцы, крепко ухватив меня за плечо.

Она приподнималась и опускалась, издавая такие звуки, от которых возбуждение стало еще крепче. Движения ее были плавными, бедра двигались по кругу, а волосы и тело между ног стали такими мокрыми, что я раскрыл ладонь, прижал к скользкому треугольнику и стал гладить, введя в него средний палец.

Она бросилась мне на плечи, прижалась к груди. Мой член оказался на уровне ее живота и становился все тверже и тверже, все больше и больше, пока я судорожно глотал воздух.

Схватив ее бедра, я придвинул их ближе к себе.

— Давай сейчас, — с трудом вымолвил я и усадил ее к себе на колени.

— Нет, — сказала она. Ее дыхание участилось.

— Что значит нет?

— Только когда…

— Твою мать!

— Ты не свободен, — сказала она.

— Ты тоже.

— Это не одно и то же.

— Так ты не хочешь?

— Только когда…

— Черт, — воскликнул я. — Хэмпстед-хит.

Она промолчала.

— Да ладно тебе, — сказал я. — Ну прошу тебя, дорогая.

Она покачала головой и вцепилась зубами мне в шею. Я почувствовал, как мне на ладонь пролился чудесный сок. Ее рот, испускающий соленую жидкость, стал горячим.

Я должен был получить ее. В голове даже мелькнула мысль об изнасиловании. Я представил себе, как толкну ее на пол, вгоню в нее член и выпущу фонтаном адское вожделение. В страхе я отогнал от себя это видение. Она прижалась ко мне еще крепче. В паху я почувствовал первые спазмы приближающегося оргазма.

— Давай убежим, — вдруг сказал я. — Убежим вместе.

Быстрым движением она крепко схватила меня за плечо.

— На выходных. Куда захочешь. И навсегда.

Я почувствовал, как по ее телу прошла дрожь, долгая и сильная, заставившая ее прогнуться назад, открыть рот. Глаза ее сделались черными, как ночь, а крик, который она испустила, не имел ничего общего с ее обычным голосом. Моя разрядка последовала через несколько мгновений, и в секунду восхитительного наслаждения я понял, на что был готов пойти ради нее.

15
Лелия

Во вторник свадьба. Менее подходящий для заключения брака день недели трудно себе представить, но день рождения отца пришелся именно на него, так что выбора у меня не было. У меня всегда было страшное подозрение, что наша свадьба все же состоится, как и было запланировано, несмотря на то что лжи между нами становилось все больше, отношения портились, и двадцать шестого июня в Марилебонском загсе я выйду замуж за Ричарда Джозефа Ферона. По крайней мере, я осознавала, на какую глупость иду.

В то утро, перед тем как выйти из дому, я подошла к компьютеру Ричарда и пошевелила мышку, чтобы убрать экранную заставку. Недавно на работе мне показали, как сворачивать документы, и я увидела, что какое-то окно было свернуто Любопытства ради я нажала на квадратик в углу, и на весь экран развернулось электронное письмо, пришедшее с незнакомого адреса.

«Существо пришло. Оно не захлебнулось водной оболочкой, пуповина не задушила его. Под чепчиком и пеленками я видела следы воска, шерсти и крови, как будто его безжалостно вырвали из другого тела. Под желтой оболочкой пульсировала жирная маленькая куколка. “Умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рожать детей” — вспомнила я, но его мать не знала скорби. Окруженная облаком хлороформа, она целовала и гладила это существо.

Когда няня вышла из комнаты, я развернула пеленки и достала младенца. Из его живота, как у циркового уродца, торчало подобие мужского органа. Под ним виднелся настоящий скрюченный мужской орган. Если бы душа существа слабее держалась в теле, я могла бы вспугнуть ее одним лишь шипением, но жир сделал объемным сосуд, содержащий ее. Оно задыхалось, как выброшенная на берег рыба с крепенькими розовыми мышцами. Чем дальше оно будет отходить от того полуживого состояния, в котором вызрело, тем сильнее будет становиться его молочное дыхание. Все, что мы придумали, теперь казалось недостаточным. Я поняла: мне предстояло стать еще сильнее».

То, что я прочитала, показалось мне отвратительным, хотя и вызвало любопытство. Было в этом что-то непотребное, непристойное. На душе стало тревожно. Когда я снова свернула файл, я почувствовала легкий приступ боли в животе, как перед месячными. Пошла в туалет. Когда вставала, краем глаза заметила крошечное розовое пятнышко на туалетной бумаге. Или показалось? К горлу подступила тошнота. Дрожащей рукой снова потерла себя, свернула бумажку и всунула внутрь. Поднесла к свету. Она как будто окрасилась в цвет внутренней стороны морской раковины. Слезы навернулись на глаза. Я с воем пошла в пустую гостиную. Бросилась к телефону, схватила трубку, но Ричард, который ушел раньше, еще не добрался до работы. Снова пошла в туалет и еще раз подтерлась, но на этот раз бумага, похоже, осталась чистой. Я не решилась звонить в больницу — вдруг действительно все хорошо? Я стану ждать, я стану молить, беда обойдет меня стороной.

Впервые за три месяца я ощутила тошноту, потом мне стало лучше, почувствовала, что дрожу и хочу есть. Я решила ехать к матери одна: с Ричардом я уже не увижусь до самого загса. Как странно, что мы, считавшие себя вправе в любой момент отказаться от выполнения договора, так и не нашли времени, чтобы спокойно и серьезно обсудить наше решение, просто плыли по течению в ожидании назначенной даты. Итак, я покинула нашу квартиру в одиночестве — невеста, возвращающаяся к матери с чемоданом вещей. В метро я чуть не заснула от усталости. Было такое ощущение, будто я бросила его или будто он — фермер-джентльмен [46] , который отправился за удачей в колонии и я его уже никогда не увижу.

Матери очень хотелось, чтобы свадебное платье я надела в ее доме. Она считала, что мне обязательно нужно обратиться в ее любимый салон красоты, который она сама посещала уже тридцать лет. В этом заведении на севере Лондона, очевидно, были свои понятия о том, как должна выглядеть невеста. Мне хотелось сделать ей приятное, и в начале одиннадцатого я уже стояла перед ее домом. Но, как только я шагнула на порог, меня охватило чувство вины. Захотелось придумать какое-нибудь оправдание тому, что я вот уже несколько месяцев не появлялась в этом доме, хоть для этого нужно было всего лишь сесть на Северную линию метро и проехать несколько остановок. Мать обняла меня, но даже в этот день она не смогла сдержать показной гордости и попреков, впрочем, в четко отмеренных дозах.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация