Книга Складка времени. Сущность и критерии, страница 20. Автор книги Андрей Курпатов

Разделитель для чтения книг в онлайн библиотеке

Онлайн книга «Складка времени. Сущность и критерии»

Cтраница 20
«Потребное будущее»

Вот уже почти сто лет назад наш замечательный Иван Петрович Павлов – физиолог, академик, лауреат Нобелевской премии, разразился (дело было в Петрограде, на III Съезде по экспериментальной педагогике) докладом, озаглавленным буквально так: «Рефлекс цели». К сожалению, это его выступление было предельно лаконичным, в чем-то поверхностным и, честно говоря, весьма путаным, но сама интонация автора свидетельствовала о том, что он наткнулся на что-то чрезвычайно важное, значительное, даже невероятное! Вот послушайте: «Рефлекс цели, – говорил Иван Петрович в своем докладе, говорил бойко, резко, – имеет огромное жизненное значение, он есть основная форма жизненной энергии каждого из нас. Жизнь только того красна и сильна, кто всю жизнь стремится к постоянно достигаемой, но никогда не достижимой цели, или с одинаковым пылом переходит от одной цели к другой. Вся жизнь, все ее улучшения, вся ее культура делается рефлексом цели» [50]. По существу, «рефлекс цели», если верить автору того легендарного доклада, является системообразующей силой – он, ни много, ни мало, организует все наше бытие и, более того, это же бытие и определяет. Серьезное заявление, прямо скажем. Ответственное.

Но вот что удивительно: за последующие 20 лет своей жизни, полной научными изысканиями и множеством возможностей в деле исследования высшей нервной деятельности, Иван Петрович больше ни разу не вернулся к этой теме, ни разу и словом не обмолвился о «рефлексе цели» – не писал, не говорил, не вспоминал! Словно и не было ничего вовсе, послышалось драгоценным экспериментальным психологам. Сказать, что подобное поведение совсем не в духе Ивана Петровича, – это ничего не сказать. Теоретически измыслить некий рефлекс, объявить его краеугольным камнем психики, а затем, прошу прощения, молча «слиться»… Нет, это просто не укладывается в голове!

Спустя полвека ученик Ивана Петровича (существенно, впрочем, переросший эту роль) – академик АМН СССР Петр Кузьмич Анохин дает исчерпывающее объяснение этого кажущегося парадоксальным факта. «Нам кажется, пишет Петр Кузьмич в своих „Очерках по теории функциональных систем“, – что причина ухода И.П. Павлова от этой важнейшей проблемы заключается в том, что сам факт возникновения цели для получения того или иного результата вступает в принципиальное противоречие с основными чертами рефлекторной теории. И.П. Павлов, несомненно, думал и об этом, несомненно, видел и то, что поставив проблему цели, он вынужден был бы значительно перестроить то грандиозное здание, которое с такой гениальной смелостью и настойчивостью строил всю свою жизнь» [51].

Действительно, понятие «цели», сколь бы парадоксальным это утверждение ни выглядело, никак не укладывается в классическую рефлекторную теорию. Последняя предполагает, что психика реагирует на стимуляцию извне, анализирует эти стимулы и отвечает на них той или иной – безусловной (биологически запрограммированной) или обусловленной (выученной) – реакцией. С «целью» же все иначе – она не ответ на какие-то внешние вызовы, она просто самозарождается, родится в мозгу, так сказать, сама собой! Чуть не сказал – «по волшебству»…

Вот, собственно, это и есть та самая точка, в которой физика психического начинает предательски напоминать метафизику (собственно, за эту «метафизику» Петр Кузьмич и был выпорот самым обстоятельным образом на знаменитой совместной Павловской сессии АН СССР и АМН СССР в 1950 году). Впрочем, свое наступление на павловский механицизм, так полюбившийся Иосифу Виссарионовичу, Петр Кузьмич начал еще в 30-х годах прошлого века (то есть еще при жизни своего великого учителя): на сложнейших и виртуозных экспериментах он показал, что наш с вами мозг, во-первых, обладает, как сказали бы сейчас, свойством «пластичности» [52] (тут приоритет работ П.К. Анохина почему-то до сих пор не осознается), а во-вторых, и для нас это сейчас особенно важно – изготавливает в себе модель результата своих действий еще до того, как само это действие начать.

Звучит, наверное, сложновато, но на самом деле все очень просто: Петр Кузьмич доказывал, что наш мозг работает не наугад, не в слепую и не механически, а методом предвидения, предсказания, забегая, так сказать, вперед по абстрактной «стреле времени». «Смысл формирования данного механизма («акцептора результата действия» – А.К.), – поясняет Петр Кузьмич, – состоит в том, что нервные процессы, развивающиеся в основном в коре больших полушарий, по самой своей природе приобрели в эволюции возможность опережать течение внешних событий и на основании прошлого опыта предвосхищать те реальные афферентные воздействия, которые еще только должны будут поступить в центральную нервную систему в конце всего ряда целеустремленных действий» [53].

«Акцептор результата действия» – это главное ноу-хау теории Петра Кузьмича Анохина, та самая «модель будущих результатов» наших действий. Проще говоря, «акцептор действия» – это картина желаемого нами (или, как говорит сам академик, «потребного для нас») будущего. То есть мозг не ждет пассивно, пока какой-то раздражитель начнет на него действовать, а сам создает образ того, в чем он нуждается (вспоминаем «воображение» Льва Марковича Веккера) и целенаправленно к этому стремится: сформировав такое представление (картину того, что мы должны получить в результате тех или иных наших действий), мозг входит в состояние действия («эфферентного возбуждения»), – то есть, сообразуясь с собственным прогнозом, он пытается достичь искомого результата. И какой-то результат (как следствие осуществленного действия), понятное дело, будет достигнут (даже отрицательный результат, как известно, тоже результат), но в любом случае результат этот только промежуточный.

Теперь в мозгу запускается еще один наиважнейший процесс – так называемой «обратной афферентации»: мозг оценивает достигнутые результаты (сравнивает придуманную «цель» и достигнутый «результат»), пытаясь понять – удалась его авантюра или нет. Если бы такая «обратная связь» в мозге не была предусмотрена, то организм ожидали бы большие неприятности: представьте, что вы, например, вилкой по тарелке с фуа-гра поводили, а в рот ею не попали – в отсутствие «обратной связи» мозг не узнает, что вы себя не покормили, но действовать прекратит, а так ведь можно и с голоду помереть. То есть важно, чтобы нервы, инерви-рующие ротовую полость, пищевод, желудок, отправили вверх по цепочке в мозг информацию – мол, все прекрасно, еда пошла и дошла (ну или не дошла, – а значит, повторите, пожалуйста). Так что иметь «обратную связь» (информацию о результате) важно: пока фактический результат не совпадет с результатом, который был запланирован анохинским «акцептором результата действия» (с той самой «целью»), живое существо будет искать способ решения задачи. Такова, кратко, суть «акцептора результата действия», и все с ним, как кажется, хорошо и даже прекрасно, но очень скоро мы увидим, что именно в вопросе «обратной связи», таком очевидном на первый взгляд, и обнаружится гигантская проблема…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь
Навигация